Сравнительные жизнеописания

«В стра­хе за оте­че­ство нет ниче­го позор­но­го, а сму­щать­ся люд­ским мне­ни­ем, кле­ве­тою и бра­нью — недо­стой­но мужа, обле­чен­но­го такою вла­стью, если он не наме­рен сде­лать­ся рабом тех, кем ему над­ле­жит пра­вить и повеле­вать, невзи­рая на их заблуж­де­ния». -(Фабий Максим).

Но вско­ре, побуж­ден­ный обсто­я­тель­ства­ми, он (Фабий Максим) дока­зал всем, что мни­мая его без­де­я­тель­ность гово­рит о непо­д­власт­но­сти стра­стям, осто­рож­ность — о бла­го­ра­зу­мии, а недо­ста­точ­ная быст­ро­та и подвиж­ность — о неиз­мен­ном, надеж­ней­шем посто­ян­стве.

...Олим­пий­цем про­зван чело­век (Перикл) такой доб­рой души, жизнь кото­ро­го, несмот­ря на его могу­ще­ство, оста­лась чистой и неза­пят­нан­ной. Подоб­ным обра­зом мы при­зна­ем, что боги, по самой при­ро­де сво­ей явля­ю­щи­е­ся источ­ни­ком бла­га, но не винов­ни­ка­ми зла, по пра­ву власт­ву­ют и царят над миром.

Слав­ней­шей заслу­гой сво­ей он (Перикл) счи­тал то, что зани­мая такой высо­кий пост, он нико­гда не давал воли ни зави­сти, ни гне­ву и не смот­рел ни на кого, как на непри­ми­ри­мо­го вра­га.

Фидий был отведен в тюрь­му и там умер от болез­ни, а, по свиде­тель­ству неко­то­рых авто­ров, от яда, кото­рый дали ему вра­ги Перик­ла, чтобы повредить тому в обще­ст­вен­ном мне­нии.

«Афина Парфенос». По сове­ту Перик­ла, Фидий с само­го нача­ла так при­де­лал к ста­туе золо­то и так ее обло­жил им, что мож­но было все его снять и про­ве­рить вес...

Над Фиди­ем тяго­те­ла зависть к сла­ве его про­из­веде­ний ("Афина Парфенос"), осо­бен­но за то, что, выре­зая на щите сра­же­ние с Ама­зон­ка­ми, он изо­бра­зил и себя само­го в виде пле­ши­во­го ста­ри­ка, под­няв­ше­го камень обе­и­ми рука­ми; точ­но так же он поме­стил тут и пре­крас­ный порт­рет Перик­ла, сра­жаю­ще­го­ся с Ама­зон­кой.

Самый умный советник  — время. -(По знаменитой фразе Перикла).

«...Тот, кто име­ет надоб­ность в лам­пе, под­ли­ва­ет в нее мас­ла». -(Ана­к­са­гор).

Хотя он (Перикл) сде­лал город из вели­ко­го вели­чай­шим и бога­тей­шим, хотя он могу­ще­ст­вом пре­взо­шел мно­гих царей и тиран­нов, из кото­рых иные заклю­ча­ли дого­во­ры с ним, обя­за­тель­ные даже для их сыно­вей, он ни на одну драх­му не уве­ли­чил сво­его состо­я­ния про­тив того, кото­рое оста­вил ему отец.

...Крас­но­ре­чие, гово­ря сло­ва­ми Пла­то­на, есть искус­ство управ­лять душа­ми и ...глав­ная зада­ча его заклю­ча­ет­ся в уме­нии пра­виль­но под­хо­дить к раз­лич­ным харак­те­рам и стра­стям, буд­то к каким-то тонам и зву­кам души, для извле­че­ния кото­рых тре­бу­ет­ся при­кос­но­ве­ние или удар очень уме­лой руки.

Умом вся­кий, кто хочет им поль­зо­вать­ся, очень лег­ко спо­со­бен все­гда как направ­лять себя к тому, что он счи­та­ет хоро­шим, так и изме­нять это направ­ле­ние.

Так как душа наша от при­ро­ды име­ет склон­ность к позна­нию и созер­ца­нию, то раз­ве не соглас­но с разу­мом пори­цать тех, кто дела­ет из этой склон­но­сти дур­ное употреб­ле­ние, слу­шая и созер­цая то, что не заслу­жи­ва­ет вни­ма­ния, и пре­не­бре­гая пре­крас­ным и полез­ным?

Гово­рят, что одна­жды Цезарь увидал в Риме, как какие-то бога­тые ино­стран­цы носи­ли за пазу­хой щенят и малень­ких обе­зьян и лас­ка­ли их. Он спро­сил их, раз­ве у них жен­щи­ны не родят детей?

Надо стре­мить­ся к наи­луч­ше­му, чтобы не толь­ко созер­цать, но и питать­ся созер­ца­ни­ем.

Нума, чело­век необык­но­вен­ный и даже, как гово­рят, с Муза­ми общав­ший­ся по сво­ей муд­ро­сти, объ­явил огонь свя­щен­ным и при­ка­зал хра­нить его неусып­но, обра­зом веч­ной силы, устро­я­ю­щей все в мире.

Бытие все­гда есть некое дви­же­ние, либо сопря­же­но с дви­же­ни­ем. Про­чие части­цы мате­рии, лишен­ные теп­лоты, лежат втуне, подоб­ные тру­пам, и жаж­дут силы огня, точ­но души́; когда же эта сила каким бы то ни было обра­зом кос­нет­ся их, они обре­та­ют спо­соб­ность дей­ст­во­вать и чув­ст­во­вать.

Иные утвер­жда­ют, буд­то вестал­ки не хра­нят ниче­го, кро­ме неуга­си­мо­го пла­ме­ни, кото­рое царь Нума велел чтить как нача­ло все­го суще­го. Ведь в при­ро­де нет ниче­го подвиж­нее огня.

Что до несчаст­ли­вых дней вооб­ще — сле­ду­ет ли их уста­нав­ли­вать или прав Герак­лит, пори­цав­ший Геси­о­да, кото­рый, не зная, что все дни по при­ро­де оди­на­ко­вы, неко­то­рые счи­тал доб­ры­ми, неко­то­рые дур­ны­ми...

...Ведь преж­де и не для столь реши­тель­ной борь­бы неред­ко выби­ра­ли еди­но­власт­но­го коман­дую­ще­го (рим­ляне назы­ва­ют его дик­та­то­ром), отлич­но зная, как полез­но в мину­ты опас­но­сти, испол­няя еди­ный замы­сел, пови­но­вать­ся неогра­ни­чен­ной, обле­чен­ной все­ми пра­ва­ми вла­сти.