Э. Л. Войнич. Избранные произведения в 2 томах (комплект)

Знаете ведь это желание: когда нам очень нравится какая-то история, хочется, чтобы она никогда не заканчивалась. Видимо, и Этель Лилиан Войнич настолько полюбился ее герой, что спустя тринадцать лет она написала продолжение "Овода".  Аннотация "Прерванной дружбы" (и это заглавие, кстати, гораздо точнее отражает центральную коллизию романа, нежели продиктованное маркетинговыми целями "Овод в изгнании") как будто обещает познакомить нас с историей Артура после побега. Из "Овода" мы знаем, что герой страдал, терпел лишения, перенес значительные увечья. Но на самом деле второй роман этот этап жизни Ривареса перепрыгивает. Герой предстает перед нами уже пройдя все эти испытания, в моменте, когда его жизнь устремляется к лучшему: Риварес присоединяется к французской экспедиции по Южной Америке. Примечательно и то, что сам Риварес во втором романе герой второстепенный.

А начинается повествование со знакомства с семейством Мартерель. Первая сотня страниц рассказывает о взрослении главного героя - Рене и о его семье: отце, отчужденном египтологе, брате, взявшем на себя заботу об отце и имении, сестре Маргарите, прикованной к постели в результате травмы, других родственниках. Рене предстоит сыграть определяющую роль в судьбе Ривареса, даже стать ему подлинным другом. Персонаж этот бесспорно вызывает симпатию. Добрый, образованный молодой человек, личность цельная и гармоничная, он решает во что бы то ни стало поставить сестру на ноги (излечение возможно, но дорогостояще, именно поэтому он и отправляется в экспедицию). Конечно, отношения Рене и Маргариты во многом созависимы (особенно со стороны Маргариты, для которой Рене - вся жизнь), но подобное решение все равно вызывает уважение. Увы, в финале история Маргариты трагична во всех смыслах.

Интересно, что Рене и Риварес - этакие антиподы друг друга. У них много общего: оба выросли под опекой родственников, а не родителей, у обоих - сложные отношения с отцами, оба - одаренные и умные молодые люди. Но главное их различие кроется во взаимоотношениях с другими: Рене способен на безусловную любовь, не требующую объяснений, Риварес, увы, подобного лишен. Он всех подозревает, он всегда носит маски, а всех людей оценивает лишь с двух позиций: одних следует опасаться, другими можно манипулировать. У Ривареса в этом романе, кстати, есть и двойник - это доктор Маршан. Их судьбы похожи: Маршан тоже пережил предательство, разрыв с любимой женщиной, от него отвернулись знакомые и друзья, после чего жизнь покатилась под откос. Вот только Маршан в конце концов осознает причину своих бед, выбирается из бурных вод, и постепенно его жизнь налаживается. Собственно, экспедиция, участие Маршана, дружба Рене сотворили чудо и с Риваресом. Но, увы, натура он такая, что привязанность и перспектива открыться другому по-настоящему страшнее голода, боли, насильственной смерти. И когда Маргарита, эта неискушенная в человеческих взаимоотношениях душа, интуитивно прозревает трагическое прошлое Ривареса - он бежит.

Откровенно говоря, второй роман все-таки слабее "Овода". Но как психологическое препарирование персонажа - неплохо. Мне понравилось, потому что - да, было приятно вновь читать про полюбившегося героя. И чего у Войнич не отнять - пишет она прекрасно, а потому сам текст увлекает.

Что скрывается за привлекательным образом главного героя романа?
Эпиграфом к роману, является цитата из Евангелия:

Войнич осуществляет реванш, реализовав в Оводе замену Христа одержимым. Он является народу как Сократ, которого соотечественники сравнивали с оводом, обличающим недостатки общества. В конце произведения, автор, по степени страданий и смерти за народ, делает прямое сравнение главного героя с Христом, принявшего смерть в 33 года. Финальная Евхаристической процессия, в которой плоть и кровь Христа подменяются телом казненного Овода, еще более усиливает эту аналогию. А Монтанелли сравнивает себя с Отцом, отдавшему Сына на смерть. В тексте присутствуют и другие аллюзии на Евангелие. Старая религия рушиться, на её место ставятся новые идеи и новый идол. Думаю, что подобная схема осуществлялась в истории человечества не один раз и необязательно это называть религией.

