Некуда

Ну, даже и не знаю, чем так не угодил всяким революционерствующим слоям интеллигентствующего населения России Николай Лесков в этом своём романе. Хотя, на самом деле, конечно, понимаю, но понимаю уже с позиции человека второй половины века XX — первой четверти века XXI, пусть не на практике, но в теории изучавшего механизмы создания революционных партий и их практических действий по развитию революционных процессов и преобразований в обществе. И с этих позиций судя, вся описанная в романе шатия-братия с её а-ля коммунарско-социалистическими идеями и неловкими и жалкими попытками практики коммунарской жизни представляется как раз всем тем, что чётко и недвусмысленно уничижительно и категорично критически характеризовал один из главных героев романа Райнер, и что, в принципе, понимал в этой белоярцевской компашке и не принимал доктор Розанов. Потому что ничем иным, кроме как маниловского толка болтовнёй вокруг и около революционно-социалистического и коммунарского дела все эти горе-теоретики и горе-практики не занимались. Причём некоторые идеалисты занимались пустопорожней говорильней, а другие, не мудрствуя лукаво, старались оседлать эти входящие в моду движухи, негласно «короноваться» и снимать пенку удовлетворения личных амбиций, а то ещё и собственной похоти, склоняя женщин к свободным отношениям и к «служению» определённого рода. И конечно представители так называемой «прогрессивной» интеллигенции того периода болезненно воспринимали такую неприглядную картинку, которой обрисовал и заодно охарактеризовал такого рода «социалистов» и «борцов» за гражданские свободы Лесков — мало кто захочет узнавать самого себя в деятелях подобного рода.

Но вот если смотреть на написанное с позиций дня сегодняшнего, так это книга скорее призывающая к социальным реформам, остерегающая власть имущих от сохранения статус-кво, ибо попытки такого искусственного сохранения наоборот будут только провоцировать социально-реформаторские настроения и движения. И в этом смысле роман оказывается чуть ли не современен.

Ну, а помимо всего прочего это просто исторический роман, довольно живописно знакомящий читателя с реалиями 50-х — начала 60-х годов века XIX.

Лесков — моя давняя любовь, и никакая не тайная, я о нем курсовую писала. При этом отложила два романа — "На ножах" и "Некуда", — чтобы прочитать когда-нибудь в будущем и получить суперудовольствие.
И вот пришла пора. Этим летом получила. По самое некуда, в самом прямом смысле.
Начала "На ножах" — такое разочарование! Затянуто, неинтересно, герои один другого противнее. Где язык?! Где Лесков?! Которого я так любила! Кое-как домучила. Но не сдалась, мужественно принялась за "Некуда" — и была вознаграждена. Такое очарование! Лесков вернулся! То самое читательское счастье, когда хочется читать и читать дальше.

Атмосфера
Это, пожалуй, в книге самое пленительное. Неспешное чтение длинного пухлого русского романа в трех частях — вообще особое эстетическое удовольствие.
Чудесные героини — две 17-летние девушки, которые окончили учебу и возвращаются к родителям. И впереди — вся жизнь, не только с мечтами о счастье, но и с надеждами прожить её осмысленно.
Действие разворачивается сначала в уездном городке, потом в Москве, затем в Петербурге. Другими словами, автор показывает всю Россию во всей полноте. И — да, роман остросоциальный и даже скандальный (для своего времени), но сколько очарования в лесковском любовании и провинцией, и обеими столицами! Почувствуйте прелесть XIX века:

А вот ещё:

Нет, это, кажется, пример неподходящий. Я это и сейчас из окошка вижу...
И тут же встречаются детали, по которым четко просматривается позапрошлый век — например, седенькие старушки 50 лет. Сегодня дам такого возраста ещё "девушками" в общественных местах называют. Сразу ощущается пропасть между той эпохой и современностью — как недолог был человеческий век, как быстро отцветала женская красота, как мало было отпущено времени на воплощение мечтаний.
Вот и подруги Женя с Лизой — одна выбирает путь семейного счастья, а другая мечется, ищет чего-то большего, — ищет то в книгах, то в окружающих людях.

