Отзывы о книге Evgenia Ivanova

(Специально не читала ничьих отзывов: хочу сфомулировать сначала свое собственное удивление, чтоб потом пойти и проверить, удивлялись ли так же другие, кто прочитал эту повесть).

Хм, вот ведь как бывает... Я жила ...дцать лет с уверенностью, что, прочитав в свои студенческие годы что-то у Леонова, прекрасно поняла, что это за писатель, поставила ему метку "не моё" и благополучно вычеркнула из своего виртуального списка "что еще надо прочитать" все его книги. Но ведь наш любимый лайвлиб чем хорош: время от времени он тебя выводит на то, что ты и читать-то не планировала. Вот как на "Евгению Ивановну". И теперь сижу в недоумении: как????!!! это ЛЕОНОВ????!!! У меня вообще никак не укладывается это в мозгах, а точнее в моих стереотипных представлениях об этом писателе.

Во-первых, на мой взгляд, это НЕсоветская проза. Нет, не АНТИсоветская, а именно НЕсоветская. При этом - РУССКАЯ. Но какая-то особенно русская.... Во-вторых (в противоречии с "во-первых"), я вообще ловила себя на мысли, что читаю кого-то зарубежного. Что читаю хорошую НЕотечественную прозу, автор которой при этом - явно человек, понимающий русскую душу и любящий ее. В-третьих, у меня было ощущение, что я читаю СОВРЕМЕННУЮ прозу. Да, с отсылом в те самые времена, когда строилась Советская Россия, когда непросто устанавливались отношения ее с заграницей.... Но при этом - с каким-то по-современному мудрым подходом к той эпохе и к вечности тех ценностей, которые никак не связаны с политическим антуражем.

История судеб. Я так обычно называю подобный жанр. Молоденькая русская женщина и двое мужчин: русский, побитый историческими и политическими перипетиями, и англичанин - неуклюжий странноватый ученый археолог. Треугольник? В какой-то степени, да. Но треугольник, отношения внутри которого разорваны во времени, да и немного в пространстве.

История трогательная, красиво оформленная ярким сочным фоном (действия непосредственно самой истории происходят на Кавказе)...

Впрочем, у меня есть претензия. К тому, как прописан образ этого самого русского мужчины - Стратонова. Не понравилось мне: такое ощущение, что этот образ какой-то совсем-совсем собирательный и от этого совсем не правдоподобный. То пафосный, то жалкий, то взволнованно и глубоко чувствующий, то виновато-суетливый, как нашкодивший школьник. Нет-нет, я сама всегда выступаю за то, что все мы разные, и я очень люблю противоречивость в персонажах. Но здесь, на мой взгляд, другое: как будто нет у автора никакого отношения к этому герою. Лоскутный получился этот Стратонов. Имхо, конечно.

Но ставлю все 5 звездочек, ибо повесть ХОРОШАЯ! Очень. И финал жизни главной героини Evgenii Ivanovny очень понятен и очень трогателен. И мне скрытая в нем мысль, скрытый мессидж показался очень важным и нужным... (Пойду читать мнения со-лайвлибовцев!) UPD: Да! Я знала, что эта повесть удивляет (и удивит еще) многих!!! КАК она могла пройти незамеченной (неузнанной?) в годы жесткой советской цензуры??? И еще: загляните в раздел "цитаты"! Какие чудные строчки выписаны!.. (всё, что я хотела оставить на память, уже оказалось выписанным)

И дело художника – уложить событие в объем зерна, чтобы брошенное однажды в живую человеческую душу, оно распустилось в прежнее, пленившее его однажды чудо… Леонид Леонов ''Evgenia Ivanovna''