Вспомним, что Войнич жила некоторое время в России, была знакома с революционерами многих стран, скрывающихся в том числе и в Англии, Родине писателя. Впоследствии вышла замуж за польско-литовского революционера, сбежавшего из Сибири в Англию. Одной из линий романа была борьба за независимость итальянского народа, но целью книги могла быть Российская империя, когда часть Польши была российской территорией. Поэтому многие в России и Польше увидели в Оводе образы местных борцов.

Во времена Советской России в роман были вложены смыслы, которые Войнич не вкладывала в свой роман. Даже с религией, со временем, у писателя сложились другие отношения. Написала она свой роман в 33 года, а прожила 96 лет. Можно найти сведения, что биография писателя в СССР искажалась и замалчивалась, а также делались коррекции в тексте при переводе романа. Поэтому мы читаем идеологически выправленный текст. Текст может воздействовать как отдельными своими фрагментами, так и целиком.

В начале произведения рисуется красивая картинка жизни Артура и его духовного наставника (Лоренцо Монтанелли). Впоследствии выясниться, что это сын и отец. Идиллия заканчивается, когда молодой человек увлекается политикой, участвует в национально-освободительной борьбе своего народа. Похвальное стремление для патриота любой страны. Надо отметить, что папско-католическая церковь в то время поддерживает существующую власть, отсюда и конфликт между юношей и его наставником. Монтанелли вынужден по службе уехать в другой город, перед этим он, предчувствуя плохое, делает Артуру предложение, что если Артур попросит, то он останется с ним. Это предложение резко выбивается из благородного образа священника. Оно не естественно, так как сваливает ответственность на молодого человека. И не имеет никакого смысла, так как присутствие святого отца никак не влияет на пристрастие Артура к политике.

Артур с достоинством проходит тюремное заключение, но его подводит, то, что он в исповеди рассказал о своей политической группе. Священник, которому он рассказал, выдал эти сведения полиции. Сразу вопрос: «Какое право он имел говорить на исповеди о других?» Это явно его ошибка и он за неё поплатился. После выхода из тюрьмы, он узнает, что все его считают предателем, что Монтанелли его отец и его любимая девушка дает ему пощечину. Всё это дало повод имитировать самоубийство, а самому уехать в Южную Америку. У него нет желания бороться, доказывать преданность делами, добиваться справедливости. Он игнорирует чувство тех, кто его любит и с ущемленным самолюбием дает им понять, что он мертв. Всё это можно простить молодому, еще не оформившемуся человеку.

Интересно наблюдать за крушением веры Артура. В моем понимании, веры там никакой не было. Было красивое исполнение церковных ритуалов. Когда мальчик встретился с жизнью, красота кончилась, и когда потребовалось проявить настоящие христианские свойства, религия стала не нужна. Всю вину за свою судьбу он перекладывает на окружающих его людей и Бога.

В Южной Америке он получает жизненную школу, выразившуюся в тяжелой работе, унижениях, оскорблениях и избиениях. Озлобленный и покалеченный он возвращается в Италию. В светской жизни выглядит несносно, характер отвратительный, со всеми ссориться, пишет злобные обличительные статьи, скромно назвался, подобно Сократу – Оводом. Во всех своих бедах обвиняет любимую девушку (Джемму), которая посмела усомниться в нем, своего отца, ставшего кардиналом и не оставшегося вместе с ним, и церковь.

Постепенно проявляется его тайная жизнь, связанная с национально-освободительным движением. Здесь уже Войнич вырисовывает образ революционера, преданного делу, имеющего любовь и авторитет товарищей. Всё это исполнено в описательном стиле с минимум конкретики. Да и весь роман моментами напоминает агитационный плакат, лозунг, декларацию характеристик и фактов, часто противоречащих предыдущим фактам.

Эпизод отношения Овода к беспризорному и избитому ребенку выглядит искусственно вставленным и очень сильно напоминает распространённые картины: «Наш Герой и дети».
Со взрослыми у него обычно не получаются отношения. Вот чего бы ему было сразу не объясниться со своей любовницей Зитой Рени. Обвиняя других в перекладывании ответственности, именно с ней он взвалил ответственность о решении ухода Зиты на любящую его женщину. Он знал, что эта любовь бесперспективна, но мучил её. Уход любовницы, зная, что она должна покинуть его, он воспринял как пощечину и в который уже раз думал не о других, а о себе.