Совсем в духе Чернышевского девушка сбегает из дома и оказывается в передовой коммуне, где люди специально собрались для того, чтобы жить по-новому, освободившись от домашнего деспотизма, на принципах свободы и взаимопомощи.
Но здесь пора притормозить с пересказами.

Экономика
Лучше поделюсь ещё несколькими запомнившимися деталями — какой он был, XIX век, как устраивался быт тогдашней интеллигенции, что считалось непритязательным жильем, сколько времени приходилось работать.

Вот он, пример скромной жизни. Тесновато, разумеется, в шести комнатах.
А вот доктор Розанов получает место в московской клинике. Причём с квартирой — «в двух комнатах казенного флигеля». Заметьте, сотрудник живет тут же, при больнице — не надо тратить время и деньги на дорогу. На работу он ходит утром:

…и во второй половине дня:

Врач работает ТРИ С ПОЛОВИНОЙ ЧАСА В ДЕНЬ, а остальное время тратит на самообразование — чтение иностранных медицинских журналов, на подготовку диссертации, на общественную и личную жизнь.
Кажется, они тогда совсем не понимали, как хорошо живут.
И третий момент: о всеобщем счастье размышляет Женя, выбравшая добропорядочный путь супружества и материнства.

Ну что ж, возможно, наши потомки, читая этот роман каждый в своём домике, на этом месте умилятся. А может, они в коммуне будут жить, кто их знает.

Несмотря на всю мою любовь к Н. Лескову, эта книга шла немного тяжеловато. И эта тяжесть возникла после залпом прочтённой первой части, в которой мы только знакомимся с ведущим персонажами – Лизой Бахаревой и Женичкой Гловацкой. И здесь всё как всегда у Лескова – ярко, образно, увлекательно. Две девушки после обучения возвращаются в родные пенаты: одна в барский дом, другая к отцу –мелкому чиновнику от образования. И тут сразу понимаешь, что для них дорога домой - это дорога в «Некуда». Капризная и своевольная Бахарева мучается бесцельностью своей жизни, конфликтует с пустой роднёй, мечется в поисках себя, мучается сама и мучает других. Милая и добрая Женичка принимает отсутствие перспектив будущего с привычным ей смирением: лишь бы отец был здоров, да будущий муж доволен. Она вовсе и не стремится вырваться из плена вечно бытовых и вечно женских проблем. Увлекает и фигура ГГ – доктора Розанова. Он одновременно и отталкивает, и привлекает, впоследствии, когда станет читать тяжелее, выручит, в основном, интерес к его судьбе.

Вторая и третья части – это рассказ о молодёжи, считающей себя революционерами. Именно считающей, потому что (вторая часть почти полностью) они только и делают, что брызжут слюнями и ведут умные диспуты, ищут среди себя предателей дела, которое ещё и не начинали. И, понятное дело, образ хотя бы одного деятельного и действительного борца будет нарисован, но, увы, это будет не русский человек, а немец. Безумно нудная часть романа, иногда вызывающая смех. Иначе как пародией на революционерствующую интеллигенцию это и не назовёшь. Лесков вообще оказывается очень язвительным в описании общества того времени.

А что наши девушки? Лиза Бахарева ищет смысл и верный путь. Увы. Поиск долог и бесплоден. У неё какое-то горькое «некдуда», полное разочарований и боли. Женичка (теперь уже Евгения Павловна) выходит замуж, строит семью, но муж, как это обычного и бывает, из пылкого учителя превращается в осторожного чиновника, беспокоящегося за своё реноме. Но и в этом семейном «некуда» Евгения Павловна стремится найти компромисс между домом и друзьями.

Да и Розанову придётся помучится, поскитаться, попереживать. Слава Богу, совсем не революционер, он продолжает крепко стоять на реальной платформе жизни, а не витать в облака.

Этот роман был опубликован Николаем Лесковым под фамилией Стебницкий.
У героев есть прототипы. По эмоциональной игре слов можно заметить, кого автор любит, а кого из персонажей низменно презирает. Я это почувствовала сразу.
Роман поднимает очень важные вопросы нравственности, поиска правильного жизненного пути и призвания.
Лизавета Григорьевна Бахарева вызывает у меня большое уважение, так как для своего времени она думает свободно и ведёт себя смело. Преклоняюсь перед такими героями.
Прочитав роман, будто нырнула в прошлое, увидела становление взглядов разных личностей. Нигилизм всегда меня привлекал. Но всё хорошо в меру, радикализм нигде не приветствуется и, если человек забывает о важных принципах, порядочности и достоинстве, то путь его приведёт в никуда.