Красивая и печальная повесть, упавшая крошечным зерном в душу и распустившаяся в пронзительную тоску по мальвам в палисаднике, по каплям дождя, по бескрайним просторам – там навсегда осталось сердце Жени, Женни, Евгении Ивановны. Можно ощутить вечный глиняный пепел библейских царств, можно обрести покой и защиту рядом с добрым, успешным, мудрым и остроумным английским археологом – там спокойствие, уверенность в будущем, там никаких потрясений и предательства. Можно убежать с любимым из тревожного отечества, в котором только смутное будущее, тревожное настоящее и светлое прошлое – там, в Константинополе, осталось разбитое сердце и надежды. Можно вспоминать, как мама собирала плотные алые помидоры в огородике, как летний ливень заставал в поле, можно вспоминать, как заезжий офицер складно говорил – там, под Ростовом, осталась душа. Навсегда. Благополучный и немного смешной англичанин Пикеринг – это шанс для несчастной, вечно голодной, брошенной русской девушки в далеком Константинополе, шанс на будущее, в котором будут английский дом, дети, небольшой парк рядом с домом. Просто будущее. Мозаичный, смутно прописанный, невнятный, жалкий, запутавшийся Стратонов – это прошлое, это Россия, которая позвала в светлое будущее и бросила многих в неизвестное настоящее, такое неясное, непонятное, это Россия, которая выкинула за борт огромный слой людей, подобных Стратонову, оказавшихся ненужными даже самим себе, предавших, прежде всего, себя, свою совесть. Между двух миров оказалась Евгения Ивановна. И такой легкий и правильный выход – благополучная Англия и муж-археолог, который знает всё о том, как цивилизации превращаются в прах, как люди становятся историей, какие бы потрясения ни выпадали на их долю. Но разве можно прожить там, где нет твоей души и где нет части сердца? Пусть сейчас на родине прекрасные беседки загажены, пусть будущее там непонятно, пусть там сейчас никого не интересует археология, потому что там строят новый мир, но разве можно жить без неё – без родины? Кто-то может, а кто-то…тихо умирает от тоски, потому что обернулся посмотреть на теплые капли дождя, на грузинские горы и вино, туда, в туманную грузинскую даль, где Грибоедов объяснялся в любви юной Нине Чавчавадзе: зачем пережила тебя любовь моя… Она будет плакать вечно о потерянном, об оставленном и не обретенном, о том, что не отпускает даже когда понимаешь, что впереди только хорошее, но...Невозможно.

Держась распространенного мнения, что время – лучшее лекарство, он, в сущности, читал Жене курс вечности, как будто сердце сможет примириться с печалью, если разум удостоверится в её обычности.

Свойство настоящей литературы в том, что неважно, когда она была написана, она всегда будет современной и всегда будет будоражить наши чувства, мысли. Ведь нельзя сказать, что Толстой, Достоевский или Пушкин писатели монархические, или либеральные, или демократические. Это Литература вне строя, вне рамок, поэтому она и является великой. Потому что она о Человеке. Проза Леонова лежит вне определений и рамок: советская, антисоветская. Это просто Литература. Настоящая. О вечном.

...глиняный пепел библейских царств. Он помнит слишком много, чтобы остыть, примириться, предаться заслуженному забытью…

Странная судьба у советских произведений. Большинство из них создавались при мощном слиянии личных чувств и всеобщего помешательства, где мнение массы вытесняло крупицы логики и разума, подчиняя своим законам, внушая новую мораль. Но прошло время, привычно расставившее по местам перемешанные в бардаке коммунизма ценности, и теперь идеи писателей тех лет не так очевидны, а порой принимают и вовсе настолько искаженные формы, что только с помощью критиков тех лет в них можно разобраться. Разобраться и ужаснуться и вдруг обрадоваться, что все давно прошло, сгинуло, почти забылось. И советские произведения теперь можно и даже нужно рассматривать масштабнее, выходя за границы и рамки, в которых они когда-то дано были написаны. Они, произведения, от этого становятся только богаче, полнее, глубже, раскрываясь так, как их авторы не мечтали.

Повесть Леонова «Evgenia Ivanovna» встречает читателя неласковой и чужой латиницей в названии. Еще не успев познакомить с героиней, писатель сразу отрекается от нее, подчеркивая свое к ней отношение. Очевидно, что имя русское, но принадлежит оно уже иностранке. И вот начинается история. Начинается она где-то в Грузии, что, в общем-то, тоже символично: вроде бы как своя страна, да не совсем. Такие декорации, как зеркало, отражают и усиливают образ Евгении Ивановны, который раскроется ближе к середине повести. В начале, еще не разобравшись в происходящем, ощущаешь напряжение между персонажами, между парой иностранцев и их дерзким гидом. И сразу следует предыстория, занимающая большую часть самой истории. Три героя, три неоднозначных личности, судьбы которых переплелись забавным и трагичным образом.

Самым простым и ясным из них предстает англичанин Пикеринг, муж Жени. Он образован, открыт, честен, умен, благороден – много достоинств у профессора. Но видно, что Леонову он не нравится. Потому что «не наш», чужой. Наверное, поэтому автор наградил Пикеринга такой внешностью, в противовес, чтобы хоть здесь уязвить.