Борьба Овода больше похожа на поступки обидчивого мальчика, одержимого местью, искаженного образа графа Монте-Кристо. Моё идеализированное сознание рисовало революционера, который выше личных обид. С этой книгой пришло разочарование. Оказывается в основе движущей силы революционера лежит не идея, а личные ущемления и страдания в прошлом. Страдания дает им моральное право пренебрегать другими. Народной идеей прикрываются как безопасным поводом для личной реабилитации, для самоутверждения и победы над обидчиками.

Самой мощной частью книги является третья часть. До этого книгу можно читать и восхищаться ей, несмотря на многие несуразности. Но в третьей части сильно явно образ Овода преобразуется в образ нового Христа. И это не пришествие, больше напоминает нашествие, нигилистов, наподобие «Бесов» Достоевского, благо и там, в эпиграфе, цитата из Евангелия об одержимых. Только образ местного демона, в виде Николая Ставрогина, выстроен более гармонично, глубоко и интересно.

Вот как, прикованного заключенного, полюбили все солдаты тюрьмы?! О любви у революционеров довольно жестокие понятия. Любя своего отца, Овод поставил его перед выбором: «Или я, или твоя вера». Чудовищный и жестокий выбор, это манипуляция, поломка воли любимого, подстраивание его под себя. Это эгоизм, как и в некоторых других поступках Овода, который в конечном итоге уничтожает объект любви.
Воля без чистой любви приводит к «одержимости нечистым духом».

Третья часть особенно проработана автором в идеи замены религии христианства с образом Христа в религию человека-сверхличности, ведущего за собой народ. Причем основная роль народа осталась той-же – поклоняться новому Христу и идти за ним. Это грубо, цинично и лицемерно.

От себя скажу, что смирение в христианстве, против которого восстал Овод, понимается неправильно. Для меня, хотя я и не христианин, Христос, это воин, принесший в мир меч и его учение, это мощный духовный путь, путь силы духа, который мощнее и красивее путей подобных Оводу.
С церковниками-предателями стоило бороться, но Монтанелли, которого действительно любил народ, был сломлен писателем некрасиво, безобразно, в угоду идеологии и это неправильно. Овод игнорировал любовь народа, ему важна была своя победа, свои мучения и страдания.

«Во имя бога», это не значит с церковью. Мадзини, создавший «Молодую Италию», подразумевал противостояние с папской церковью, но с Богом, а не без него.

Час назад, когда я только захлопнула книгу, мне казалось, что, наверное, я так никогда и не напишу ничего вразумительного. Сначала – потому что мысли будут путаться из-за того легкого хаоса, что остался во мне. Потом – потому что пройдет слишком много времени и я пойму, что постоянно что-то упускаю из того, что хотела сказать. И решу, что зачем тут после четырехсот двадцати четырех рецензий - моя четыреста двадцать пятая.
Но поговорить обо всем этом все же слишком захотелось; слишком, поэтому пойдем по свежим следам «Овода» - книги, о которой я, кажется, чаще всего слышала, что человек плакал над ней. Даже от своей бабушки, и, по ее словам, это единственная книга, залитая слезами в ее жизни, а это, знаете ли, серьезно, очень серьезно.
Наверно, именно поэтому она сперва вызывает такое неоднозначное отношение: что же там за драма такая, что люди так реагируют? И любопытно, и страшно, и даже несколько отталкивает от прочтения – ясно, что все будет плохо. А возможно, и слишком наигранно.
Так вот, скажу сразу – да, под конец было очень неудобно читать из-за расплывающихся в глазах букв. Впрочем, я тот еще любитель всплакнуть над чужими бедами – тогда не хочется оплакивать свои - но стоит отметить, что это было далеко не так, как я ожидала, а просто некоторое количество горьких слез. И пролитых не совсем в том месте, где их льют остальные.

