
Возмездие не за горами…
С XVI века появились книги на эстонском языке, но издавали их немцы, и цель преследовали издатели одну – онемечивание эстонцев.
До середины XIX века эстонский народ не знал исконной самобытной литературы. С тех пор, как немцы в XIII веке вторглись на прибалтийские земли, бывшие хозяева эстонской земли были начисто лишены условий для развития собственной духовности выражающейся прежде всего в национальной литературе. А устное народное творчество преследовалось немецкими помещиками-баронами да их приспешниками пастырями-идеологами, пытавшимися лишить эстонцев посконного самосознания и онемечить, им требовались покорные слуги-рабы, а не разумные мыслящие сограждане. Разве может немцам-завоевателям понравится этакое:
«Калев – сын неутомимый
С полдня до зари вечерней
Сокрушал мужей железных
Вламываясь в гущу войска.»
У истоков создания национальной эстонской литературы стоят два общественных деятеля XIX века – это Фельман Ф. и Крейцвальд Ф. Они стали первыми, кто собирал и составлял воедино устное творчество эстонцев, как то: легенды, сказания, предания и песни. Ф. Фельман сверстал в единое целое все сказания об эстонском народном герое Калевипоэге, но работа осталась незаконченной в связи с кончиной Фельмана. Ф Крейцвальд завершил работу над первым вариантом эпоса «Калевипоэг».
Необыкнвенная популярность сего эпоса была вызвана рядом причин. Первая – это интересный сюжет и великолепный язык. Во-вторых, народные песни основаны на действительном историческом материале. А самоё важное, что в эстонцах много лет живёт великая идея о свободе и возрождении духовности эстонского народа. К сожалению, мечта сия, если и не угасла, то еле-еле теплится…
История учит, что грубое насилие (читайте: завоевание путём вооружённого вторжения!) далеко не всегда оправдывает себя; гораздо эффективнее купить часть народа, а продавшиеся дешёвки помогут обмануть–облапошить оставшихся…
Ещё небезызвестный Филипп Македонский (к слову упомянуть, ярый был вояка!) любил говаривать приближённым, что-де, осёл нагруженный золотом возьмёт куда больше городов-крепостей, нежели стратег с войском.
Но я верю, что дух народного эстонского героя-богатыря Калевипоэга однажды очнётся и пробудит в душе у каждого честного эстонца историческую память. Заглянет в себя очнувшийся и увидит воочию картину мужественного сражения с врагами:
«Падали ряды слабейших
Сотнями на ложе смерти.
Вражеских мечей удары
Гибель сеяли повсюду.
Где ни рушились на темя,
Опускались на затылки.»
И в момент прозреет честный эстонец! И дух некогда гордого и вольного народа прояснит затуманенный разум и возмутится навязанной лжи; и сторицей воздаст одураченный эстонский народ внешним и внутренним врагам за тяжкие годы унижения и позора.
«Калев-сын неутомимый
Воинов валил железных,
Клал поленницей в долине.»
Да воздастся каждому по деяниям его! Возмездие не за горами…






























