Стратонов как личность намного сложней. Его трудно понять, он слишком непостоянен. Его поступки характеризуют его как человека слабого, неуверенного в себе. Он вроде бы и стыдится сделанного, но тут же озлобляется (старая поговорка: кто кого обидит, тот того и ненавидит), то вдруг робеет и становится смирным. И если Женя – это Грузия, Советский Союз, но не Россия, то Стратонов – Россия как раз того времени: переменчивый, иногда добрый, иногда агрессивный.

Евгения Ивановна – главный персонаж и самый сложный образ. Она сильная личность, ей через многое пришлось пройти. Испытания закалили ее, но не озлобили. Такая еще молодая и уже по-своему очень мудрая молодая женщина. Мне кажется, мало кто на ее месте смог бы повести себя с большим достоинством, чем это сделала Женя. Хотя, признаться, я до последнего сомневалась в ее благоразумии и боялась за нее.

Финал повести обескураживает. Да и не только финал, развязки не было. И вот недостаток развязки, ее вялая и неубедительная форма как будто бы были заменены таким поворотом событий. Тот случай, когда несколько строчек сильно портят колоссальное впечатление от всей книги.

Я очарована. Прекрасная повесть, замечательный стиль и язык. Видно, что это не классика Золотого века, более современная, более дерзкая, с едкими эпитетами и метафорами, заставляющими вчитываться в каждое слово. Пусть Леонов решил закончить свое произведение не самым удачным образом, однако это его дело, его творение. Значит, он так чувствовал, считал необходимым наказать свою героиню за предательство родины, за то, что оставила ее в трудную минуту, выбрав для себя более легкий путь. Были такие времена, когда даже жизнь главной героини должна была подчиняться общей идеологии. Что, впрочем, не делает саму повесть, яркий пример слияния настоящей литературы и советской одинаковости и «правильности», менее прекрасной. Все равно чувственно, все равно сильно, все равно восхитительно!

Это лирическая, написанная сочным языком, история девушки, попавшей почти случайно в эмиграцию со своим молодым мужем-офицером на исходе гражданской войны. Ее зовут Женя. А офицера – Стратонов. Он привозит ее в Константинополь и неожиданно бросает одну, без гроша денег. Женя – на краю голодной смерти. Она бродит по улицам чужого злого города, и близка к отчаянию. Но вот каким-то чудом она переправляется в Париж и встречает там английского ученого-археолога, смешного долговязого профессора, который, видя ее бедствие, нанимает Женю на работу личным секретарем. Вместе они едут на раскопы в Месопотамию. И дальше, дальше по опаленной земле. Ближний Восток, Африка, Кавказ. Воздух наполнен запахом лавра и лимона. Баранины и кинзы. Леонов не скупиться на поэтические зарисовки восточной красы. В путешествии Женя становится англичанину женой. Она прячется у него под крылом от своих ночных кошмаров, одиночества и неустроенности. И все бы хорошо, но в их отношениях неотвязно присутствует тень Стратонова, пропавшего офицера, якобы погибшего в иностранном легионе. Женя никак не может отделаться от прошлого. Стратонов ей снится. И вот умный англичанин предлагает перед возвращением в Лондон посетить Россию. Отдать последние долги. Женя с радостью соглашается, они едут в Советский Союз и в Грузии… встречают Стратонова.

Он осунулся, обтрепался, и работает экскурсоводом. Новая власть простила его белогвардейское прошлое и дала работу под стать образованному дворянину. Стратонов читает интуристам по-французски лекции про Кахетинское вино и Алазанскую долину. Несколько тягостных дней герои проводят втроем, и Леонов показывает тут все мастерство психологической прозы. Удивительно, но в момент объяснения между Стратоновым и Женей, которое происходит лишь в последнюю ночь, бросивший ее на чужбине муж, не говорит о личных мотивах бегства, он читает ей лекцию о русской революции с как будто совершенно неуместной предысторией. Стратонов «…через энциклопедистов и ранний социализм, донес Прометееву искру до заголовка ленинской газеты». Он объясняет Жене неизбежность и планетарный характер коммунизма. Это может показаться ужасной странностью: бывшие супруги впервые остались наедине, накопилось столько горя и столько вопросов, и тут – проповедь. Но Леонов говорит нам, что иначе и быть не может. Стратонов сначала должен мотивировать свою главную жизненную перемену, и тогда его подлость на чужбине по отношению к молодой, поехавшей за ним, девушкой, должна стать понятной. И чуть более простительной. Стратонов не предатель, он слабый человек, столкнувшийся с большой историей. И теперь у этой большой истории он изо всех сил ищет поддержки. Женя слушает про «решающую схватку» со старым миром и про «всемирно-освободительную эстафету» и холодно говорит: – Действительно, это большое приобретение для земного шара, если вы имеете в виду лично себя. Мы все там, в Европе, очень рассчитываем на вас, Стратонов, что вы не подведете. Женя отдает ему старое обручальное кольцо, которое не продала, даже умирая от голода, прощается со строителем нового мира и, кажется, исцеляется от прошлого.