Итак. Роман представляет собой три линии: революционную, религиозную и любовную.
Многие говорят как раз о последней, об Оводе и Джемме, о запомнившемся всем читавшем обращении «Милая Джим!». О том, какая сильная и грустная эта неслучившаяся любовь. Но мне тут сказать особо нечего, потому что, как по мне, пусть герои так и не сказали ничего вслух, Овод так и не открыл ей своей тайны напрямую, обоим все было ясно. И этот оттенок печали, пронизывавший их отношения, вовсе не нестерпимый. Хорошая любовь, спокойная, грустная. И роман не о ней.
Линия «Молодой Италии» и революционного дела – весьма симпатична, именно так, именно таким малоподходящим словом я бы описала свои впечатления. Революционеры показаны с разных сторон, но - горячими энтузиастами, братьями по духу, хорошими людьми. Пусть методы их и не всегда хороши. Что самое ценное – читателю не приходится тонуть в этой линии, она остается яркой, кипящей, но достаточно поверхностной; ровно настолько, чтобы не перестать быть фоном для Овода, его сильного, упрямого характера и мятущейся исстрадавшейся души.
А теперь мы подходим к самому интересному. К вопросу религии и, подспудно, отношениям Овода и его padre. Эта тема в последней трети ожила особенно ярко, безжалостно вклинилась в гармонию первых двух, и вот тут стало больно и хорошо, ух как хорошо. Но, стоит признать, я люблю подобное, и «Овод», пожалуй, почти эталон религиозных конфликтов, которые привлекают меня в литературе. Потому что это совершенно потрясающая возможность почувствовать себя в нескольких шкурах сразу, раздираемым на части. Даже если ты полнейший атеист. Дает почувствовать веру – такую, какой она когда-то была, когда церковь значила так много. Это, на мой взгляд, совершенно удивительное переживание. И тут эта линия сделана отлично, пусть с излишним драматизмом, но так ощущается даже крепче.
Это очень, как ни странно, красиво. Особенно, последняя проповедь padre Монтанелли, эти параллели с Христом, с его кровью, с кровью его сына. За одно это роману выставила пятерку недрогнувшей рукой, при том что большую часть книги я читала просто с благодушным интересом.

Что же касается романа в целом, то, во-первых, легко проглядывается множество параллелей с любимым мной «Графом Монте-Кристо», но это было лично для меня чередой приятных открытий, так как эту весьма (а местами и чересчур) драматичную историю я люблю с детства. Тут мы плавно подходим к «во-вторых»: во-вторых, книга чем-то напоминает о детстве, так как тогда эта чрезмерная пылкость героев, яркость их жестов и драматичность поз казались не только волнующими, но даже необходимыми, чтобы почувствовать детским разумом все душевное напряжение героев, которое местами было не до конца понятно. Здесь весь роман пропитан этой легкой гиперболизированностью чувств и реакций: драма - так драма, гордость – так до глупого упрямства, раскаяние – так до слез. И к этому надо отнестись без раздражения или иронии, а просто опять поверить, что так и должно быть, что так – совершенно правильно для этих людей. И тогда и будет так, роман не пройдет мимо.

P.S. Очень многие рассуждают о том, кто виноват. И мне кажется, что это в корне неверный вопрос.
Потому что люди совершают ошибки.
Потому что по-другому у них и выйти-то не могло.
Грустно, больно, с надрывом, но как-то правильно. По крайней мере, с художественной точки зрения. А потому очень красиво, и лично меня это заставило лить слезы куда сильнее, чем просто безграничная человеческая глупость или удары судьбы.

На новогоднем флешмобе прилетел подарок с этой книгой, а так как из всего творчества Этель Лилиан Войнич, конечно же, знаком был только с «Оводом», очень удивился тому, что «Сними обувь твою» это третья часть… Хорошо – подумал – есть возможность прочесть все три книги, тем более «Овод» не читал. Хотя с детства, благодаря советской экранизации 1955 года с Олегом Стриженовым в главной роли, бессмертный образ Овода стоял перед глазами. Так и застыл в голове Николай Симонов (великолепнейший актёр) в роли епископа Монтанелли в декорациях итальянской тюрьмы, обнимающий своего сына Артура (Олега Стриженова). Что делать с такими яркими впечатлениями детства?!..

