Шелкопряд

Покуда пьёшь,смакуй букет.
Вина в загробном мире нет.

- Он мне понравился, - улыбнулась Робин.

• Это поэтому, что у тебя было сотрясение мозга! - сказал Страйк.

– Ганфри, – вздохнул Страйк и потер глаза. – Почему у меня в клиентах сплошные подлюги?
– Миссис Куайн не производит впечатления подлюги.
Сквозь толстые пальцы Страйк бросил на нее осоловелый взгляд:
– С чего ты взяла, что я буду на нее работать?
– Кто бы сомневался? – Робин не удержалась от лукавой улыбки. – Она в твоем вкусе.
– Эта застарелая отрыжка восьмидесятых?
– В качестве клиентки – она в твоем вкусе. Кроме того, тебе хотелось поставить на место Бейкера.
– И ведь получилось, правда?

...Страйк создал себе имя, которое, впрочем, многие умудрялись исковеркать…

– Как ты ее разговорил? – полюбопытствовал Калпеппер, когда они шагали по морозу, мимо мотоциклов и грузовиков, по-прежнему сновавших у мясного рынка.
– Я ее выслушал, – ответил Страйк.
Калпеппер недоверчиво покосился в его сторону:
– Все другие частные сыщики, которые на меня работают, прослушивают телефоны.
– Это незаконно, – сказал Страйк, выпуская дым в светлеющий воздух.

Он просто забыл, что жизнь - это не сон, в котором он цел и невредим.

Твоему произведению грош цена, если в нём кто-нибудь не истекает кровью, хотя-бы ты сама.

Знаешь что, не путай гордость и глупость

- Нормальная женщина ждала бы цветов.

• Я же не нормальная женщина.

"Умытые дождем кварталы представляли собой удивительную диораму: дорогие многоквартирные башни высились над рядами тихих, неприметных домишек — роскошь современности, уют старины."

- Он мне понравился.

• Это потому что у тебя было сотрясение мозга.

«В ее усталых глазах на миг засветилось благоговение, погашенное годами равнодушия и бед, несчастливой жизни с сумасбродным, заносчивым мужем в этом обшарпанном домишке, годами безденежья и неустанных забот о дочери».

Люси внесла домашний торт, мерцающий тридцатью шестью свечками и украшенный сотнями – как могло показаться – разноцветных пастилок. Грег выключил свет, и все запели; Страйку нестерпимо захотелось отсюда убраться.

– Можно узнать, кто вы такой, сэр?
– Узнай, – сказал Страйк, проходя мимо него и нажимая на звонок. Хотя он и согласился на встречу с Энстисом, в данный момент ему было совершенно некстати общаться с полицией. – Думаю, на это у тебя способностей хватит.

У нее только что увели из-под носа потенциального кавалера - пусть толстого и без ноги…

"... Искусство призвано провоцировать..."

Да, я утверждал, что крупнейшие писательницы, практически все без исключения, были бездетны. Это факт. И еще я утверждал, что женщины, в силу врожденного стремления опекать, не способны безраздельно отдаваться творчеству, а значит, создавать серьезную литературу. Я не собираюсь отказываться от своих слов. Я оперирую фактами.

Женщины обычно пытаються тебе внушить, что их любовь пропорциональна старанию на тебя повлиять.

Нет сомнения в том, что на современном этапе для книгоиздательского дела настало время стремительных перемен и новых задач, но одно остаётся незыблемым, как и сто лет назад: во главу угла ставится содержание.