Роман "Некуда" хорош для настоящего погружения в бытие мещанского сословия второй половины века девятнадцатого. С постоянным ощущением присутствия, с эффектами неспешных разговоров за пищей ума, с боем напольных часов и шумом пролеток за окном, с щебетом птиц на прогулках (опять же за разговорами), с впитанной с молоком религиозности, топорно отторгаемой, и оттого явно наиграной, с утопическими мудрствованиями и загубленными судьбами, мятущимися душами и желаниями, превышающими возможности. С эпистолярным жанром и запойным чтением того, что сейчас будет скучно и серо, с попытками эмансипации и фатализмом, граничащим с чудовищной опустошенностью души, с кудахтающими курицами и распускающими перья фазанами, с путями, без проводников, ведущими в никуда....
В романе две основные героини - Евгения (Женни, Геша) и Лиза, за чьим жизненным путем нам предлагает проследить автор. Не в моей компетенции делать сложный литературоведческий и исторически-политический анализ тех срезов и настроений общества, которые представил Лесков, но даже на эмоциональном восприятии, оценка поведения героев позволяет восхитится пером автора. Знаете, для первого произведения, каковым является "Некуда" - это феерично, фантастично и филигранно хорошая работа. Читать ее одно удовольствие, и без театральных драм и постановочных сцен, адреналиновых поступков и шокирующих фраз, автору удается показать и человеческие страдания, и неприкаянность души, и неустроенность быта, и само социальное болото действительности. Особенно цепляет история Лизы, ее неровная линия жизни, ее неспособность адаптироваться и социализироваться, прямолинейность, граничащая с неуживчивостью, не дает жить ни ей ни окружающим. Слишком рано она родилась для своих потребностей, думаю в наш век ей было бы гораздо проще - другие условности, другие возможности. Женни же показывает иную судьбу, иной характер и при этом вывод о том, что она полностью счастлива, сделать, я думаю, нельзя. Хороши и выпуклы другие герои - начиная от тетушки-монашки, заканчивая неспокойным доктором Р. По последнему скажу, что начитавшись детективщины и вспомнив про Макбет Мценского уезда, можно ли сказать, что он очень слабый человек - ведь мог бы жену свою медицински урезонить, все инструменты и средства у него есть, а он иначе поступил. А как здорово через героев автор показал перелом сознания - новые нужды и свежие, но еще зеленые мысли молодых, косность "антиков", паразитирующих на таком состоянии общества "куриц" (то дурноты с нею, то стрекочет без мозгов, то клевещет на мужа, то еще что) и выдуривающих блага жизни "фазанов" (то денег задолжает, то женино состояние разбазарит и будет грозить разбить ребенку, своему ребенку череп, если не найдется деньжат, то в революции не веря подастся, то женскую коммуналку устроит -поразительная кунсткамера живых образов). Хотя роман объемный, но читается легко и спокойно, будто действительно ты находишься в том самом столетии и в тех самых условиях. Ко всему прочему, Лесков уже в этой книге показывает, что одной мастерски сказанной фразой может дать мощный толчок к размышлениям, к развитию невероятно ёмкой мысли. Только две фразы приведу, они разные, но прекрасно иллюстрируют эту идею: "Русский человек сапоги выбирает тщательней, чем женится" (переврала возможно, но идея такая) и еще - " Я смотрел, как околевает соловей в клетке, которому приснилось, что он может летать, куда ему угодно".Не правда ли, моно отдельное сочинение написать на каждую такую фразу? В общем ставьте себе правильные вехи в жизни, выбирайте "поводыря" умом и сердцем и не сетуйте, что вы никуда не доберетесь, или вам уже некуда податься, ибо каждая дорога ведет по выбранному направлению куда-то....