Но не исцеляется от России. Через год в Англии она умирает. Врачи говорят – от родов, но Леонов добавляет, что не только от них. А еще от того, что называется – русская тоска. Так заканчивается эта печальная повесть. От России не спрячешься ни в Париже, ни в Лондоне. Если судьба родины трагична, то судьба ее детей не будет сладкой.

Нравятся такие книги: вроде бы и ничего особенного, спокойное и плавное повествование, нет любви, чтоб аж-аж, не наблюдается особых страстей, но оторваться невозможно.

Это история Жени, которая верила и любила. А её предали и бросили. И кажется, что дальше должно быть всё грустно, печально и безысходно. Но судьбе было угодно подарить ей шанс на счастье, билет в новую жизнь. Брошенная в чужой стране, отчаянная и нуждающаяся, умирающая от голода, волею случая Женя знакомится с учёным Пикерингом и становится его секретарём. Это начало забвения прошлого, это ростки новой жизни, это новая любовь.

Когда бурей срывает с дерева листок, дело его конченое. Он еще порезвится на воле и окрестность облетит, даже в непривычную высоту подымется, но сгниет все равно раньше остальных, оставшихся в кроне.

Вот и девушка, вроде и счастлива, и окружена заботой, но сохнет, как цветок без воды. Она скучает по русскому небу, по русскому солнцу, по родной земле.

Знала ли она, что страна не та, что прежде. Чувствовала. Видимо, со смертью матери ушло то неповторимое чувство родины, тот светлый образ прошлого, ясные воспоминания детства и чувственные порывы юности. Да и любовь прежняя, преданная, искалеченная, теперь лишь только мираж, призрак. «Одним сожалением не воскресишь навек загубленного», покаяния мало для прощения, иногда ошибки молодости не поддаются исправлению. Стратонов, бывший муж, так и не примирился с этим. Да и Женя, вроде бы и простила, но бездушно как-то, словно прежние злоключения случились не с ней, словно не было общего прошлого, как-будто рассыпалось в прах всё милосердие. Теперь ей тесно в русских просторах, давит прежняя любовь, горчит степной воздух. Она, как мотылёк к свету, стремится в Англию. К новой, зарождающейся жизни. Ведь «теперь она была начисто избавлена от печалей бывшей родины, от нынешних ее бед и тех, что поджидали всех этих людей впереди, от порою непосильных трудов и переживаний эпохи, роднивших их, как грозный исторический пароль.»

Леонов приятно порадовал. Поэтичностью языка, прекрасным сюжетом, непредсказуемостью. Любовный треугольник без углов, драматичная история без надрыва и изобилия слёз, любовь без соплей. " «Ах, боже мой… но ведь красота — это то, что любишь!» — непроизвольно сорвалось с ее губ... Как же вы правы, Евгения Ивановна!

Очень печальная и потрясающе красивая повесть получилась у Леонида Леонова. И красива она не потому, что какие-то события там романтичные и трогательные, а исключительно из-за того, что написана удивительным языком. Только большой Мастер слова может создать такой текст, от которого переворачивается всё внутри. И ещё раз повторю: не от событий, нет! События там вполне себе обычные, хотя и не лишенные драматизма, романтики и трагедии (вот такой коктейль!). Повесть очень небольшая, поэтому пересказывать её особого смысла не вижу, а вот прочитать очень советую. Не только язык пленил меня в этой книге. Неожиданно понравились герои. Все. Даже негодяй Стратонов. При всей его "отрицательности", есть в нём что-то такое, от чего хочется просто пожалеть этого слабого, несчастного человека. Перемены в стране танком проехались и по нему, не смог он выдержать ответственности, хотя и оправдать его поступок не могу. Тема Родины — это просто... У меня нет слов. А вот Леонову понадобилось не так-то и много, чтобы дать понять, что тоска по ней просто смертельна. Читать!