Надо сказать, несмотря на очень известный сюжет, книга меня сильно удивила отсутствием революционной дидактики, которая была впечатана в меня советскими киноэкранизациями (в 1980году режиссёр Николай Мащенко снял телесериал с Андреем Харитоновым (Овод), Сергеем Бондарчуком (Монтанелли) и Анастасией Вертинской (Джемма)). Перебороть детские кино-впечатления оказалось очень сложно… Но, на мой взгляд, советские кинематографисты снимали фильмы с большим уклоном в сторону идеологии, а книга всё-таки больше о другом.

Вторая часть «Прерванная дружба» окончательно меня убедила, что Войнич писала совершенно о другом Оводе, не том, который впечатался в моё подсознание. Очень уважаю пассионариев, к которым безусловно отношу образ Артура. Только, на мой взгляд, автор и в первой книге создала настолько противоречивый характер, а во второй части, вернувшись к описанию скитаний ГГ в Латинской Америке, столько добавила красок, что … Сказать могу только одно – не смог я смириться с подобной второй книгой. Сильно она меня не убедила. Как-то перестал я доверять авторскому изложению. Может быть, конечно, это мои личные проблемы.

А вот третья книга «Сними обувь твою» примирила меня с автором. Тут я окончательно убедился в том, что Войнич всё время писала о других вещах, просто, читатели видели в её книгах то, что наиболее интересовало их самих.

История конкретной семьи Генри Тэлфорда и Беатрис Риверс весьма увлекательна и познавательна. Несмотря на то, что описаны события второй половины восемнадцатого века, образы разных героев отличает такая психологическая проработка, что впору диссертацию писать о диагнозах и отклонениях в поведении людей. Конечно, именно благодаря таланту Войнич представленные персонажи получились такими живыми, неординарными, запоминающимися… Вот только почти всех их хочется отправить на приём к психотерапевту. Глупо, конечно. Какие психотерапевты в восемнадцатом веке?!

«Овод»- это революционно-романтический роман писательницы Э.Л. Войнич. Впервые вышел в 1897 г. В США.
Скажу сразу, что особой люби к революционным книгам у меня нет, т.к. в основной массе они повествуют о людях, чья идеология и жажда справедливости прямо пропорциональна скудности ума и совести. К сожалению, по моему мнению, данный роман не стал исключением, несмотря на то, что он имеет высокую оценку в массах, а в советское время им учитывалась как молодежь, так и более взрослое поколение.
Итак, вкратце расскажу основные точки сюжета. Книга поделена на 3 логические, как мне кажется части.
Первая часть:
С первых страниц автор знакомит нас с главным героем своего произведения –Артуром Бертоном, в последующем Оводом, собственно в честь кого и названа книга. Артур в начале книги видится мне мамкиным бунтарем. Он ревностный и глупый фанатик, только начавший свою сознательную жизнь и сразу загремевший в тюрьму, как участник революционной организации «Молодая Италия». Короткое отступление: Главной целью организации было освобождение Италии от иноземного ига и создание единой Итальянской республики.

Тесно с революционной темой в повествовании протягивается нить религиозная. И именно она здесь проработана очень хорошо. В первой части произведения автор знакомит нас с Лоренцо Монтанелли- другом, наставником и по совместительству духовным лицом. Между ним и мальчиком существует тесная связь, именно этот персонаж складывает в сознании Артура религиозный обелиск.
Но к сожалению, вера Артура даже в молодости не так сильна, как ему бы хотелось. Молодой человек видимо считает, что веры Монтанелли хватит на них двоих. О его религиозной неграмотности говорят следующие строки:

Серьезно? Кому нужно? А то, что самоубийство тяжкий грех, не? И так всю первую часть. При этом, всю сюжетную линию проскальзывает параллель главного героя и Иисуса Христа. Извините, но это все равно, что сравнивать «Божий дар с яичницей»
Действия Артура сравни с 10-летним ребенком. В течении повествования так получится, что да… его предадут. Предадут не только собратья по движению, но и любимая девушка. Хотя, что это все по сравнению с предательством его наставника. В связи с этим предательством он и решается инсценировать свое самоубийство и отправиться в далекие дали. Но если честно, так себе причина, глупо ломать свою жизнь из-за того, что ты узнал о появлении своего отца. Боже, а какие душевные муки описываются в связи с этим происшествием:

На этой прекрасной ноте мы заканчиваем первую часть.
Вторая часть:
Повествование возобновляется спустя 13 лет, а именно на дворе стоит 1846 год. В воздухе витают все те же нотки революционных настроений, автор знакомит нас уже с новыми героями. Новая цель – добиться проведения реформы законов о печати (это и обсуждается в начале второй части). И здесь уже на арену выходит видоизменный Артур, теперь он Феличе Риварес. Риварес занимается написанием политических фельетонов во французских газетах под псевдонимом Овод. Теперь наш мальчик атеист, позер и кривляка с выдуманными историями о своих приключениях, в которых он отводит себе роль Рембо. Не казист, с огромным шрамом на пол лица, хромой, разве, что не рябой. Но… пишет замечательно:

В этой части перед нами разворачивается динамичная любовная линия, здесь он встречает ту самую девушку, которая предала его в первой части. Огонь сопротивления не погас в ней и она вдова, потерявшая мужа и ребенка, но так и не взявшаяся за ум, продолжает «толкать» правду.
Эта часть наполнена множеством размышлений, борьбы главного героя с самим собой. Он разочаровался в жизни, людях и религии, но при этом у героя осталось сильное чувство привязанности к возлюбленной и отцу Лоренцо Монтанелли, для которого годы не прошли зря, и он уже занимает один из самых высоких постов в церковной иерархии.
Третья часть:
Ну и как можно догадаться эта часть и является развязкой. Здесь собственно все получают то, что и заслужили, сопоставимо со своими грехами.
Оставшийся вопрос:
Почему именно «Овод»?
На первый взгляд хорошего человека оводом не назовут). Стала искать на просторах Интернета возможные расшифровки названия. Да, кто- то действительно проводит аналогию с этим ужасным насекомым. Но тогда не вяжется точка зрения автора на главного героя, в конце концов он здесь выступает достаточно положительным персонажем. В конечном итоге я нашла еще одну точку зрения о происхождении названия. Автор имеет в виду историю знаменитого греческого мудреца Сократа. Властители Афин приговорили его к смертной казни за то, что он обличал их пороки. Защищаясь на суде против несправедливого приговора, Сократ сравнивает себя с оводом, который надоедает неторопливому коню, побуждая его действовать. Приговоренный к смерти, Сократ мог бы спастись, если бы пошел на сделку с совестью, отрекся бы от своих убеждений, но он предпочел смерть. Наделяя своего героя прозвищем Овод, писательница напоминает нам о Сократе, подчеркивая тем самым основное его качество - верность своим убеждениям. Вот в эту точку зрения хочется верить больше).

Итоги:

Написано хорошо, понятно. Автор держит интерес до последних страниц, но … (обычно все, что говорится до слова «НО» - не имеет значения). Вот знаете, всегда хочется читать книги, в которых характер главного героя хорошо проработан, любому читателю хочется быть похожим на этого смелого, доброго и т.п. человека. По моему мнению, здесь такого героя не получилось. Персонажи картонные, бунт в песочнице…

Да, мне двадцать восемь и я только познакомилась с этим произведением, и да, нужно было это делать лет пятнадцать назад.

Артур и Овод - две стороны одной медали, такие разных с первого взгляда, но такие идентичные (те же цыплята в скорлупе только в профиль) при более глубоком всматривании. И судьба - искрящая мукой, болью, переживаниями, - но выбранная самим человеком и им же самим не желаемая быть измененной. Артур, он же Овод, сделал свой выбор сам...

А теперь о частях этого выбора, т.е. тех же частях жизни, по порядку:

Овод - инфантильный глупец, который повзрослев так и не стал зрелой личностью, а избрал любовь к собственному мученичеству (как бы ни твердил он о чувстве к Джим - любил искренне и по-настоящему этот человек лишь свою боль). О Боже, как же наивный Артур раздражал меня в первой части произведения - не передать словами, такое слепое доверие священнослужительству, вера в иллюзорные идеи, с которой посоперничала бы самая нерушимая скала, и при этом до безумия глубокое незнание жизни и отсутствие мужественности (даже во внешности, вспомним описание героя в книге). Самое грустное, что персонаж пережил значительные изменения, не затронувшие, однако, его развитие духа: это не закалка, когда меняешь ранимость нервической мадемуазель (шило) на провозглашение себя праведным мучеником, который не может простить причиненной боли (мыло). О какой же мужественности (к подтверждению ее невыраженности также можно отнести отношение Артура к Зите, как в момент контактов с ней, так и в разговоре (не внешнее поведение, а внутренние мотивы - о них же, кстати, и в цитате ниже) со старушкой, принесшей о цыганке последние вести), о какой личностной стойкости может идти речь, когда Овод превратился в того, в кого превратился (кто читал, понимает, что муки более надуманы самим Артуром, чем реально являются адовыми):