Каменный хлеб, а не книга. Грызла почти 3 месяца. Долгая, детальная, трудная, местами язвительная, местами изрядно трагическая . Остросоциальный роман.

Считается что этим романом , опубликованным в 1864 г.,Лесков обозначил свою "антилевую" гражданскую позицию. По сути, его произведение- сложное размышление о тех общественных течениях, что кружили головы молодых и прогрессивных современников. Социалисты, коммунары, либерал-демократы. Его главные герои-как будто некие нравственные ориентиры, выразители настроений определённых социальных слоёв.

Вильгельм Райнер, социалист- почти горьковский Данко, готовый своим сердцем осветить человечеству чистый правильный путь. (даже фамилия его говорящая, rain(нем.)-чистый) Но более скептичен, лесковский Данко) Автор горячо сочувствует ему, но не верит в его стремления. Потомственный революционер, бессеребренник, умён, образован...но он такой один. И в поле не воин.

Лиза Бахарева, девушка-бунтарка- совсем трагический персонаж. Как правило, для мыслящих женщин в русской классической литературе уготованы три пути- в актрисы, в монастырь, в могилу...ну или смириться, опошлиться- и замуж.
Женни Гловацкая- самая отрадная страничка романа. Истинная женщина, хранительница очага,но друг и благородный человек. Симпатии автора, надежды- на таких женщин. Вышитые ею воротнички благоговейно целует доктор Розанов.

Доктор Розанов. Человек самой важной профессии. Приверженец самых адекватных во все времена ценностей: семьи, любви, чести, дружбы, стабильности. "Дело надо делать, господа"-девиз таких людей. Но, он же, как мне кажется, и символ стагнации общества.

Белоярцев, Красин и др. - околосоциалисты. На одного настоящего поборника социальной справедливости (Райнер) приходится сотня прихлебателей, объедал,приживал,баламутов, любителей "половить рыбку в мутной водичке".

Маркиза де Бараль, углекислая фея либерал-демократии - дама, которой "просто хочется рвать и метать". Вербовать, обучать, наставлять на путь истинный. Очень жаждет "движухи"...но побаивается полиции.

Генерал Стрепетов, персонаж как бы не главный, но фигура мощная. Старый солдат, тревожащийся за будущее отечества.

Есть мнение , что под образом доктора Розанова Лесков выводит себя. Тогда вот резюме, вот основная авторская мысль, и эти слова вполне можно считать пророческим. До 1917 г. ещё более полувека...

Не могу сказать-"мне понравилась эта книга" или "мне не понравилась". Это книга-работа. Кому можно рекомендовать эту книгу? Пожалуй, читателю-исследователю русской классики.

«Она искала мира, когда мира не было в ее костях.
Семья не поняла ее чистых порывов; люди их перетолковывали; друзья старались их усыпить; мать кошек чесала; отец младенчествовал. Все обрывалось, некуда было, деться.»

Великолепный русский язык, остросоциальная составляющая, в некоторых моментах до сих пор актуальная, яркие героини, даже «отрицательные» - мое любимое сочетание. Картины русской провинции, Москвы и Петербурга сменяют последовательно друг друга, но по ощущениям везде одно и то же болото, где очень сложно человеку с совестью, желающему «дело делать». Особенно тяжело, если ты совсем еще молодая девушка без малейшего знания практической стороны жизни и возможностей для экономической независимости. Общество и семья дают тебе три варианта на выбор – замужество, остаться в девках и жить дома в четырех стенах, или уйти в монастырь, но любой из этих раскладов не предполагает активной роли женщины, максимум это роль «серого» кардинала при глупом муже или возглавление обители. Лиза Бахарева ненавидит такую жизнь и ищет людей, которые живут чем-то другим, не карьерой, не зарабатыванием денег, а хотят сделать жизнь лучше и справедливее. Ей предстоит много раз разочароваться и оттолкнуть от себя действительно стоящих людей из-за своего непростого характера.

«С ними у меня общего… хоть ненависть… хоть неумение мириться с тем обществом, с которым все вы миритесь… а с вами… ничего.»

