О лицедейском.
...писал редактор сотруднику, но тот решил обождать, надо же глянуть что будут писать коллеги по цеху про игру великой французской актрисы, так, конечно, вернее. Тем временем вовсю кипели страсти из-за билетов. Жена одного товарища, например, гневалась, мол, если не пришлёшь билет, дорогой супруг, так можешь домой и не приходить (какие меры...). Не обошлось и без халявы: вам вот билетик, и вам, держите, дорогой, радуйтесь. Кое-кто радовался, правда, совсем другому: один господин, прознав, что там всё на французском (как так-то???), порадовался тому, как своевременно продал билетик, другой же отдавал билет даром, уж очень разочарован он был, такая, понимаешь, чепуха (великое критическое). Все билеты были розданы-проданы, а что со мнениями-то? Мадам оценивали люди разные, а потому и мнения, естественно, тоже были разными...
«Товарищ! Вчера я видел С.Б.», – кто-то был очарован, кто-то – разочарован... Милые девицы, само собой, были потрясены – во всех смыслах этого слова, потому что “брилиянты”, “шинпанское”, и платья, какие платья! Что-то на роскошном. «Я всю ночь проплакала от мысли, что у меня никогда не будит столько брилиянтов», – понимаем, не осуждаем. Доктора судили по-своему, ибо красота красотой, талант талантом, а диагнозы-то сами себя не поставят! «Сидя во втором ряду, я слышал анемические шумы в её венах. Кашля нет. На сцене её кутали, что дало мне повод заключить, что у неё лихорадка», – вот это я понимаю специалист, с лёту всё понял! Уважаемо. Ну и куда без праведного гнева, потому что вы только посмотрите на это, разврат, это самый настоящий разврат, надо принять меры, срочно!.. Всё как всегда, в общем. Всё как всегда...
«Сын мой!.. Я открыл свои глаза и увидел знамение разврата!», – знамение он увидел... Время идёт, но что-то не меняется, всегда найдутся... такие. И остальные – тоже. Возможно, поэтому рассказ не особо понравился; не люблю подобное, раздражает, хотя подано хорошо, раз узнаваемое (лучше бы не, конечно, но что есть). Про регулярные чеховские пинки в сторону актрисы и сказать нечего, кого он не пинал, это-то как раз нормально (звучит странно и в какой-то степени даже возмутительно, но это же Антоша, ему всё можно!). Что и рассмешило, так это доктора Клопзон и Ферфлюхтершвейн (перевод, конечно... но опять же... оправдание – выше) и “диагноз”, это же надо – услышать шумы в венах (!) со второго ряда (!!), просто потрясающе. «В кресле сидишь, как в раю», – так-то да, но теперь, смотря на сцену, буду думать о шумах в венах актёров. Спасибо уважаемому...
«Целую неделю пью за здоровье Сары. Восхитительно!».
29 понравилось