Редчайший случай в моей читательской биографии, когда книга была безнадёжно испорчена финалом. Всё мне до поры до времени было мило в Леонове. Да, герои неоригинальные, множество раз подобные типы попадались в русской литературе, но ведь описаны вполне убедительно. Да, стиль, на мой вкус, неровный – приятная сдержанность сменяется неумеренной восторженностью – но вполне симпатичный. Да и сама история, по сути банальная, таила в себе богатейшие возможности. Это ж «Евгений Онегин» нового времени – главная героиня Женя, будучи юной влюблённой барышней, претерпела от молодого красавца (претерпела, скажем честно, больше, чем Татьяна от Онегина). А потом декорации меняются: успешная и состоятельная Евгения Ивановна встречает бывшего возлюбленного в весьма потрёпанном и неприглядном виде, но, как и подобает благородной и простосердечной русской барышне, не устраивает ему выволочку, а элегантно ставит на место. Красота, а не сюжет. Но Леонов, увы, не пользуется возможностями, которые сам себе создал. Похоже, проблема писателя в том, что он не определился с жанром. Что, собственно, он пишет – душераздирающую мелодраму или сказку о Родинке? Объём-то повести небольшой, на энциклопедию русской жизни никак не тянет. Вот бы сосредоточиться на душевных переживаниях героев, да хотя бы на решающей сцене объяснения, но нет. По существу, она пробалтывается. Напряжение нагнетается, нагнетается, нагнетается и … ничего. Типа, обещали оргазм, а получилось безобидное кувыркание. Таким же проболтанным вышел и финал. Типа, всё вынесла героическая барышня: голод, холод, поход в публичный дом, жизнь с нелюбимым мужем (или по-своему любимым, бог весть), и лишь тоска по родине её сгубила. Экая чувствительность.

Если есть великие загадки истории, то это одна из них - как Леонов стал классиком советской литературы. Если он такое писал - его в пору сажать было, высылать из страны, а его миллионными тиражами, а ему ордена Ленина-Сталина. Загадка.

Вся книга, как глоток молодого вина теплым летним вечером... Все делает прекрасным и удивительным. Даже те истории, случающиеся с нами, которые на трезвую голову язык не повернется назвать красивыми... Это история Татьяны и Онегина, но произошедшая с другими людьми в другое время. Если вы не поняли почему Татьяна не сбежала с Онегиным - читайте "Evgenia Ivanovna" Красивая - очень! - красивая история, символом которой может стать загаженная туристами до последнего сантиметра уединенная беседка, послужившая когда-то для объяснения в любви молодого перспективного государственного человека Грибоедова пятнадцатилетней княжне Чавчавадзе. А вот так вот, да. В этой жизни все красиво - и все загажено. Но вы не унывайте. Она другому отдана и будет век ему верна. Только вот умрет от тоски... нет, не по любимому, по родине.

Потрясающей внутренней свободы книга - просто холодный ветер на вершине холма!

А язык? Нет, всего не расскажу, один пример: как вы думаете, что еще можно сказать об осенних листьях? Фу, как банально - об этом сказано уже ВСЕ. И по семьдесят семь раз. Да? А теперь читайте:

...Евгения Ивановна решила истратить отпущенный часок на прогулку по аллее старых акаций, брести и слушать их сухой звонкий сор под ногами...

Потрясающей чистоты и прозрачности, концентрированности язык. При кажущейся простоте каждое слово в предложении несет двойную-тройную смысловую нагрузку. Читать такое радость, это настоящая упругая свежая проза. Настоящая пища для ума! А то уже обрыдло гомогезированное пюре современных авторов...

P.S.И еще о чудесах языка. Это очень эротичная книга. В прямом смысле. Именно. И без единого эротического описания. Невозможно? А прочитайте.

