История воскресного ребенка.
Наша маленькая героиня живет в доме для сирот. Родители ее себе не могли оставить, или не хотели, и девочка в интернате практически всю жизнь.
«Однажды — я помню это очень хорошо — я увидела в магазине пару, тётеньку и дяденьку, и у них был такой вид — в точности как у моих родителей. Какими я их себе представляла. Я вырвалась из рук сестры Линды, бросилась к ним и закричала: «Мама, папа!» Ну и лица у них сделались! Сестра Линда стала красная, как помидор, крепко взяла меня за руку и извинилась перед ними, а меня отругала. Мне было стыдно. Не из-за того, что отругали, а оттого, что я сама уже видела — эти люди не могут быть моими родителями! Раз они ТАК смотрели!»
Девочка живет в комнате не одна, а с Андреа, вроде как подружкой, у них двухъярусная кровать, и они иногда даже меняются местами! В интернате две воспитательницы – сестра Франциска (самая главная) и сестра Линда. Самый плохой день там – воскресенье. Уж лучше в воскресенье в школу пойти, чем остаться в интернате. Почему? Да потому-что есть «воскресные дети», их в воскресенье забирают «воскресные родители», и проводят с ними весь день. А вот у тех, кого не забирают, настроение в этот день хуже некуда!
«Все просто обожают воскресенья. А когда возвращаются в интернат, то хвастаются — ого-го! От всего этого хвастовства мне делается совсем плохо. И всему тому, что они рассказывают, я не верю — вот честно! Съесть СТОЛЬКО порций мороженого…и СТОЛЬКО тортов… и телек можно было смотреть всё воскресенье… да ещё и новые карандаши подарили!»
Благо, и у нашей девочки находятся «воскресные родители», вот только это не мама и папа, а только мама, которая согласилась брать девочку к себе. Маму зовут Улла, и выглядит она странновато:
«Быть не может, что это она. Это не настоящая женщина. Это же мальчик! В куртке и шапке с помпоном. А как же шуба? Где же она? Зато голос! Голос точно женский, значит, это всё-таки она. Но она такая маленькая, только самую чуточку выше меня. Для взрослой женщины — прямо крошечная… Лица толком не видно, шапка с помпоном съехала почти на нос, а на нём очки, такие чудны´е, с круглыми стёклами…»
Улла писательница, в квартире у нее много книг и беспорядок.
«Первое, что я заметила, — запах сигаретного дыма. И очень сильный. Фу-у-у… Едва мы вошли, фрау Фидлер тут же закурила и стала показывать мне квартиру. Она оказалась такая чуднáя! Совсем пустая. Мебели почти нет — настоящей мебели, я имею в виду.»
Но девочка быстро привыкает и к Улле, и к ее образу жизни. Ведь с ней так уютно! Так весело! Можно ездить на пикник, разглядывать облака, придумывать разные истории! А можно промокнуть до нитки, а потом греться в ванне. В ванне можно даже кушать) Вот только у Уллы есть еще мужчина, нет-нет, не муж, друг. А наша девочка хочет, чтобы «воскресная мама» принадлежала ей одной. Она очень боится, тревожится, вдруг она потеряет свою новую «маму»? Вдруг Улла захочет взять еще кого-нибудь из приюта? Эта книга очень спокойная, «тихая», здесь нет сумасшедше закрученного сюжета, конфликта или обилия драмы, совсем наоборот, мы эту книгу проживаем внутренне. Мы видим, как к концу книги меняется девочка, как она принимает в свой мир Уллу и ее мужчину, как меняется ее внутренний мир…В этом, как мне кажется, и суть книги. Показать, как мало нужно для ребенка; тепло, уют, внимание – и он раскрывается, расцветает, с новой стороны. Очень важно пронаблюдать, как в навязчивом дурачке Карли, у которого капают слюни,
«Карли намного младше меня, я с ним не играю. Когда он говорит, у него изо рта капают слюни, а ещё он заикается, и с головой у него не всё в порядке. А волосы — как солома. Такие же жёлтые и жёсткие… Только дурачок Карли слоняется вокруг, втягивая сопли и пуская слюни. Его-то никто не забирает. Я бы тоже его брать не стала, дурачка такого.»
Улла со временем начинает видеть другого ребенка, заботливого, внимательного, душевного. Наша героиня даже готова поделиться с Карли обществом Уллы.
«Плакаешь, — говорит он и трясёт головой. Потом суёт руку в карман, достаёт конфету и протягивает мне. Конфета липкая, на ней какие-то нитки, а Карли суёт её мне… Не успела я помотать головой, а он уже засунул конфету мне в рот! Счастливо улыбаясь, залезает под одеяло, сворачивается клубочком рядом со мной и снова гладит меня по щеке. Ну и ну… Карли никогда раньше так не делал. И не надо так делать… Но почему-то не получается выпихнуть его из кровати. А я такая слабая… Внутри, я хочу сказать. Карли прижимается ко мне. Он тёплый и намного меньше меня. Он гладит мне щёки, это так приятно… Его лицо очень близко, глаза широко раскрыты — они голубые, как летнее небо. Никогда не замечала, что у Карли такие глаза. А на носу три веснушки. Ровно три. Веснушек я тоже никогда не замечала. У него на носу, я имею в виду.»
Конец книги, это вовсе даже и не конец, а начало уже совсем другой истории! Ведь наша девочка обретает не только родителей, людей, которые будут о ней заботиться, но и человека, о котором будет заботиться она сама, Карли…
Книга переведена на 24 языка, за эту повесть Мёбс получила Немецкую премию по литературе в 1984 году. Гудрун Мёбс написала не только "Воскресный ребенок", но еще и несколько книг про Фридера и его бабушку, они тоже выходят на русском у издательства «Самокат». Все эти книги сделали Гудруг Мёбс очень популярной как в родной Германии, так и за рубежом.
Книга была экранизирована, и Мёбс сыграла роль «воскресной» мамы, ведь образ этот она создавала как автопортрет. И когда в Германии начали снимать фильм, то пригласили именно ее, во-первых, она была очень похожа на героиню, а во-вторых хорошо ее понимала.
Проиллюстрировала книгу Ротраут Сузанна Бернер, обладательница многочисленных премий, в том числе Международной литературной премии памяти Астрид Линдгрен, а также Немецкой премии детской и юношеской литературы. У «Самоката» есть целая серию «Городок», где издаются ее великолепные «Wimmelbuch».
55 понравилось