Овод и Джемма - эти двое, на самом деле, просто невероятный (встретились же) тандем людей, которым "ни разу не пришло в голову" и "упускающих мгновение", которые друг друга вроде как всю жизнь любили (сомнительно), но оба совсем не увидели в этом чувстве не то что бесценности, а и простой значимости - никакой готовности на жертвы, никаких уступок и даже действий во имя любви, никаких попыток хотя бы раз стать на место другого и попробовать проникнуться его переживаниями, понять, а исходя из этого уже совершать поступки!

Овод и Монтанелли - яблоко от яблоньки... Выбор, совершенный кардиналом Лоренцо, не вписывается ни в какие рамки морали, веры или духовности: приверженность Церкви (а ведь, по сути, это та же секта, священнослужители - обыкновенные люди, а не посланники Господа (не смешите:(): Бог либо есть в сердце у человека, и не нужны никакие общины, либо его там нет, и никакие молитвы и исповеди кому попало не помогут) оказалась противоречивой самому Богу (Он никогда не стал бы ждать или требовать выбора между собой и кем-либо/чем-либо) - и Монтанелли показал себя настоящего, продемонстрировал собой те корни, которые выросли в Оводе в непримиромость и непрощение, в упивание идеей с попутной тотальной жертвенностью всеми без исключения составляющими человеческой жизни.

Нет, я не плакала над этой книгой, но мне было ужасно жаль и безумно грустно - не от того, какую судьбу прожил Овод, а от того, что Артур так и не справился со своей задачей души: не научился прощать; изымать, отпуская, из прошлого опыт; ловить моменты, чувствуя других людей, а не лишь копошиться как таракан в собственной беде, раздувая ее, наполняя и наполняя отбросами и помоями собственных мыслей, направленных лишь на упивание пережитой когда-то болью, чтобы та росла, раздувалась и проникала в каждую клетку, не оставляя места для отваги, мужественности, любви и силы духа...

Затянувшееся предисловие.

Давайте сразу начистоту. "Овод" был в списке литературы на лето классе в девятом-десятом, и я, разумеется, даже не подумав его читать, хотя он был в нашей домашней библиотеке, незамедлительно выработала на него аллергию на десяток лет вперед. Обложечка была такая, советская, светленькая, из толстого картона, переклеена тряпочкой на сгибе, нарисована муха (овод?) в общем - отторгающая. Кто мне сказал что Войнич - русская писательница и писала книги о Великой Отечественной войне - неизвестно, но я искренне поверила. Давайте обозначим все вышеперечисленное за "дано".

Вся комичность ситуации раскрылась в тот момент, когда я прочла страниц сорок книги с предвкушением скорой фашистской кровушки, и осознала, что, кажется, затянувшаяся беседа итальянского священника со своим учеником - это не предисловие, и не начнут они сговариваться о распространении фашизма на Европу.

Мораль: чтобы избегать подобных случаев, нужно читать аннотации. Но это совсем другая история.

К Оводу...

Такой прекрасной, реалистичной, горькой и скорбной книги я не читала давно. По эмоциональному накалу книгу можно сравнить с "Унесенными Ветром", или с трудным экзаменом, или с месяцем работы без выходных, или с жизнью в психиатрической больнице - можно еще много подобных сравнений придумать - итог один: книга очень эмоциональна, до жути, до смерти, до боли в мозгу реалистична. Не хватает слов или образования описать эти эмоции.

Очень хочу отметить одну сцену, которая до сих пор, кажется, продолжает колоть меня иголками под ногти: сцена, где Овод и Мартини разговаривают о Дженне и признаются в своей любви к ней. Во время чтения возникает полное ощущение того, что эти люди находятся с тобой в одной комнате... и хочется покинуть эту комнату, чтобы не слышать того, что они говорят.

