Цитаты из книги His Dark Materials

We are all subject to the fates. But we must all act as if we are not or die of despair.

самое важное место всегда там, где мы сами

Что страшнее: взятый на душу грех или возможные последствия того что будет, если этот грех на душу не взять?

"А вы хотите, чтобы вам все доставалось даром! Того, что стоит иметь, не так легко добиться"

Лира зевнула. Зевнула так, что до сих пор не понятно, каким образом ей удалось не вывихнуть себе челюсть и никого не проглотить. Это был всем зевкам зевок и длился он не меньше минуты, по крайней мере, так показалось самой девочке.

— Ты говорил, что я воин. Что я таков от природы и спорить с этим не следует. Но ты ошибался, отец. Я дрался, потому что это было необходимо. Я не волен выбирать свою природу, зато могу выбрать себе занятие по душе. И я сделаю этот выбор, потому что теперь я свободен.

Допустим, ты бросаешь монету: она может выпасть орлом или решкой, и, пока она не легла, ты не знаешь, что выпадет. Если выпал орёл, это значит, что другая возможность не реализовалась. До этого момента оба исхода были равновозможны.

– Мы все подчиняемся судьбам. Но должны действовать так, как если бы этого не было, – сказала ведьма – или умрём от отчаяния.

Позади были боль, смерть, страх, впереди - сомнение, опасность и необъятная тайна. Но их было двое. И Лира со своим деймоном отвернулась от мира, где они родились, подняла глаза к солнцу и взошла на небо.

«…Царства больше нет, Небесного Царства — что ему пришёл конец. И мы не должны жить так, будто оно важнее этой жизни в этом мире, потому что самое важное место — то, где мы сейчас.»

«…вся человеческая история — борьба мудрости с глупостью. Она и мятежные ангелы, последователи мудрости, всегда пытались разбудить умы людей; Владыка же и его церкви всегда пытались их усыпить.»

«…мудрости почти всё время приходится действовать тайком, говорить шёпотом, как шпиону, прятаться в укромных уголках мира, потому что суды и дворцы заняты её врагами»

«— И что за работа мне предстоит? — сказал Уилл, но тут же осёкся: — А с другой стороны, нет, не говорите. Я сам решу, что мне делать. Если вы скажете, что я должен воевать, или лечить, или исследовать, или что-нибудь ещё, я всегда буду об этом думать. И если в конце концов я займусь этим, я буду чувствовать обиду, потому что у меня не было выбора, а если не займусь — вину, потому что должен был, но не стал. Что бы я ни сделал, выбирать мне, и никому другому.»

...на каждой двери, оконной раме и притолоке Лира видела изящные узоры, но это не была резьба по дереву: казалось, что дерево уговорили вырасти именно таким манером.

Я хотел выбраться отсюда вместе со всеми другими мёртвыми, потому что это ужасное место, Лира, здесь нет надежды; когда ты мёртвый, ничего уже не меняется...

Я слышала о людях вроде вас, которые не подпускают к себе свою смерть. Они её не любят, и она из вежливости держится незаметно.

Но большей частью посёлок освещался кострами. Их дымный, красноватый, неверный свет плясал на кучах строительного мусора, словно это были последки колоссального пожара, просто назло не желавшие гаснуть.

Я обеспокоен, а раньше никогда не беспокоился, никогда не сомневался. Теперь я в сомнении. Сомнение - человеческое чувство, не медвежье. Если я превращаюсь в человека, что-то не так, что-то нехорошо.