Черный обелиск. Жизнь взаймы

Наверное, не стоило читать этот роман сразу после "Искры жизни", "Возлюби ближнего своего" и параллельно с "Триумфальной аркой" (да, я ушла в Ремарка с головой). Понятно, что по сравнению с тяготами, выпавшими на долю героев этих произведений, все сложности, испытываемые персонажами "Жизни взаймы", кажутся какими-то несерьёзными.
Главная героиня - Лилиан Дюнкерк, ей 24 года. Она больна туберкулёзом (надо думать - смертельно больна) и находится на лечении в швейцарском санатории. И так ей всё там обрыдло, в этом швейцарском санатории, с его трёхразовым питанием, заботой врачей, горами за окном, что, познакомившись с французским гонщиком Клерфэ, который приехал навестить друга, она решает уехать с ним куда глаза глядят. Всё равно, как говорится, жизнь не мила.
Клерфэ старше Лилиан, ему уже 40, и жизнью своей он тоже ни разу не дорожит.
Клерфэ мне был не интересен, а Лилиан неприятна. Мы не видим, как мучается от туберкулёза героиня, зато автор подробно описывает поглощаемые ею с большим аппетитом дорогие кушанья и алкоголь в дозах, которые и здорового-то человека подкосят. Приехав с Клерфэ в Париж, она отправляется к дорогому кутюрье и заказывает у него около десятка платьев, счёт за которые посылает своему дяде (он распоряжается деньгами, оставшимися ей от отца, и при виде этих счетов чуть не теряет рассудок; мне было его по-человечески жаль...). Понятно, что Лилиан пытается прожить оставшееся ей время так, как считает комфортным для себя, пытаясь при помощи спиртного и обновок унять страх перед приближающейся смертью. Но всё равно героиня не вызвала у меня никаких положительных эмоций. Она избалована и эгоистична, она цинична и резка. И в её "внезапно вспыхнувшую любовь" к Клерфэ я не поверила.
На страницах произведений Ремарка часто можно встретить внутренне искалеченных людей, тех, кого жизнь и обстоятельства исковеркали, перебили пополам. Их жаль, им сочувствуешь. Но в этом романе автор показывает своих героев только в настоящем времени, практически не открывая завесы над их прошлым, и ты не понимаешь, почему они ведут себя так, что сделало их такими. И, следовательно, не проникаешься к ним симпатией и не сочувствуешь.
Ведь жить одним днём можно по-разному. Так живёт в Париже и герой "Триумфальной арки", немецкий эмигрант доктор Равик. Из-за отсутствия паспорта он не может легально работать, не может снять квартиру и вынужден ютиться в третьесортных отелях, чьи владельцы готовы закрыть на многое глаза. Поэтому все зарабатываемые деньги (небольшие проценты, которые ему платят за виртуозно проведённые операции) он тратит на еду в хороших ресторанах, на цветы и подарки для любимой женщины. Но при этом он ЖИВЁТ. С болью в сердце, со сновидениями, полными кошмаров, но живёт, оставаясь человеком, чьё сердце готово сострадать, а руки - помогать и пытаться спасти хоть кого-то. Как мне понравился этот герой!
Лилиан и Клерфэ тоже живут одним днём. Но жизни в них нет. Они просто ждут каждый своего конца, ежедневно приближая его (она - пренебрегая лечением и ведя губительный для себя образ жизни, он - участвуя в опасных гонках и тоже не являясь аскетом в возлияниях). Я понимаю, так тоже бывает и, к сожалению, намного чаще, чем нам порой кажется. И по этой причине "Жизнь взаймы" - совсем не моё произведение; дочитывая его, я ловила себя на мысли, что мне уже просто хочется знать, кто из героев умрёт первым. И от этого становилось тошно...

Это другой Ремарк, не тот, который написал "Трех товарищей" или даже в "На Западном фронте без перемен".

