Трагедии

Хочу выразить своё мнение только об одном эпизоде, который своей красотой и ритмичностью заворожила меня.

Первый выход Клитемнестры, когда она рассказывает, как из Трои до Аргоса с помощью дозорных "огонь огню, костер костру известие передовал". Этот блестящий монолог целый каскад прекрасных слов и выражении, будто мы сами наблюдаем, как рвется к небесам этот вестовой огонь "языками жаркими"; и видим бегунов держа в руках пылающий факел вести, мчущие во весь.

"О доме плачу я:
В нем нет порядков добрых, как в былые дни.
О, если б моему труду бессонному
Благой конец пришел.
Блесни же зарево!" -(Дозорный вестового огня).

Давайте представим, что мы сидим на ступенях расположенных по склону холма. Смотрим вперед и видим фасад трехэтажного здания. Он имеет легкую крышу. На нем находятся несколько дверей, открывающихся в нашу сторону. И как может показаться, он исполняет роль дворца. Вот на пространство расположенное между нами и фасадом начинают выходить люди. И мы постепенно осознаем, что находимся в древнегреческом театре. А чуть позже станет известно, что присутствуем мы на представлении Эсхила. Человека, которого прозвали "отцом трагедии". Интересно, удастся ли ему на удивить? Итак, заглянем в программку и увидим, что начнется данное представление трагической трилогией "Орестея".

"Орестея" получила свое название по имени сына Агамемнона Ореста. Таким образом повествование идет о семействе Атрида.

На мой взгляд, все три пьесы получились довольно примитивными и малохарактерными, а моменты с хором (в любой пьесе Эсхила) навевали откровенную скуку. Немного разбавил и внес остроты Эгисф. Человек, который имел зуб на Агамемнона и теперь обольстил его жену, тем самым все ближе и ближе подбираясь к трону. Да, он предстает в негативном свете. И черты характера склонны тоже к отрицательным, слабым. Эгисф дерзкий, но дерзость его распространяется на людей заведомо слабей: стариков и женщин. Безусловно, качество негативное, но его характер запомнился, он получился своеобразным и ярким. Что несомненно добавило в пьесу красок.

Поведение Клитеменестры, жены Агамемнона - второе яркое пятно этой пьесы. Но опять же её образ был негативным. Она укоряла своего мужа в том, что перед походом на Трою он убил их ребенка в качестве жертвы. И ее можно понять...дикость просто. НО! Почти со всеми оставшимися детьми у нее натянутые отношения, она с ними не ладит. Они считают ее чуть ли не врагом. Вот такой вот парадокс. Как по мне, она просто лицемерка и момент с ребенком это единственное, что она смогла припомнить Агамемнону. Тоже вполне отрицательному для меня персонажу. Но в этой пьесе он жертва, бесспорно.

Идем дальше. И следующим пунктом, видим пьесу "Прикованный Прометей"......

Моментами она получилась очень резкой. И этим меня удивила. Так, например, Эсхил, употребляет такие слова адресованные Прометею:

Тем самым, Эсхил дает нам понять, что Зевс тиран и чуть ли не единственный способ спокойно и мирно жить - примириться с его тиранией. Фигура Прометея очень хорошо подходит под пример устрашения людей. Во-первых, он - титан, обладающей невероятной силой; во-вторых, выступал на стороне Зевса, и даже это его не спасло. И вот тут имеется довольно интересный момент: Прометей выступал на стороне Зевса, об этом говорится в начале пьесы, но потом приходит Океан (титан) и тоже называет Прометея своим сподвижником в борьбе против Зевса. Скорее всего, сам поэт запутался и допустил ошибку. Но нельзя исключать того факта, что у старика Океана тоже присутствуют проблемы с памятью.

Эсхиловский Прометей не только даритель огня, но и, вообще, персонаж, который построил всю нашу цивилизацию.

Дальше по плану историческая пьеса "Персы", которая ненавязчиво намекает нам, что демократия лучшая форма правления. И каким бы масштабным войском на обладал противник, ему никогда не победить свободных людей.

