Вечер поздней осенью

- Нет, это просто какой-то сон. - Так проснитесь же наконец!

С творчеством швейцарского прозаика, драматурга и публициста знакома хорошо (и познакомилась с ним, кстати, на Лайвлибе). Его пьесы Фридрих Дюрренматт - Ангел приходит в Вавилон , Фридрих Дюрренматт - Визит старой дамы и Фридрих Дюрренматт - Двойник меня когда-то потрясли своим неожиданным сюжетом и непредсказуемой развязкой и поразили глубиной философских вопросов, которые автор неизменно ставит перед своими читателями. Потому, не скрою, ожидания определенные все же были, не все оправдались, к сожалению, но и вместе с тем прочитанное не разочаровало.

Но обо всем по порядку. Завязка пьесы действительно шикарная: что может быть увлекательнее истории о писателе? Разве что рассказы о встречах авторов с читателями - благодарными и не очень. Подобное ждет нас и здесь: к популярному автору детективов и триллеров приходит странный посетитель. Визит его, похоже, не сулит ничего хорошего известному творцу криминальных сюжетов: кто-то, видимо, раскрыл секрет его необычайно талантливых и ярких книг, очень жизнеподобно описывающих смерть. И вот тут автор предлагает нам вместе поразмышлять над тем, что важнее для искусства: вымысел и фантазия или достоверное отображение действительности? Может ли человек рассказать правдоподобно своим будущим читателям о том, чего сам в жизни не испытал и не пережил? Способно ли воображение сделать вымышленную историю захватывающей или все же необходима реальная основа для постройки сюжета? Вопрос, думается, не новый и непростой, да и вообще так ли важны для читателя художественной литературы мельчайшие детали, подтверждающие якобы достоверность происходящих в ней событий?

Всегда была убеждена, что художественная литература не должна полностью копировать жизнь: для этого есть хроники. Другое дело, что реальность - абсолютно любая - всегда и абсолютно невероятнее любого самого фантастического вымысла, поэтому не вижу ничего предосудительного в том, что кто-то из писателей действительно вдохновляется при написании своих книг отчетами и сводками о преступлениях, имевших место. Но вдохновение - это одно, а искусственно создавать нечто, чтобы потом это же описать в своем романе, - это совершенно иное, бесполезное и аморальное занятие...

"Неужели вы думаете, что люди стали бы с такой жадностью читать мои романы, если бы не знали, что убийства, которые я описываю, совершил я сам?"

Лишенного таланта писателя было отчего-то даже жаль: как скудно работает его фантазия, если не может предложить ничего нового. Жаль было и новоявленного сыщика (он же - бухгалтер на пенсии), потратившего долгих десять лет на подготовку к тоже своего рода злодеянию - и чем он отличается в таком случае от этого автора бестселлеров Корбеса, если все, чего он хочет, - это полученные шантажом деньги, а вовсе не наказание преступника...

Кстати говоря, одна из сюжетных линий в пьесе, как мне показалось, и повествует о том, каким образом достигается справедливость. У Дюрренматта на этот счет весьма неоптимистичный прогноз: люди, во-первых, любят жить в иллюзиях, а во-вторых, все, как обычно, решают деньги...

С середины пьесы из нее, к сожалению, напрочь ушла (в неизвестном направлении) интрига; неожиданной развязки (такой, чтобы сидеть и удивляться) тоже как-то не случилось. Да и осенней атмосферы я здесь не нашла (ориентировалась перед началом чтения на заглавие, и зря). Однако пьеса тем не менее хороша - именно своей философской составляющей. Она даже позволила мне посмотреть на писателей иным взглядом: это какое же усилие необходимо, чтобы одним лишь воображением перенести читателя в новый мир?