Дичайшая инфляция в Германии после Первой мировой, тысячи калек и инвалидов, оказавшихся никому не нужными после того, как отдали свое здоровье на фронте, поколение молодежи, которое со школьных парт оказались в окопах, а после Версальского договора, если повезло выжить, так и осталось поколением детей, видевших смерть и несших ее.
Людвиг Бодмер как раз такой юнец 26 лет: вроде как много видел и испытал, но эмоциональное развитие осталось на уровне старшеклассника. Разве что работа в похоронном агентстве добавила налет цинизма на его взгляды на мир. Он немного застыл посреди бурного течения жизни, и лишь встреча с человеком, в большей степени натянувший маску, заставил его встряхнуться и осмотреться. Как ни странно, этим человеком стала Изабелла, девушка, больная шизофренией - или наоборот? здоровая среди общества шизофреников?
Похоронное бюро "держалось" на гранитном обелиске, стоявшем незыблимо уже второе поколение владельцев фирмы, и на Людвиге, который "задавал тон" в компании и не выживал за счет работы, а пытался максимально удобно вписать ее в свою жизнь.

Людвиг сумел сбросить оковы провинциального мышления, сумел преодолеть "где родился, там и пригодился" и в конце концов нашел свой путь - пока непонятный, сложный, но такой манящий. И обелиск, словно тоже стремясь к развитию, в конце концов обрел "хозяина" и "ушел" из бюро, где едва мхом не оброс. Компания после такого двойного удара долго не простояла, несмотря на вечную актуальность предоставляемых услуг.

Почему же Ремарк другой? - здесь нет проблеска надежды, что все будет "хорошо всем": всегда будет хорошо только тем, кто у кормушки, остальные - статистика. Даже Достоевский выглядит позитивнее на фоне позднего Ремарка: его герои в конце концов обретают свой вариант счастья или прощения, у Ремарка же все остается как было, разве что количество героев сильно уменьшается.

Читая литературу по самосовершенствованию, я часто натыкалась на прием, который можно было бы назвать "скорая смерть". Суть его заключается в том, что нужно представить, что жить осталось всего ничего (месяца три, ну максимум полгода) и подумать о том, чем бы хотелось заниматься эти оставшиеся месяцы жизни. И ты так сразу осознаешь, что жизнь коротка, а ты все откладываешь в долгий ящик какие-то дела, и почему бы не достать их оттуда и не подумать о том, чем бы действительно хотелось и стоило бы заняться. Думаешь - вот, с сегодняшнего дня буду больше уделять времени близким, займусь спортом, куплю себе то, что давно хотелось, начну усердней работать, сделаю научное открытие, пожертвую полученные за Нобелевскую премию деньги на благотворительность, и прочее прочее.
А по факту... А по факту все как описал Ремарк в своей книге. Главная героиня, Лилиан - девушка-мотылек, которая осознает, что жить ей осталось недолго, поэтому проживает каждый день как последний, не слишком заботясь о будущем. Более того, попадая в общество, она противопоставляет себя остальным, видит, что она живет по совсем другим правилам - не стремится к накопительству каких-то благ, а, наоборот, тратит все, что есть. Ничего не планирует, живет, как получится, покупает платья, пьет водку (вот это бесило реально), совершает бездумные и опрометчивые поступки. Главный герой, Клэрфе - гонщик. И хоть ему не вынесен приговор, как Лилиан, каждый день его жизни может оказаться последним, поскольку он ходит по краю обрыва и может сорваться в любой момент. И это то, что объединяет его с главной героиней - такое легкомысленное отношение к жизни. Правы ли главные герои, так бесцеремонно распоряжающиеся самым ценным даром и проживающие каждый день как последний? Или, может, правы все остальные, которые что-то планируют, стремятся к богатствам и лучшей жизни в будущем? Автор оставляет этот вопрос открытым - и правильно, пусть читатель решает для себя.

