Рецензия на книгу

• 

  TatyanaKrasnova94125 августа 2017 г.

  ЗАМЕТКИ НА ПОЛЯХ СОЦИАЛЬНОГО РОМАНА

  Лесков — моя давняя любовь, и никакая не тайная, я о нем курсовую писала. При этом отложила два романа — "На ножах" и "Некуда", — чтобы прочитать когда-нибудь в будущем и получить суперудовольствие.
  И вот пришла пора. Этим летом получила. По самое некуда, в самом прямом смысле.
  Начала "На ножах" — такое разочарование! Затянуто, неинтересно, герои один другого противнее. Где язык?! Где Лесков?! Которого я так любила! Кое-как домучила. Но не сдалась, мужественно принялась за "Некуда" — и была вознаграждена. Такое очарование! Лесков вернулся! То самое читательское счастье, когда хочется читать и читать дальше.

  Атмосфера
  Это, пожалуй, в книге самое пленительное. Неспешное чтение длинного пухлого русского романа в трех частях — вообще особое эстетическое удовольствие.
  Чудесные героини — две 17-летние девушки, которые окончили учебу и возвращаются к родителям. И впереди — вся жизнь, не только с мечтами о счастье, но и с надеждами прожить её осмысленно.
  Действие разворачивается сначала в уездном городке, потом в Москве, затем в Петербурге. Другими словами, автор показывает всю Россию во всей полноте. И — да, роман остросоциальный и даже скандальный (для своего времени), но сколько очарования в лесковском любовании и провинцией, и обеими столицами! Почувствуйте прелесть XIX века:
  

  
  Прекрасным осенним вечером, когда румяная заря ярким полымем догорала на золоченых кремлевских вышках…

  А вот ещё:
  

  
  Теперь Главная улица была знаменита только тем, что по ней при малейшем дожде становилось море и после целый месяц не было ни прохода, ни проезда.

  Нет, это, кажется, пример неподходящий. Я это и сейчас из окошка вижу...
  И тут же встречаются детали, по которым четко просматривается позапрошлый век — например, седенькие старушки 50 лет. Сегодня дам такого возраста ещё "девушками" в общественных местах называют. Сразу ощущается пропасть между той эпохой и современностью — как недолог был человеческий век, как быстро отцветала женская красота, как мало было отпущено времени на воплощение мечтаний.
  Вот и подруги Женя с Лизой — одна выбирает путь семейного счастья, а другая мечется, ищет чего-то большего, — ищет то в книгах, то в окружающих людях.
  

  
  Семья не поняла ее чистых порывов; люди их перетолковывали; друзья старались их усыпить; мать кошек чесала; отец младенчествовал. Все обрывалось, некуда было деться.
  
  Ей хотелось много понимать, учиться.
  Ее повезли на балы.

  Совсем в духе Чернышевского девушка сбегает из дома и оказывается в передовой коммуне, где люди специально собрались для того, чтобы жить по-новому, освободившись от домашнего деспотизма, на принципах свободы и взаимопомощи.
  Но здесь пора притормозить с пересказами.

  Экономика
  Лучше поделюсь ещё несколькими запомнившимися деталями — какой он был, XIX век, как устраивался быт тогдашней интеллигенции, что считалось непритязательным жильем, сколько времени приходилось работать.
  

  
  У Вязмитиновых в Измайловском полку была прехорошенькая квартира. Она была не очень велика, всего состояла из шести комнат…

  Вот он, пример скромной жизни. Тесновато, разумеется, в шести комнатах.
  А вот доктор Розанов получает место в московской клинике. Причём с квартирой — «в двух комнатах казенного флигеля». Заметьте, сотрудник живет тут же, при больнице — не надо тратить время и деньги на дорогу. На работу он ходит утром:
  

  
  Это брало около трех часов времени…

  …и во второй половине дня:
  

  
  В пять часов снова нужно было идти на вечерние визитации, которые хотя были короче утренних, но все-таки брали около получаса времени.

  Врач работает ТРИ С ПОЛОВИНОЙ ЧАСА В ДЕНЬ, а остальное время тратит на самообразование — чтение иностранных медицинских журналов, на подготовку диссертации, на общественную и личную жизнь.
  Кажется, они тогда совсем не понимали, как хорошо живут.
  И третий момент: о всеобщем счастье размышляет Женя, выбравшая добропорядочный путь супружества и материнства.
  

  
  Она не умела мыслить политически...
  Ей хотелось, чтобы всем было хорошо.
  «Пусть всем хорошо будет».
  Вот был ее идеал.
  Ну, а как достичь этого скромного желания?
  «Жить каждому в своем домике», — решила Женни, не заходя далеко и не спрашивая, как бы это отучить род людской от чересчур корыстных притязаний и дать друг другу собственные домики.

  Ну что ж, возможно, наши потомки, читая этот роман каждый в своём домике, на этом месте умилятся. А может, они в коммуне будут жить, кто их знает.

  49

  876