Ахиллес, Диомед, Гектор. Отважные, сильные, величественные. У каждого за спиной множество подвигов. Такими были герои у Гомера – в самом начале древнегреческой и европейской литератур. Их характеры определялись понятием арете – доблесть, достоинство.

Но время шло и арете постепенно стало деконструироваться. Кончилась эпоха архаики и теперь под пристальным вниманием поэтов-классиков оказались страдающие, претерпевающие страсти. Герои же, представлявшие интерес для Гомера, теперь либо изображаются под другим углом (см. «Аякс» Софокла, образ Одиссея у Еврипида), либо не изображаются вовсе. Однако этот переход «доблесть-страдание» очевидно произошел не за мгновение. Так, в трагедии Эсхила «Семеро против Фив» поэт фиксирует в одном герое две эти тенденции – героя-доблестного и героя-страдающего.

Место действия – Фивы. Главное действующее лицо – сын Эдипа, - Этеокл. После ухода отца ему достался во власть город и вместе с ним отцовское проклятье, предвещающее смерть от руки брата - Полиника. На этом проклятии и противостоянии двух братьев соответственно и строится трагедия. Полиник собрал армию в поход на родной город, чтобы забрать власть у брата.

Здесь начинается трагедия. Фивы осаждены. Хор фиванских девушек ищет поддержки у богов. Этеокл мрачен. Он не верит в силу идолов и алтарей, но верит в силу отцовского проклятья и стойкость своего войска.

• слова Этеокла в ответ на стенания хора

• молитва Этеокла перед боем

  Перед нами практически гомеровский герой. Он отважен, силён и величественен. Однако, в отличие от гомеровского героя, ему куда важнее сохранность города, чем собственная слава. «Но как же Гектор?» - спросите вы. Да, Гектор боролся за свой город, но всё-таки важнее всего ему была слава и доброе имя. У Эсхила же Этеокл готов убить брата, что по понятию арете – несмываемый позор.

  Гомер - Илиада

• Гектор пророчит Андромахе рабскую участь и собственную смерть

  Об этом пересечении тенденций я и говорил в начале – Этеокл смел и отважен как гомеровский герой, но борется он за негомеровские ценности. И в этом отношении трагедия крайне интересна. Это первое с своём жанре произведение, где есть такой яркий герой, при том противопоставленный героям из более древней традиции. Таким образом Эсхил отразил перемены эпохи – новые ценности, новое общество, новый герой.

  Помимо этого, в трагедии множество интересных моментов, деталей и образов, о которых я не буду говорить. Вам стоит самим прочувствовать всю прелесть мастерства Эсхила. Очень рекомендую к прочтению.

Великим годом для Древней Греции был 480 год до нашей эры. Многотысячное войско персидского царя Ксеркса вторглось на территорию Эллады одновременно и с суши, и с моря, в надежде поработить греков. Последние же, в свою очередь, готовы были дать отпор захватчикам, встретив их сначала в Фермопильском ущелье, где не удалось одержать победу, однако получилось задержать персов. Позднее греки дали бой у острова Саламин, который закончился триумфом объединенного войска греческих полисов. Именно об этой победе трагедия Эсхила "Персы", поставленная в 472 году до нашей эры.

Действие происходит перед царским дворцом в Сузах. Главными героями являются Атосса - мать ушедшего на войну царя Ксеркса и хор персидских старейшин. Они с тревогой ждут новостей о походе в Элладу. Когда вестник наконец приходит, то приносит им весть, которая подтверждает их самые худшие опасения. И Атосса, и хор старейшин не могут сдержать слёз.

Чтение этой трагедии - запоминающийся опыт. В ней нет действия как такового, скорее это набор эпизодов с нарастающим градусом скорби и надрыва. И хотя герои не развиваются, очень увлекательно наблюдать реакцию на поражение Ксеркса с разных точек зрения - матери, народа, самого Ксеркса.

Что ещё я отметил - так это постоянные реминисценции на "Илиаду" Гомера.

Сравните его каталог кораблей и список военачальников у Эсхила; Гомеровский сон Агамемнона и Эсхиловский сон Атоссы, которые были предвестниками несчастий. Конечно, не секрет, что Гомер - образец для подражания у древних эллинов и тем интереснее находить его следы в разных произведениях.

В заключение хочу сказать, что эта книга не обязательна к прочтению. В ней нет динамики персонажей, к которой мы привыкли в других произведениях. Здесь нет интересного сюжета с неожиданными поворотами. Язык этой книги очень сложный, а структура непривычная.

Однако если вы всё же решите прочитать эту книгу, то откроете для себя прекрасный образец древнегреческой космической мудрости. Вы получите уникальный эмоциональный опыт, который поможет вам легче справляться с жизненными испытаниями.

Спасибо за внимание!

Друг, имеющий очи ясные, тоже ты ощутил щекотку чар,
на которых замешан сказ?
Речь течёт о Прометее гордом,
трясутся горы, места не находят кони;
Он идёт, переставляя жилистые ноги,
боги кривят душой, им не хочется с демиургом спорить.
—
Молния, как топора мясник, расколола дерево,
вижу сноп искр, огонь лижет землю;
Огня нет — людей стиснула темень,
огонь есть — люди творят искусства произведения;
Но откуда он, огонь, согревающий чресла?
Прометей, ты за него пострадал?
Признайся, удары богов бывают болезненными.
—
Огонь упал с неба, как иного мира комета;
Наши предки сперва испугались, ожидались большие изменения;
Но не только огонь упал,
было слышно, как извивался титан;
Зевес гончих своих спустил, чтобы устроить кровавую жатву;
Летели его перуны, разряды молний, как факелы в театре, освещали могучих схватку.
—
Чем же кончилось это дело? Пыткой или победой?
Дадим же слово поэту, для которого шум бури стал тогда аккомпанементом;
Стоял и смотрел, как Хаос лаву исторгает на головы,
Прометей держал удар, закрыв чудо огня торсом;
Ударила молния, Мир дрогнул, тени вернулись домой, в тёмные гроты;
Огонь горит в домах, значит, нас не сломили грозы?
—
Хоть город сер и угрюм, всё же песнь свою веду,
греет огонь мою душу, освещая каменные улицы;
Мрак подступает близко, но огонь человеков не даёт Тьме пожрать;
Нет места страху, юноша просит у путника выбить искру, чтобы разжечь табак.
—
Там, под одеянием, Прометей,
разносится его могучий глас, будто настроенный орган;
Огня тебе, отрок?
Он не для восхваления Смерти был, человеки, вам дан!

Сложно оценивать литературу, дошедшую к нам из глубины веков, написанную непривычным языком, и исходящую из совершенно других ценностей. Но если посмотреть на конфликт этой драмы поближе, то он не настолько далек от нас, как кажется. Изначальный конфликт в произведении - противостояние человеческого закона и воли богов, мы же можем посмотреть на это как противостояние закона и человечности.
После смерти Этеокла и Полиника Фивы остаются без правителя, и для перенявшего власть Креонта важно показать свое могущество, и как можно быстрее покончить с рознями и наказать виноватых. Антигона обвиняет его в чрезмерной твердости, но он уже не может поменять своего решения, особенно пойдя на поводу у женщины. Наверное, именно боязнь и невозможнось проявить мягкость, сострадание - то, что приводит неминуемой трагедии. И это то осознание, которое затрагивет нашу душу через тысячилетия, и почему эта драма до сих пор нас волнует.