Это мое первое знакомство с творчеством Ремарка и книга мне понравилась! Чтение было неспешным с легкой грустью. Главный герой Людвиг - представитель "потерянного поколения", юность которого искалечила война и у которого осталось так много вопросов... ГГ пытается найти свое место в этой послевоенной Германии, в стране, где ужасная инфляция не дает людям жить (1923год), где самоубийства жителей становятся обычным явлением, где до полудня надо успеть купить продукты, иначе после обеда деньги снова обесценятся и ничего ты них уже не купишь, где у инвалидов войны пенсии не успевают за этой самой инфляцией и им просто уже не на что жить, где начинает поднимать голову нацизм... И Людвиг мается, мечется, задает свои вопросы, спорит, пишет сонеты, любит любовью духовной и любит земной, дружит с однополчанинами, дерется с нацистами. Все персонажи книги колоритные, своеобразные, отдельное спасибо автору за Изабеллу)) Диалоги с этой девушкой, которая находится в доме для сумасшедших, добавляют книге какое-то очарование. Эта героиня вся словно состоит из ветра, света, луны, настолько эфемерный и неземной образ, что неудивительна любовь Людвига именно к этому образу девушки (а у нее он не один). Следить за их разговорами было удовольствием: как надо пить луну, как плачут гортензии, почему Бог посылает несчастья людям и почему эти люди не отпускают Бога от себя, куда исчезает мир, когда мы спим, куда исчезают наши отражения после того, как мы отходим от зеркала и т.п. Все так странно, загадочно и в то же время просто, невольно улыбаешься, когда читаешь все эти рассуждения, но и грусть охватывает, т.к.девушка душевно больна. Сразу вспомнила книгу Гузель Яхиной "Зулейха открывает глаза", там тоже был схожий образ профессора, врача, который ушел от страшной реальности жизни, в яйцо, да-да, он жил как бы в скорлупе яйца, но так же, как Изабелла здесь излечилась, и доктору пришлось разбить свою скорлупу и продолжать жить в реальном мире. В "Черном обелиске" полно цитат, которые хочется сохранить, но т.к. их очень много, то проще просто время от времени перечитывать данную книгу.Такое впечатление, что автор в одну книгу уместил все свои выводы по жизни, уж очень плотно они идут по тексту. Финал предсказуемый, но здесь это не раздражает, ну это же жизнь, как она есть, какого-то кульбита неожиданного трудно было ожидать)

Не так-то просто написать отзыв о книге, к которой сама относишься двояко.

Честное слово, не могу точно сказать, понравилась мне книга или нет. Это же классика. И, без сомнения, в книге заложен глубочайший смысл, который Ремарк не прячет ни за какими аллегориями...

С одной стороны, нам постоянно напоминают о том, что люди не ценят жизнь, а ценят деньги и прочую материальную дребедень (даже уже неприятно в сотый раз об этом читать). Нам показывают умудренную жизненным опытом (или болезнью?) 24-летнюю умирающую девушку Лилиан, которая направо и налево изрекает глубокие мысли о любви, счастье, смысле жизни... Мы также видим 40-летнего гонщика, живущего одним днем, но влюбляющегося в Лилиан и вдруг понимающего, что он хочет провести остаток своих дней с этой потрясающей девушкой (хотя знает, что ей недолго осталось).

Но как я могу проникнуться, читая, что Лилиан упорно пытается жить "полноценной" жизнью, убежденная, что так проживет дольше, чем в санатории для больных туберкулезом? Ведь при этом она не отказывает себе в спиртном утром, днем и вечером, например, и в ночном образе жизни... Как будто именно это и есть альтернатива всем запретам и ограничениям санатория. И да, осуждать ее запретили: ведь она умирает, а ты нет. Ремарк снова и снова напоминает, что ты не знаешь своего счастья и напрасно тратишь по 8 часов в день на офис, зарабатывая себе на жизнь.

А ведь это неправедливо. Лилиан несправедлива. Естественно, она не виновата а том, что смертельно заболела, еще даже не успев пожить. Но каждый живет, как умеет. Почему она решила, что знает людей, почему она имеет право их осуждать? Мои родители не оставят мне какого угодно наследства, чтобы я могла потратить его на платья, вино и другие сиюминутные желания. Да я и не стала бы. Выходит, смертельная болезнь дает возможность оправдывать собственную праздность и безделье, параллельно осуждая других за эти и другие грехи...

Клерфэ вообще у меня не вызывал никакой симпатии. Поначалу безразличный, праздный, решивший не упускать возможности затусить с интересной умирающей девушкой, он становится назойливым и параноидальным. Зато из всей компании гонщиков меня повеселил их тренер, молящий бога наслать беды на соперников.

Короче, однообразная получилась книга. Лейтмотив простой: живите полной жизнью прямо сейчас, потому что завтра может и не наступить по воле, например, случая.

Мне было сложно читать ее еще и потому, что она пронизана смертью. Нет, там нет по одному мертвому человеку на страницу, но все равно становится не по себе. И ты невольно начинаешь переосмыслить свою жизнь, вспоминать ушедших близких, думать о том, что еще кто-то из близких уйдет. Мне снились кошмары. И даже сейчас в душе какая-то тревога...

