Третья фабрика

Что Виктор Шкловский писал очень интересные письма. Совсем про сегодняшний день: "лучшее в жизни - утренний чай". Вот из письма Борису Эйхенбауму, помещенного в книгу "Третья фабрика". Читаю его кусочек в новой "Самое шкловское" - почти неузнаваемо - какая-то дрянь... А в оригинале: "...Объяснительная записка. Почему сюда попало это письмо. В Дании есть город Копенгаген. В нем жил Андерсен. Страна такая маленькая, что в ней, веро- ятно, дают на железной дороге только полбилета. Тогда там меняли фонари с ворванью на газовые. „Далее, ради бога, далее от фонаря",—писал Гоголь в своей классической повести „Невский про- спект"...—„и скорей,сколько можно скорей, проходите мимо. Это счастье еще, если отделаетесь тем, что он зальет щего/ьской сюртук ваш вонючим своим маслом". Но, кроме того, фонарь, как видно, был романтик. Особенно, когда его сменили газовым. Отставному фонарю звезды сделали подарок. Если зажечь в нем восковую свечу, то он обращался в волшебный фонарь (нечто вроде кинематографа). А дождь сделал другой подарок... „когда все надоест—сказал он,—пожелай и рассыпешься". Фонарь был получен сторожем — героем труда на пенсии. Фонарь любил сторожа и хотел быть для него кинематографом. Сторож любил фонарь и наливал в него иногда ворвань. Но зачем в уличном фонаре зажечь свечу? Фонарь ходил по редакциям... Он говорил: „Нет, я не кинематограф, я прожек- тор. Я не умею освещать комнату, я исследователь... Мое остроумие мне надоело. Остроумие ато сближение несходного. Я изобретатель в искусстве... Мне негде светить. И вот я зажег себе свечу в середине книги. Что же касается бытия, то оно действительно определяет сознание. А в искусстве часто противопоставляется ему. Голова моя занята ежедневным днем. Лучшее в жизни утренний чай. Ведь нельзя же так: одни в искусстве пролива- ют кровь и семя. Другие мочатся. Приемка по весу..." а теперь еще и доступно, и бесплатно: https://imwerden.de/pdf/shklovskytretjafabrika1926_text.pdf