В заключении еще две пьесы, которые тоже дошли до нас всего лишь в одной части. Это "Семеро против Фив" и "Просительницы". Именно поэтому мы доходим до завязки сюжета, узнаем что это конец и остаемся в недоумении. Единственный повод их изучить - столкновение с этим сюжетом в дальнейшем. Так, например, "Семеро против Фив" дополнят вам софокловского Эдипа.

На этом наш поход в театр подошел к концу. Мы благодарим актеров, поэтов, хористов. Топаем ногами, свистим. Затем собираемся и уходим домой. По пути переваривая увиденное.

В общем, Эсхил был первым, а первый блин обычно получается комом. Не скажу что все так плохо, но я ожидал большего. Если честно, я даже разочарован в Эсхиле. Ожидал от него большого шага вперед, но к сожалению увидел лишь небольшой шажочек. Так же я заметил занимательную вещь. У Древних Греков все сюжеты переплетены друг с другом и иногда самые незначительные произведения могут внести большое понимание в историю, которую мы встретим у более позднего автора.

Вот и заключительная часть эсхиловской трилогии поддалась мне. Сказать, что я потрясён – ничего не сказать. Долго Эсхил готовил нас к развязке Орестеи. «Агамемнон» был прологом, ставящим вопрос о личной ответственности человека за свои поступки. В «Хоэфорах» Эсхил изобразил как в человеке рождается решимость совершить этот самый поступок и каким именно образом мир, в лице Зевса-всевершителя, реагирует на деятельность человека. А «Эвмениды» он целиком посвятил ответу на вопрос, заданному в первой трагедии и развитому во второй. Поэтому я решил, что эта рецензия будет касаться как отдельного произведения «Эвмениды», так и трилогии в целом.

В рецензии на «Агамемнона» я уже отмечал, что краеугольным камнем всего творчества Эсхила является вопрос об отношении Правды и Гордыни к Космосу. Так, Ксеркс из «Персов» был наказан за свою попытку сковать море мостом через Геллеспонт; войско захватчиков во главе с Полиником из «Семеро против Фив» потерпело поражение в том числе потому, что было слишком горделиво. И наоборот: тот, кто был умерен, кто был сторонником Правды, и вышел победителем.

Эсхил - Персы

Эсхил - Семеро против Фив

В «Орестее» действует тот же самый принцип: Клитемнестра, надменная и самоуверенная женщина оказывается наказана высшими силами, воплощенными в её сыне Оресте (увы, я мало внимания уделил этому вопросу в своей рецензии на «Хоэфор», но обещаю исправиться). В «Хоэфорах» дана хорошая формула процесса божественного суда.

Но в «Эвменидах» Эсхил, как разумный человек, понимая, что, следуя этой логике, Орест так же должен быть наказан вводит в повествование элементы, позволяющие оправдать Ореста в угоду современной Эсхилу действительности. А именно, главный герой становится участником суда, где всё решают демократическим голосованием.

Итак, место действия – Ареопаг, город Афины. Действующие лица представлены Орестом, богиней Афиной, богом Аполлоном и хором, состоящим из богинь мщения Эриний. Действия не много, но вся трагедия пронизана изяществом слога и масштабом поднимаемых вопросов.

Орест, после всех злоключений, им пережитых, оказывается в Афинах в роли ответчика. Его судят по обвинению в матереубийстве. С другой стороны – Эринии, они пытаются доказать, что убийство по родной крови – самое страшное преступление, а потому они не карали Клитемнестру, ведь

Я не буду здесь сильно акцентировать внимание на борьбе матриархата и патриархата в рамках этой трагедии. Скажу лишь, что эта тема второстепенна, когда как куда большее значение имеет борьба старых богов с новыми. При такой точке зрения на трилогию становится ясно, что это не история одной, пусть и очень влиятельной, семьи, но история космического противостояния, где на одной стороне главенствует принцип «око за око», а на другой – принцип объективной справедливости.

Так, Эринии считают, что кровное убийство – самое страшное из возможных преступлений, а потому заслуживает самой страшной кары - смерти. С другой стороны, Аполлон; он считает, что и кровное убийство может быть прощено, если так угодно богам, а богам это угодно, если это соответствует Космосу. В этом и суть трагедии. Эсхил, конечно, не мыслил категориями социальной науки, но очень отчетливо осознавал перемену эпохи, в которую он живёт, переход от родово-общинного строя к чему-то более современному, к рабовладельческой демократии. И эти моральные перестановки он очень отчетливо фиксирует в своём произведении.