Даже не знаю, смогу ли еще когда-нибудь перечитать эту книгу. Вроде бы надо. Мне как раз тоже 24 года. А в жизни я все так же мало понимаю. Книгу тоже, возможно, недопоняла... Но мне совсем не хочется снова погружаться в этот пессимизм и осуждение моего образа жизни людьми, которые меня даже не знают и не имеют права меня осуждать.

Какая же тонкая грань между жизнью и смертью...Вот ты думаешь, что он проживет еще годы и годы, а мне не суждено столько, но жизнь делает поворот и ставит все верх дном... Видимо только зная что смерть близка и неизбежна, начинаешь жить по полной ни о чем не жалея, не тратя время на пустяки, так и поступила Лилиан. Не откладывая на потом по другому видишь мир и понимаешь вещи не так как здоровый человек. Клерфэ не мог понять Лилиан, потому что он не был болен, хотя и работа у него была довольно рисковая, но все же это не неизлечимая болезнь... Книга во все таком же стиле Ремарка, читается легко и увлеченно, не разочаровалась и желание перечитать Ремарка только крепнет.

Отступление I.
Есть великое множество книг, которые не оправдывают наши ожидания. Иногда это плохо, а иногда хорошо. Ведь порой ждёшь нудные рассуждения о душе, дьяволе и боге, а получаешь позитивнейшую (но очень глубокую) вещь о человеческих поступках, где люди и есть главное зло ("M&M"). Или предвкушаешь весёленькое повествование о сумасшедшей семейке, а выходит, что читаешь какую-то бесконечно печальную сагу о несбыточности наших надежд и о том, как часто мы принимаем действительное за желаемое. И везде видишь себя ("Отель Нью-Гэмпшир"). Или, например, хватаешь расхваленную книгу, а там вместо твоих ожиданий - жалкое подобие литературы. Или наоборот.
...
К чему я?
К тому, что от Ремарка я всегда получаю ровно столько, сколько жду - ни больше, ни меньше. Интересный феномен, которому я пока не могу найти объяснение. Но в добавок всегда находится крохотное что-то, чего ты никак не ожидал (и это в какой-то мере тоже ожидаемо). "На западном фронте без перемен", например, поражает контрастом повествования: от оторванных конечностей и выпавших внутренностей к разгульной и весёлой жизни солдат между сражениями. И вещи, которые в мирное время кажутся вам аморальными, на войне приобретают вполне обычное значение (например, ожидание смерти друга, чтобы забрать его ботинки). "Жизнь взаймы" заставит задуматься насчёт своего эгоизма (если вы им располагаете)... и, пожалуй, ещё до прочтения вдохновенно подумать над смыслом названия. Жизнь, смерть, война, мир и религия - серьёзные темы, рассуждать на которые проще, если читал хоть что-то у Ремарка. Однако, Ремарк - это не только тонны рассуждений и умозаключений. Это ещё и очень интересные герои (даже второстепенные получаются более, чем просто хорошо прописанными, а это уже великое чудо, ибо у некоторых писателей даже главные получаются фабричным картоном) и поистине взрывной финал (может, и не во всех книгах, но я пока таковых не читала). Психология очень просто объясняет любовь к печальным концовкам: во-первых, читатель (или зритель, если мы о фильмах) сравнивает свою жизнь с жизнью героя и понимает, что у него-то ещё дела идут неплохо (то есть, это в идеале). Всё познаётся в сравнении, в общем. Во-вторых, такие книги дают намного больше морали и эмоций. А человечек - довольно подленькое создание, и ему временами нужна драма. Ну вот хотя бы на страницах хорошей книги.
Для депрессии и осенней меланхолии "Чёрный обелиск" - самое то. Сначала вам будет очень весело, а потом вы познаете безысходность, как по мне - идеальная формула для книги о потерянном времени и потерянном в этом времени поколении.
Насчёт того, что вам будет весело... я из тех людей, которые даже в слёзовыжимательной мелодраме или в фильме (книге) ужасов найдут момент, чтобы поржать. Вынут этот момент из ничего и обязательно поржут. И, возможно, не один раз. В "Чёрном обелиске" не нужно ничего искать. Тут примерно страницы с 70-80 начинается (моментами) ироничный каламбур. Цитировать бесполезно, это просто нужно прочесть. Тем не менее:

• Будь там вода, он давно бы вышвырнул бутылку в окно. За всё время, что я знаю старика, он употреблял воду только для умывания, да и то неохотно. Это водка, несмотря на все обыски, он её где-то припрятал, а перед тобой, Людвиг, высокий пример того, как человек мужественно идёт навстречу своей судьбе. Старый фельдфебель падёт смертью храбрых на поле боя, сжимая рукой горло врага.