Эта книга очень личная, и я никак не могу избавиться от употребления местоимения "я" в каждом предложении. Не хочется про нее говорить другим людям. Тем более писать рецензии... ;-)
Но могу сказать совершенно точно, только ради таких эмоций надо читать. Такая книга - одна на миллион, и это наркотик: один раз отыскав такую книгу, открываешь способность в себе чувствовать по-новому, и хочется жить...

Любите ли вы революцию так, как люблю ее я? Что, правда? Тоже считаете ее редкой гнусью? О! Тогда нам по пути, и сколь бы длинным ни был путь, мы с вами найдем общий язык и много тем для разговоров. Можно даже по душам. Тем, кто не верит в революционную борьбу, я и душу готова раскрыть при первой же встрече.

Ведь революция - это много крови, красной, как розы, соленой, как Мертвое море, липкой, как мед. Революция - это растоптанные души юных идеалистов, которые зачем-то хотели помочь тем, кто их о помощи никогда не просил.

Мне не понравилась книга Войнич. Ни капельки. Но дело не только в описанных выше моих чувствах к революционной борьбе, которая является основной темой книги. Дело в самой книге. Она совершенно неживая. Ни одна сцена не встает перед глазами, потому что описаний как таковых нет. Есть только пережевывание и перемалывание чрезмерно аффектированных внутренних переживаний, которые во многом мне кажутся притянутыми за уши.

А еще мне не понравилась крайняя необоснованность утверждений. Мы обязаны видеть героев такими, какими их нам приказывает видеть автор. Она миллион раз заявила, что Овод, дескать, с таким острым языком, шо капец. При этом не приведен ни один пример проявления этого острого языка. Ни одного гениального сочинения Овода мы не видим. А все, что срывается с его уст, это пафосные речи, которые лишены остроумия априори.

Кроме того, у главного героя необоснованные претензии ко всем. Все виноваты в том, как сложилась его жизнь. Все предали и обидели. Извините, но такая жалость к себе и женщине не к лицу, а уж мужественному герою мульёна восстаний тем более. Да и все было сделано "вот этими самыми ручками", а не кем-то другим.

Чтобы не спойлерить, поставлю на этом точку. И в следующий раз шибко призадумаюсь перед тем, как читать классику про революционную борьбу.

Вторая часть трилогии об Оводе мне понравилась немного меньше, чем первая. Возможно, это и не удивительно, ведь «Прерванная дружба» - это приквел «Овода». Хотя, с другой стороны, общего между этими произведениями достаточно мало. Кроме одного персонажа. И то, в «Оводе» он выступает на первом плане, а в «Прерванной дружбе» играет второстепенную роль. Однако даже если учесть то, что эта книга должна была по сюжету вписаться во временные рамки первой, для читателя это никакой значительной роли не играет. Читать книги можно в любой последовательности, как по мне. Непосредственно на понимании сюжетной линии это никак не отразится. Я вот вообще не сразу поняла, что наш герой – тот самый Овод :)

Книга очень разноплановая и крайне богата на события. Автор в достаточно небольшой объем успешно вплетает различные стили и жанры. Тут и глубокая драма и даже трагедия, морские приключения и исследование диких земель. А где-то встречается даже детективная линия, а то и триллер!

Очень здорово автор справляется с «препарированием» человеческой психологии. Отлично вырисовывает разные характеры героев. Прекрасно показывает трансформацию взросления и становления личностей. Замечательно описывает душевные страдания и муки героев.

Кстати, тут отлично ощущается отрицательное отношение Этель Лилиан Войнич к религии. Она, такое ощущение, что с яростью отвергает все религиозные традиции. Ей не нравится, что люди ходят в «разукрашенные» церкви, а не молятся Богу у себя дома, в тихом углу. Не нравится и религиозное воспитание детей. Это сразу же бросается в глаза.

Массу положительных эмоций вызывает эта книга. Тут тебе и сопереживание, и боль от того, что нет никакой надежды на светлое будущее, и восхищение благородством и оптимизмом некоторых персонажей, и отвращение. Читаешь такую литературу и думаешь – как тебе повезло в жизни. Какие же чудесные люди тебя окружают…

Обязательно буду читать продолжение (точнее, окончание) трилогии. Очень мне нравится автор.

Рекомендую каждому!