Воскресный ребенок

Говорят, воскресные дети какие-то особенно счастливые.

Воскресенье и не должно закачиваться.

Если присмотреться к человеку повнимательнее, то чаще всего получается, что он вовсе не такой уж и глупый, как ты про него думал.

Выдумывать – это не врать!

Да предложи мне Улла просто сесть где-нибудь на скамейке и съесть хлеб с мёдом, я бы и тогда ни секунды не возражала! Ведь она была бы рядом!

Она тоже ничего не говорит, просто стоит, засунув руки в карманы куртки, и щурится на меня через очки. Вот ЭТА – моя воскресная мама?! Моя воскресная мама с суперквартирой и длинными рыжими волосами?! Она же выглядит так… обыкновенно!

Если присмотреться к человеку повнимательнее, то чаще всего получается, что он вовсе не такой уж и глупый, как ты про него думал.

Если вспомнить мои прежние воскресенья - ой-ой-ой, ну и тоска! Не происходило ни-че-го. Мое старое воскресенье было бледным и скучным, и я ждала только одного - чтобы оно поскорее закончилось. А новое воскресенье - краснощекое и румяное. И наполнено до краев! Оно как пальто с карманами, набитыми до отказа. У моего воскресенья много-много карманов, и в каждом что-то есть - интересное, смешное или приятное. Ну в общем, обязательно какой-нибудь сюрприз!

Тут мы немедленно начинаем спорить. Андреа хочет шкуру жирафа, но теперь уже я стучу пальцем по лбу:
– У жирафа шея слишком длинная, его шкура в комнату не влезет!
Андреа не может не признать, что я права, но сдаваться не собирается. Шею, говорит она, можно сложить складочками. Но я не хочу. Шея в складочку – на что это будет похоже?!