  Предыстория: чувак умирает от разрушения печени, уже фактически слёг, жена с дочерьми шьют траурные платья и готовятся к его кончине, а он восстаёт и показывается в окне с бутылкой, эту сцену и наблюдают главные герои. На этом моменте мне было очень весело, несмотря на его явный трагизм. И поверьте, подобного здесь предостаточно.

  Отступление II.

. Воистину наслаждением было отыскать эту фразу в тексте (изначально не догадываясь о её происхождении) и узнать, наконец, при каких обстоятельствах она была произнесена и кем... и почему-то ничуть не удивиться:)
...
Ремарк, кажется, один из тех немногих писателей, способных всего-то двумя последними страницами книги поставить всё с ног на голову. На тебя сваливается какая-то личная беда, хотя десять минут назад ты беззаботно смеялся над остроумием и сарказмом Людвига и Георга. И вот он - блестящий на мой взгляд финал во всей его красе и со всеми его последствиями. Эх, Ремарк, читаешь вот и жалеешь тебя, потому что книга ведь в какой-то степени автобиографична, да? Риторический, впрочем, вопрос.
Так что (возвращаясь к книге), будет ли найден смысл жизни? Может ли внутри одного человека умереть другой? Или даже несколько других? Ведь при этом один считает это совершенным горем, а другие - исцелением. Кому верить? Могут ли представители похоронного агенства видеть в смерти именно смерть, а не только денежный эквивалент похорон? Можно ли патриотизм считать лицемерием? И, наконец, может ли чёрный обелиск, который очень долго никто не мог продать, как-то помочь фирме?
Кто-то живёт деньгами, кто-то верой, водкой, стихами, бизнесом, идеей, шизофренией. А кто-то просто пытается понять, зачем он живёт, хотя ещё даже не знает, для чего...

4:36 (по Нск) - возвращаю на полку Ремарка с лёгким разочарованием, что всё закончилось. Думаю о том, что где-то в магазине грустит без меня ещё какая-нибудь одна его книга... или две. Надо исправить. Тем более, что обложка действительно восхитительна:)

А для немецкого у меня Ремарк. Как так случилось, что из всего литературного многообразия, подаренного миру сумрачным тевтонским гением, выбран он, по-русcки ни разу не читаный? А поди разбери пути рыбы в воде, птицы в воздухе и дороги, которыми писатель идет к сердцу читателя. Какую-то роль сыграло, что любят его многие умные люди, какую-то - с детства, с "Москва слезам не верит" усвоенное:"Ремарк - вся Москва его читает". Главную - сходство его героев со мной.

Две-три жизни с диаметрально противоположным кругом общения, спектром обязанностей, стилем поведения, которую ведут его мальчики. Не будучи двуличными от природы или по обязательству, как агент, работающий под прикрытием. Не ставя себе целью обмануть окружающих и, тем более - поиметь с такого расклада какую-то выгоду. Просто жизнь такая, приспосабливаешься. В автомастерской или конторе по продаже памятников ты один (ты и в конторе кучу обязанностей совмещаешь: агент по продажам, рекламщик, художник, оформитель и производитель печатной рекламной продукции); в поэтическом клубе другой; с любимой девушкой или пастором, или доктором в доме скорби - третий.

И совсем моя неизбывная тяга к бытовому философствованию. Не из желания поумничать, но от потребности расположить вещи и понятия наиболее адекватным способом, отыскать свое место среди них и в конечном итоге - утешиться философией. И неизбывная тупость большинства окружающих, к которой (а что еще остается?) привыкаешь постепенно относиться как к иному, отличному от своего, качеству ума, стилю мышления. Как-то же они все живы, несмотря... А многие еще и устраиваются в жизни получше твоего.

