Дневник писателя

Теперь же, напротив, весьма часто фраза "Я не понимаю этого" выговаривается почти с гордостью, по меньшей мере с важностью. Человек тотчас же как бы ставится этой фразой на пьедестал в глазах слушателей и, что еще комичнее, в своих собственных, нимало не стыдясь при этом дешевизны приобретенного пьедестала. Ныне слова "Я ничего не понимаю в Рафаэле" или "Я нарочно прочел всего Шекспира и, признаюсь, ровно ничего не нашел в нем особенного" - слова эти ныне могут быть даже приняты не только за признак глубокого ума, но даже за что-то доблестное, почти за нравственный подвиг. Да Шекспир ли один, Рафаэль ли один подвержены теперь такому суду и сомнению?

Все от­то­го, что вос­пи­та­ние де­тей есть труд и дол­г, для иных ро­ди­те­лей слад­кий, нес­мот­ря на гне­ту­щие даже за­бо­ты, на сла­бос­ть сред­с­т­в, на бед­нос­ть да­же, для дру­гих же, и даже для очень мно­гих дос­та­точ­ных ро­ди­те­лей, – это са­мый гне­ту­щий труд и са­мый тя­же­лый дол­г. Вот по­че­му и ст­ре­мят­ся они от­ку­пить­ся от него день­га­ми, если есть день­ги. Если же и день­ги не по­мо­га­ют, или, как у мно­гих, их и вов­се нет, то при­бе­га­ют обык­но­вен­но к ст­ро­гос­ти, к жес­то­кос­ти, к ис­тя­за­ни­ю, к роз­ге. Я вам ска­жу, что та­кое роз­га. Роз­га в се­мей­с­т­ве есть про­дукт лени ро­ди­тель­с­кой, не­из­беж­ный ре­зуль­тат этой ле­ни. Все, что мож­но бы сде­лать тру­дом и лю­бовью, не­ус­тан­ной ра­бо­той над деть­ми и с деть­ми, все, чего мож­но было бы дос­тиг­нуть рас­суд­ком, разъяс­не­ни­ем, вну­ше­ни­ем, тер­пе­ни­ем, вос­пи­та­ни­ем и при­ме­ром, – все­го того сла­бы­е, ле­ни­вы­е, но не­тер­пе­ли­вые отцы по­ла­га­ют все­го чаще дос­тиг­нуть роз­гой: «Не разъяс­ню, а при­ка­жу, не вну­шу, а зас­тав­лю». Ка­ков же ре­зуль­тат вы­хо­дит? Ре­бе­нок хит­рый, ск­рыт­ный неп­ре­мен­но по­ко­рит­ся и об­ма­нет вас, и роз­га ваша не ис­п­ра­вит, а толь­ко раз­в­ра­тит его. Ре­бен­ка сла­бо­го, трус­ли­во­го и сер­д­цем неж­но­го – вы забьете. На­ко­нец, ре­бен­ка доб­ро­го, прос­то­душ­но­го, с сер­д­цем пря­мым и от­к­ры­тым – вы сна­ча­ла из­му­ча­ете, а по­том ожес­то­чи­те и по­те­ря­ете его сер­д­це.

Я по­яс­ню это: эти соз­да­ния тог­да толь­ко втор­га­ют­ся в душу нашу и при­рас­та­ют к на­ше­му сер­д­цу, ког­да мы, ро­див их, сле­дим за ними с дет­с­т­ва, не раз­лу­ча­ясь, с пер­вой улыб­ки их, и за­тем про­дол­жа­ем род­нить­ся вза­им­но ду­шою каж­дый день, каж­дый час в про­дол­же­ние всей жиз­ни на­шей. Вот это семья, вот это свя­ты­ня! Семья ведь тоже со­зи­да­ет­ся, а не да­ет­ся го­то­во­ю, и ни­ка­ких прав и ни­ка­ких обя­зан­нос­тей не да­ет­ся тут го­то­вы­ми, а все они сами со­бо­ю, одно из дру­го­го вы­те­ка­ют. Тог­да толь­ко это и креп­ко, тог­да толь­ко это и свя­то. Со­зи­да­ет­ся же семья не­ус­тан­ным тру­дом люб­ви.