С откровенной горечью и презрением описывает Лесков социалистов и либералов того времени, того насколько было много в этих кружках сомнительных людей, преследующих свои сомнительные цели, но еще больше людей наивных или глупых. Было много болтовни (Как не вспомнить Антона Павловича – мы 50 лет все говорим и читаем брошюры), много ненужных никому жертв и арестов.

«Погодите: теперь они легко вербуют оттого, что люди еще гонятся за именем либерала, а вот они окажут отечеству иную услугу. Они устраивают так, что порядочный человек станет стыдиться названия русского либерала. Да-с, Лизавета Егоровна, стыдиться станут, и это устроят они, а не ретрограды, не рутинисты.»

Но возникает законный вопрос, а что же собственно предлагает Лесков, если ругает людей, которые пусть плохо, а порой и преступно плохо занимаются «шевелением» общества? Лесков прежде всего просит не делать из различных теорий прокрустово ложе, в котором все неподходящего «размера» люди, будут подрубаться или вытягиваться по форме (и зная последующую историю нашей страны, его тревога была не напрасной), он говорит всем, желающим перемен:

«Хочу? Ничего я от вас не хочу, а желаю, чтобы необъятная ширь ваших стремлений не мешала вам, любя человечество, жалеть людей, которые вас окружают, и быть к ним поснисходительнее. Пока мы не будем считать для себя обязательным участие к каждому человеку, до тех пор все эти гуманные теории – вздор, ахинея...»

Очень рекомендую к прочтению. Я со многими мыслями и выводами Лескова о жизни и обществе не согласна (особенно режет антисемитизм неприкрытый), но он отличный писатель, заставляющийся задуматься и переосмысливать свои идеалы и стремления.

Признаться, в первый момент длина выбранного романа Лескова меня весьма смутила – вроде как не был готов браться за длинную историю; но стоило начать, и вопрос решился сам собой: роман интересный, читался жадно. Пару раз отложил, когда были особо противные главы (а в «Некуда» они есть, целенаправленно неприятные, Лесков, не стесняясь, лезет в нуар), но всё преодолелось, и вот последняя страница. Как и бывает с хорошими длинными романами, возник полувопрос: « А дальше что?». Немного печально, что недотянуты некоторые сюжетные линии, некоторые персонажи остались на полпути; нам показали кончину Помады, но остались где-то между строк Агата, Бертольди, Сергей с его безумно забавным арестом, да и в целом концовка оставляет ощущение обрезанности, хотя она по-своему эффектна, и из выражения «сесть некуда» хочется сделать разговорный штампик ^_^

Дёрганая ткань романа, неожиданные кульбиты, отвлечения на красивые описания природы, остро-иронические пассажи, архаичные обороты речи, даже редкие обращения к читателю – ничего не понижало качества книги, всё создавало единое общее, весьма приятное, полотно. Понималось, что всё это создаёт панорамное изображение русского общества, исторический срез.

Конечно, провинциальная часть показалась милой, умной и чрезвычайно уютной; в противоположность московская и санкт-петербургская части чуть не трещат от всяких противностей, связанных с «людьми нового мышления». В школе нас учили порицать Обломова, но лучше бы учиться критиковать не Обломова или там Ставрогина, а всяких красиных и белоярцевых из Лескова. Картина русской жизни, нарисованная в «Некуда», для меня отличалась от всего, что я читал раньше, и по уровню бессовестности роящейся в городах шантрапы, возможно, оказывается самой живописной.

Особо, конечно же, следует отметить тему социального положения женщины в то время, но ни одна рецензия не выдержит полноты комментариев на эту тему.

Героиней романа кажется Лиза Бахарева, всё как бы и кончается с её смертью, но больше похоже, что роман «сидит» на докторе Розанове, индивидууме, не относящемуся ни к какой группировке, а полагающимся лишь на свою голову. Интересно, сейчас это такая же редкость, как и тогда? Он – хорошо реализовавшаяся личность, в отличие от Лизы, которая, возможно, стала бы переводчицей и обнаружила смысл жизни в какой-нибудь книге. И уж если сравнить социальную реализованность Женни, просто «нормально» вышедшую замуж, то тайная страсть Лизы не вызывает особого сочувствия. Может, она просто по природе замкнутая на себе одиночка?