По-немецки читать трудно. Он вообще труднее всех мне показался. Возвращаюсь второй раз из первого, кажется, усвоив только "айн маль - ист кайн маль" - сделать раз - значит не сделать ни разу, в вольном переложении на русский. И поскольку, видерхолюнг - ди мутте дас лернес, вернулась второй раз, год спустя. На самом деле, конечно больше, чем забавная поговорка, в памяти зацепилось. И "Три товарища" ремарковы же, которых мучила четыре с половиной месяца в адаптированном варианте, да с параллельным чтением на русском в памяти неизбывным кошмаром безъязыкого непонимания. А "Обелиск" совершенно того же объема уложился в три.

И читала его только первые пару недель на немецком и на болгарском, после рассудив, что такого рода славянская поддержка удобна, да лучше уж как-то осваиваться внутри аутентичного языкового пространства с минимальным лонжированием. И огромные, слов по шестьдесят списки прогоняемого через переводчик, к концу этой книги превратились в когда полдюжины, когда штук сорок, а когда и вовсе пустые листочки, которые закрывала, отчитав очередной фрагмент. Не потому, разумеется, что раз - и блестяще овладела немецким. Но уровень понимания, основанный на восстановлении из контекста, на порядок улучшился.

Сцены, эмоционально сильнее других окрашенные, как прощание с Изабеллой, они понятны и близки и даже исторгают из глаза сиротливую слезинку. Да и нет ведь большой трагедии - ну исчез из жизни одного человека другой, живым и не бывший никогда. Так - персонаж сумеречных грез, встреченный в пору блужданий в зазеркалье. Но все живы и здоровы, и собираются в ближайшее время посетить концерты, чего и вам желают...

Спасибо Ремарку, с его книгами в меня входит иной немецкий, чем имеющий сообщить, что Цугшпитце ниже Монблана. А Германия, бьющаяся в тисках гиперинфляции, но с лакированными красными авто и бутылкой шампанского в ночном клубе по цене, сопоставимой с месячным бюджетом небогатой семьи, близка и понятна. И с чудесными его мальчиками не так одиноко жить на свете. Персонаж другой книги другого писателя, которую в полном восторге дочитываю сейчас на русском, говорит о Ференце Листе и цыганской музыке: "Лист украл у нас эту тему, он все время крадет у нас что-то". На возражение дочери, переживающей, в каком свете мать выставит себя перед высокообразованными друзьями, что Лист давно умер, отвечает: "Гении бессмертны".