Какие-то двойственные впечатление у меня остались после этой книги... С одной стороны - интересный сюжет с неплохими этически-психологическими моментами. А с другой - стиль написания с его длинными путанными предложениями, который все норовил погрузить меня в сон. Помимо этого название произведения для меня никак не вяжется с главной героиней - она Женя, Женечка, Женни, но никак не Евгения Ивановна... До Евгении Ивановны она не доросла - ни физически, ни психологически... Поэтому и оценка вышла такая - ни туда, и не сюда. Во время чтения в моей голове прочно засела цитата из "Старухи Изергиль", которая отлично иллюстрирует те события, которые стали ядром сюжета: "... Я никогда не встречалась после с теми, которых когда-то любила. Это нехорошие встречи, все равно как бы с покойниками..." И Горьковская старуха абсолютно права...

Предательство всегда остается предательством, под каким углом его не разглядывай... Молоденькая Женя, сломя голову бросается за любимым - белогвардейцем Стратовым, бегущим от преследования красных... Сначала он предает идею, за которую воевал тем, что не отстаивает ее до конца, а делает ноги, когда фортуна поворачивается лицом к соперникам. Белогвардейцем быть больше невыгодно и он отбрасывает эту свою личину... Позднее ему в тягость становится Женя. И для меня в этом нет ничего удивительного. Предавший однажды, предаст еще раз. А Стратову все равно кого предавать ради самого себя - идею или жену... Меня гараздо больше удивило то, что Женя его не возненавидела. Ладно, первое время она верила, что он не ушел от нее, а с ним что-то случилось. Но когда, оббив пороги всех преличествующих случаю учреждений, девушка понимает, что он просто удрал, как еще можно хранить что-то к нему в душе, кроме гнева, обиды и ненависти?! Вы только вдумайтесь - оставить без гроша в кармане жену в Турции, где абсолютно чужие нам порядки и традиции, где у местных мужчин к женщинам несколько иное отношение!!! Она живой человек, а не саквояж какой-то, который стало тяжко нести! И тем более мне странно, что в условиях дикой нищеты героиня сберегает золотое кольцо, подаренное мужем... Да это то, что в первую очередь стоило бы снести в ломбард!

Я откровенно не понимаю, почему она не пробиралась домой, в Россию. Если ты без гроша в кармане, без знакомств и связей, то какая разница в каком направлении двигаться?.. Жизнь содержанки, компаньонки и эскортницы не для нее. Талантов и способностей особо никаких, с образованием пробел - а чего еще ждать, если до революции девушка жила в каком-то глубоком поселке... С такими исходными данными поступок Стратова - это по сути пинок на панель... Но шальным, как говорится, везет. И Женя вытаскивает свой счастливый билет в виде ученого археолога Пикеринга. Но у судьбы ведь своеобразное чувство юмора и, когда в жизни все идет на лад, подсылает к ней бывшего мужа...

Я откровенно не понимаю выбранной ею модели поведения в отношения этого подлеца... Я не понимаю, почему она не отказалась сразу от его услуг гида. Не понимаю, почему позволяла этой псине дерзить себе и мужу... Подобные Стратову люди не заслуживают нормального к себе отношения - с ними можно общаться только доступным для них языком... Я не понимаю, почему Пикеринг, догадываясь о том, кто перед ним, позволил супруге бродить в окрестностях в его компании и вести с ним разговоры тет-а-тет... Мне бы на месте Жени было бы просто противно находиться с ним в одной компании. Я могла бы понять, если бы между их расставанием прошло 10, 20 и больше лет - душевные раны бы зарубцевались, за эти годы с Пикерингом она бы пережила множество счастливых моментов, прошлое вспоминалось бы как неудачное приключение... Но ведь прошло то всего 3 года! На мой взгляд, слишком малый срок чтобы спокойно выносить предателя рядом с собой...

Мне понятно стремление Жени побывать на родине, увидеть отчий дом, посетить могилки родных. И в то же время мне непонятно, почему она не довела эту идею до конца. Особенно, если Пикеринг был не против. Такой шанс в тех исторических условиях выпадает раз в жизни. Лучше бы она посетила родные места, чем со Стратовым колесила по грузинским виноградникам... Ну а Стратов, который в очередной раз примерил на себя новую идею, это вообще хохма... Он политические взгляды и хозяев меняет чаще, чем путана клиентов...

Финал, хоть и печальный, но на мой вкус не до конца правдоподобный... Странная такая тоска по родине, от которой можно умереть, но при этом не воспользоваться шансом посетить отчий дом... Единственный, кого мне в этой истории жаль, это Пикеринг...