Говорить можно много, роман предоставляет массу возможностей для дебатов. Как я понял, по его выходу демократы заклевали бедного Лескова за творческий реализм. Думаю, время встало на сторону таланта.

Ох, прости меня, Фёдор Михайлович, но «Некуда» круче «Бесов». «Некуда» - стартап Лескова, мощнейшая по воздействию и глубине книга с одной стороны и на корню похерившая безоблачную карьеру писателя-демократа, с другой. Этот роман сломал ещё не начавшуюся писательскую карьеру Лескова, вызвав в среде революционных и либеральных литературных критиков грязевой смерч и оттеснив Н. С. в самый хвост русских писателей-классиков первого ряда. Ещё не оправившись от этого удара, он будет возвращаться к теме, так как его время повязано на ней. «Некуда», как и «На ножах» для самого автора – романы программные, наиболее для него значимые из всего его наследия произведения, наряду с «Соборянами».

В романе с исповедальной точностью передано перевоплощение сияющей семнадцатилетней барышни в нигилистку и трагическая невозможность любви. Мрачность темы повествования разбавляется безупречным языком Лескова и его бесподобным юмором. В целом роман получился светлым и лёгким, не смотря на всю глубину текста и сложность заявленных тем. Очень выигрышно выглядит структурированность корпуса романа, разбитого на три книги: «В провинции», «В Москве» и «На Невских берегах». Каждая книга уникальна своей историей, они не повторяют один и тот же мотив, а изучают и описывают разные стороны нигилизма.

Провинция Лескова потрясает неимоверно: описание быта, жизни, природы, характеров – всё непередаваемо точно. Очень впечатлил образ настоятельницы монастыря – её история, характер-кремень, её забота о тех «кого она приручила». Особо порадовал анекдотический случай росписи храма, когда гусар-весельчак подкупил художника, чтобы тот при изображении кающихся грешников в аду нарисовал лица игуменьи и её ближайших помощниц, где главное – реакция игуменьи – она заставила замазать лица всех её помощниц, а своё оставить. Это очень круто, честь и хвала Лескову!

Противостояние двух столиц очень контрастно изображается Лесковым через углекислых фей Чистых Прудов, представляющих Москву и коммуну от Питера. Либералы vs революционеры – очень ёмко, остро и, главное – обидно (соответственно, либералам и революционерам). Очень досталось от Лескова нигилистической накипи, всяким Белоярцевым и прочим Бертольди, от того и злились.
Обратило на себя внимание как Н.С. сюжетно сопровождает своих персонажей–нигилистов – Лизу Бахареву, Райнера, Помаду, Розанова. Завораживающе красиво Лесков превратил Райнера в полякующего, именно – по стечению обстоятельств. А развязка романа удивляет выверенностью, сдержанностью и мерой.

В Розанова Лесков вложил автобиографические черты с поражающей беспощадностью к себе, тем самым автор повторил искупительный поступок своего персонажа – матери Агнии, что лишний раз доказывает то, что уже не требует доказательств – Лесков уникальный русский писатель, недочитанный и недопонятый даже на своей Родине.

«Антинигилистическая проза» №4

Честно говоря не много утомилась я читать этот роман, в малой прозе Лесков более великолепен. Но все же автор остается верен себе, подробные описания быта, что мне очень нравится у Лескова, шикарные диалоги, и любовь к своему народу.
Очень я болела за Розанова, у которого были не простые отношения с женой. И вот ведь какая смешная штука - жизнь, хорошему и положительному со всех сторон мужику достается в жены жена-мозгоклюйка. И мы, женщины, удивительно загадочные существа, нет чтобы благодарить Небеса за такое счастье, отравляем жизнь и себе и этому самому счастью. Чудны дела Твои Господи, а дела детей Твоих ещё чуднее)))
Здесь так же очень подробно описана эмансипация женщин. Подняли бабы бунт на корабле, свободы им захотелось. И такой вот эмансипированной особой, после институтской жизни, стала Лиза. Стать то она ей стала, характер свой показала, а что с этим делать дальше понятия не имела, сидела себе книжечки почитывала, да ежемесячно деньги от родителей получала, на это и жила. Вот такая вот она, эмансипация)))