Во-первых, хочется написать слегка на второстепенную тему, а то потом забуду. Это последняя книга в "Книжном вызове", в котором я решил участвовать, начиная с 2015 года на портале Livelib. В 2013 году мною было прочитано 27 книг (кто-то назовет цифру большой, кто-то малой), за 2014 год прочел 29, математика проста, на две больше. Ну никак не получалось у меня добраться до круглой тридцатки. Это я к чему, Черный обелиск Ремарка - 30 книга, прочитанная мною за эти чуть более полгода. Резкий скачок, для меня это достижение и забегая на будущее, напишу, что в 2016 поставлю планку уже исходя из этого года. Какой в 15ом будет окончательная цифра мне не известно, но надеюсь, книг 50 в этом году прочту.
Во-вторых, сразу хочется написать о внешних характеристиках книги. Оформление красочное, И, сейчас внимательно! Ни одной ошибки в книге нет. Все уже знают, кто читает обзоры мои, что я дотошный до самых мелочей, поэтому я нереально ликовал, когда обратил внимание на эту особенность. Спасибо #АСТ, что добросовестно выполняете свои обязанности. Вообще Аст в этом плане молодцы, от них не особо отстает Азбука в плане коррекции, а вот ЭКСМО увы и ах - лажают постоянно.
В-третьих, пора поговорить о книге.
Это мое первое знакомство с бедным автором Ремарком. Почему бедным? Потому что находятся утырки, которые, читая имя, думают, что это женщина. Вообще это баян, но кто не в курсе, пошарьте соц.сети.
Несказанно рад, что знакомство начал свое именно с Обелиска, а не с более известных трех товарищей и триумфальной арки. Зачастую бывает так, что расхваленные книги оказываются на ступень ниже не пропиаренных, скажу честно, слегка боялся с этим столкнуться. Но зря нагнетать обстановку не буду, пока не прочту вышеупомянутые романы.
Итак, перед нами главный герой - молодой двадцатипятилетний гражданин Германии, который вернулся с войны и ищет, так сказать, смысл жизни. Зачастую люди, уходившие на фронт или отсидевшие по возвращении задаются вопросом: что делать то теперь мне? Так и наш герой. Он занимается торговлей памятников, гробов и прочей траурной атрибутикой; навещает психиатрическую лечебницу, играет там на органе, посещает ресторан в одной из гостиниц, да и по сути своей все. Бродит туда-сюда. НО!
В-четвертых, не стану я пересказывать аннотацию, время делиться личным мнением и эмоциями.
Первые пятьдесят страниц шли долго, я читал их ТРИ дня. ТРИ! 50 страниц! Позор мне, но я тщательно хотел влиться в роман, так как, судя по аннотации и мрачной, но красивейшей обложки думал, что передо мной в скором развернется самая настоящая трагедия, драма, все что угодно, но не "юмористический Бродвей". Представьте, мое удивление, когда я начал улыбаться, читая сие чудо!!! А затем смеяться про себя! А вскоре просто ржать как конь в голос! Я обалдел! Чесслово! Надгробные плиты, смерть, послевоенное время, зарождение фашизма... а я хохочу... Дело в том, что в книге поразительный юмор, он настолько тонкий и необычайно легкий, что дальнейшие страницы начинают таять и за последующие три дня ты уже читаешь не по 50, а по сто и более страниц. Всего в книге 411 страница. Но меня предупредили, чтобы я был осторожен с Ремарком, где смех, там и слезы. Не солгали. Но давайте по порядку.
Действия романа происходят слайдами. Картинками. Пока я читал, придумал отличное сравнение, которое идеально опишет суть повествования, чтобы вам сразу стало понятно. Театр. Представьте что вы зритель. Пришли в театр на спектакль, представление, как хотите по книге Черный обелиск. Могу описать подробнее, дабы разжечь интерес. Начало главы. Перед вами герой с другом на своем рабочем месте, о чем-то беседуют. Отступ *** (у этих звездочек есть специальное название, но я постоянно его забываю. Следующий слайд, наш главный герой уже в ресторане, действующие лица сменились: какие-то добавились, какие-то покинули первую сцену. Думаю, теперь все понятно наверняка. Это театр, это сцена, декорации которой меняются путем приведенного в движение механизма пола. Это потрясающая игра актеров. Очень проникновенная, очень эмоциональная и достаточно гармоничная.
Как я уже написал, основной смысл Обелиска в поиске собственного "Я". Как выжить, не запутавшись в себе, в своих действиях, в своих мыслях. Но я для себя выделил слегка иную главную цель романа. О ней чуть позже. А пока... наш главный герой встречает в лечебнице для умалишенных девушку, с, поистине роскошным именем - Женевьеву. Или Изабелла. Все ясно, случай раздвоения личности, она и нашего героя называла несколькими именами. Рудольф, Рольф, а под конец еще и Ральф. И на каждое имя было свое настроение. Какие у них были диалоги, скажу я вам... Девушки будут читать с трепетом. Беседы были безумны, но в тоже время так легки, как пористый белый шоколад с пузырьками. И тут читатель понимает, что Людвиг (настоящее имя главного героя) находит смысл жизни в беседах с Женевьевой. Что она не сказала бы ему, практически все отгонял от себя отрицанием того или иного. А девушка продолжала и продолжала засыпать его вопросами, которые в конечном итоге заводили его в тупик. Знаете, порой душевнобольные люди говорят настолько правильные вещи, иными словами, что нам проще списать их к психам, чем принять за действительность. Вот и наш герой наконец заметил, что за нелепым, на первый взгляд, диалогом оказывается есть реальный смысл, реальное объяснение происходящему! Личности Женевьевы - это отражение в глазах его самого, отражение смысла жизни, отражение ответов, которые он так усердно ищет. Ремарк очень жестокий автор. Не знаю каким он был человеком, но автором жестоким и прочитав вы сами поймете почему. Да, он легко убивает тех или иных персонажей, но этим нас уже не удивить, многие используют такой прием, вроде бы вот-вот только начинаешь привыкать к персу, а его бац! и нет больше в книге. Это самый сильный и проверенный ход, вызвать читателя на бешеные эмоции. Кто-то начинает колотить по страницам ладонью и кричать "Нет! Как ты посмел!? Не может этого быть!", кто-то: "реветь". В основном я про девушек, конечно же, но вспоминая свою воду после Отверженных могу сюда отнести и мужчин.
Нет, Ремарк как писатель жесток, потому что он не дает шанс герою. Физически - быть может, но не душевный шанс. Его не припасено. Просто нет. Концовка книги ужасно сильная, несмотря на то, что на протяжении всей истории я постоянно смеялся.
Ну а теперь о том, о чем заикнулся выше, какой главной сюжетной линией в книге была моя линия. Это, конечно же, дружба. Настоящая мужская дружба! Нет, если вы не оттаскивали раненого друга, ползая по земле, стараясь, чтобы вас не зацепило снарядом - это не значит, что дружба не настоящая! Настоящей дружбу делают не только отважные поступки, но и обыденные, повседневные, на которые практически не обращаешь внимания. И вот как раз в конце, если вы не хренов столетний чёрствый сухарь, вкусите всю жестокость автора в отношении дружбы. Но жестокость не относительно героев, а относительно автора к читателю. Ремарк выводит вас на эмоции, о которых вы не помышляли на протяжении книги, и делает это умело!
Эрих, ты чертов гений! Я не читал столько потрясающую книгу уже давно. Можно ли сравнивать Отверженных с Обелиском? Многие думают, как эти два совершенно разных произведения можно соотнести для сравнения, да запросто. В плане эмоций. Гюго выжал по максимуму все в самом конце, а по ходу сюжета мне просто нравилось читать, так как текст был правильным, сюжет интересным и язык простым. До Черного обелиска для меня Эпопея Гюго была эталоном, но теперь в моей памяти появился Ремарк. Да, он подарил мне эмоции в самом конце, но он дарил мне их и на протяжении всей книги, вот вам и разница, вот вам и различие. Если Отверженные для меня эталон, то, что тогда есть такое Черный обелиск?..
Когда буду выбирать книгу года, предстоит очень и очень тяжелый выбор.
Ну и пятое, у книги все-таки есть минусы, но они определяются исключительно вкусами самого читателя.
Это:

• Обложка потрясающая и вообще серия очень красивая эта, хоть и стоит в три раза дороже Эксклюзивной классики, которая включает в себя большинство книг Ремарка, но я готов платить больше, потому что оно того стоит и приобретать эту красочную серию с твердым переплетом. Но минус в том, что буквы стираются, как у "мировой классики" Азбуки, смекнув это, я просто стал браться за книгу по-иному.
• Сложно произносимые слова. Германия же, всякие оберштурмфюреры еще куда не шло, но вино... вот, даже сделал пометку, чтобы выписать затем в рецензию - бутылка Форстериезуитенгартена 1915 года (с). Вы прикиньте? :D И такого в книге достаточно!

Третий год подряд читаю у моря Ремарка. Третий год подряд я понимаю, что его творения хороши, но, увы, это не мой автор. Третий год подряд герои произведений немецкого писателя пьют, ищут смысл существования и грустят, вспоминают войну, друзей, любят женщину так, что после них можно и не читать бульварные романы для домохозяек.
В "Черном обелиске" описано время экономического упадка Германии после Первой мировой войны, когда люди заканчивают жизнь самоубийством, потому что нечем кормить семью, зарплата утром - это копейки уже к вечеру, за которые трудно купить даже булку хлеба. Тяжело всем, но жизнь продолжается, хоть и не для всех. Люди выкручиваются из бедственного положения кто как может.
В психиатрической больнице живет Изабелла-Женевьева, девушка, страдающая психическим расстройством. Тихий, безобидный человечек, которого любишь, но стыдишься эту любовь показать, как будто ты любишь то, что нельзя и знаешь, что это огромное табу в обществе. И понять, какое у нее самочувствие и кто она сегодня можно лишь по имени, которым она называет посетителя.
Есть в произведении и комичные моменты, от которых не смеешься, но точно улыбаешься. Как лучик в серой мгле. Один Кнопф чего стоит.
Оказалось, что книга - автобиография самого Ремарка, в некотором роде. Он так же, как и Людвик играл на органе и после войны работал в конторе по изготовлению надгробных памятников. Произведение достойно внимание, как, впрочем, и все творчество писателя.