Когда-то, очень давно, я прочитала "Русский лес" Леонова и он меня просто ошеломил и покорил. Повесть "Evgenia Ivanovna" тоже, оказывается, читала, только не запомнила. Решила вернуться к ней и перечитать. С первых страниц, как муха в мед, попадаешь в плен красивого языка Леонида Леонова, который играет всеми языковыми красками, расцвеченный эпитетами и сравнениями, неожиданными образами. Язык в лучших традициях русской прозы! Так писали веке в девятнадцатом наши знаменитые классики. Но так продолжали писать и в веке двадцатом писатели пришвинской традиции. Это как раз меня не удивило. А вот неприятно удивило то, что повествование не давало проникнуть внутрь. Как та муха, я все время оставалась на поверхности, и перипетии судеб героев мало трогали и волновали. Возможно, причиной тому несколько отстраненная манера повествования рассказчика? Он будто не торопясь и стараясь ничего не забыть, констатирует все события и этапы их жизни, не выказывая своего отношения. Да еще эта его манера называть молодую женщину по имени-отчеству! Я вначале думала,что это дама за сорок хотя бы, а она... Как-то режет слух, будто про юбиляршу какую рассказывают.) Одна из многих - русская девушка начала века: провинциальная юность, первая любовь, замужество, революция, вынужденная эмиграция и годы отчаяния и нищеты. Затем как бы второе рождение в новом браке - надежный друг рядом, обеспеченная жизнь, служение одному делу, путешествия. И все бы хорошо, если бы не ностальгия, странная русская болезнь, которая многих сгубила.

Когда бурей срывает с дерева листок, дело его конченое. Он еще порезвится на воле и окрестность облетит, даже в непривычную высоту поднимется, но сгниет все равно раньше остальных, оставшихся в кроне.

говорит Евгения Ивановна своему супругу, не зная еще, что слова эти пророческие. Герои повести вообще много и красиво, по-книжному, говорят. И осень присутствует в повести постоянно - осенняя кавказская природа их окружает, осеннее настроение у героев, которые с сожалением вспоминают об оставшихся в прошлом веселых днях юности, и тоска о несбывшемся, об утраченной милой родине, грусть расставания... Тема эмиграции - скользкая тема для советских писателей, но это смотря как ее преподнести. И тут Леонов все правильно сделал: он показал во второй части повести столкновение двух мировоззрений, двух политических убеждений. Один носитель - иностранец, английский археолог (и его жена). Другой - наш, бывший белогвардеец, вернувшийся в Россию и принявший идеи социализма. Словесная дуэль длилась не один день. Ну что тут крамольного? Вот Стратонов, из "бывших" говорит:

...я не себя имел в виду, а огромную Россию, взвалившую на свои плечи предсказанный ей подвиг. В сущности, это все тот же путь к звездам, но в отличие от прежних - окольных, - через небо, здесь предполагается двинуть туда кратчайшим, земным маршрутом, сквозь гору и напрямки. Допускаю, это потребует жертв, но вдохновение подобных эпох вселяет в современников каталептическую стойкость и длительную нечувствительность к страданию! ...его наука о черепках, обломках давно умершего может повременить, когда дымят и вопиют о мщенье разоренные гнезда живых. И пока непросохшая кровавая испарина войны и революции лежит на челе России, ей просто не до сочинений вашего супруга..."

Все же верно и идеологически выдержанно! Только вот почему у него этот Стратонов получился таким жалким и плохо прорисованным, в то время как этот "буржуй" Пикеринг выписан детально и с явной симпатией автора? Мне, если честно, самым интересным в повести показался этот спор, которых вели герои все это время. Автор удивил широтой и непредвзятостью аргументов, которые произносят его герои. Что мне больше всего здесь не понравилось, так это банальный сюжет и внутри него еще этот пресловутый любовный треугольник. Ну не поверила я тому, что случайно оказавшихся в России проездом иностранных гостей встречал переводчик, когда-то близкий ей человек! Этот рояль в кустах даже замаскировать никто не пытался. Есть и другие банальности. Хотя, может, это я придираюсь. Для времени написания повести все эти эмигрантские истории не были так популярны и тема не избита. В книге много о любви, но при этом она полностью лишена эротичности. Это как раз совсем по-советски. Даже описание первой брачной ночи отсутствует. Может, сюжет - это просто ширма, для того, чтобы рассказать о главном, о том, что он видел, и о чем много думал.

Грустная повесть. Очень напомнила по настроению (да и отчасти по содержанию) "Натали" Бунина, только наложенную на политические реалии первых десятилетий России прошлого века.