Также интересный эпизод касается и метаморфозы Эриний в Эвменид – добрых богинь плодородия и состязания. После того как они проиграли суд в Афинах, Эринии собирались учинить расправу над городом и его гражданами, однако Афина, вдохновленная богиней убеждения, склонила их к благосклонности и предложила Эриниям поселиться под новым именем Эвменид. Сразу вспоминается Гесиод, говоривший о том, что богинь соперничества есть две – злая, отвечающая за месть и кровавую расправу и добрая, на плечах которой лежит ответственность за состязательность и спортивный дух, который пронизывает почти всю древнегреческую культуру. Таким образом, Эсхил здесь демонстрирует процесс отмирания традиции, а точнее трансформации: для нового времени Эринии уже не нужны, однако их движущая сила – сопротивление, соперничество, борьба – могут сослужить людям добрую службу.

Гесиод - Труды и дни

Хоть я и не рассказал о многом: об отношении Эсхила к демократии, о роли пурпурного цвета в трилогии, о том, как Эсхил гармоничен и симметричен в своих трагедиях и многих других вещах, всё же я в восторге от того, что мне представилось возможным прочитать эту трилогию. Жизнь после прочтения «Орестеи» не будет прежней, ведь я сердцем принял ту истину, которой поделился Эсхил – живи в гаромнии с собой, не заносись, будь смирным и тогда природа ответит тебе благодарностью, иначе тебя ждёт кара за надменность и неразумность.

В королевском дворце Суз хор старых персиан ждет, волнуясь за исход великой битвы, известий от войска. Весь цвет Азии собрал молодой Ксеркс. Увел в поход.
«Так Азия вся по зову царя
Взялась за оружье, и с места снялась,
И в Грецию двинулась грозно»

К старикам выходит вдовствующая царица Атосса, мать Ксеркса и просит растолковать свой странный сон. Пока старики пытаются утешить ее дурные предчувствия появляется вестник с поля сражения.

Чудовищное поражение у Саламина. Почти все войско погибло.
«Моря видно не было
из-за обломков, из-за опрокинутых судов
и бездыханных тел»

Атосса отправляется к могиле покойного Дария, принести жертвы богам подземного мира и поговорить с тенью мужа.

Дарий, разочарован организацией военного похода сына на Афины. «О безумец, погубил он самый цвет союзных войск». Он предрекает персам еще одно поражение в войне и заклинает их оставить греков в покое.
«Войной на греков не ходите в будущем»

«Персы» несколько выбиваются из стройного трагедийного ряда и будут интересны по трем причинам:

– это самая древняя из дошедших до нас трагедий
– сюжет основан на историческом факте, никаких перепалок с богами, все действующие лица Дарий, Ксеркс, Атосса – реальные персонажи.
– концовка произведения не предполагает традиционный катарсис – очищение духа посредством душевных переживаний. Она скорее похожа на набор нравоучений в стиле викторианской Англии «даже среди горестей, Душе дарите радость каждодневную»

Поскольку эти ребята ходили в театр за катарсисом, а вовсе не в надежде побыть на пару часов Вин Дизелем в Форсаже 825 и подзарядиться адреналинчиком, сюжет показался необычным и все эти горы трупов резали глаз.

Эсхил был непосредственным участником битвы при Саламине и Марафоне. Видимо по этой причине описание битвы чересчур реалистично для театральной постановки тех времен. (Если помните все членовредительства никогда не происходили на глазах у зрителей. Кто-либо «за стеночкой» вещал: «ах и ох, убивают демоны»)

Прометей - один из соратников Зевса, помогший ему свергнуть отца Кроноса и воцариться на Олимпе над всеми другими богами. Но вместо благодарности он получает вечные муки, прикованный к скале на краю Земли... И это только за то, что поднял людей из грязи никчемного существования, принеся им огонь и научив их разным ремеслам и умениям. Не нужны те, "у кого век, как день", оказались новому верховному богу. Однако придет час, и падет власть Зевсова, говорит прорицатель Прометей...
Как же красиво написано! 7,5/10.