Роскошь

Человеку много ль надо —
Чтоб его любили, гада,
Чтобы гладили по шерсти
Незлобливою рукой…
Человеку надо много:
От сортира и до Бога,
И чтоб все ему дивились:
Дескать, эвона какой!(с)

Человеку много ль надо?.. Где предел человеческой ненасытности? Зачем очередной раз делят газовые, нефтяные территории, не считаясь с жертвами? Неужели полученные доллары, евро, тугрики не пахнут кровью? Может и пахнут. Но страх не иметь, не быть на уровне, к которому стремишься или уже находишься - сильнее?
Или я ошибаюсь, и на тех уровнях, на которых "играют" в эти игры, существуют другие мотивы, не те, которые заставляют среднего обывателя приобретать лишнее.
Или может быть вопрос, мучивший Родю Раскольникова, не дает покоя?
Случайно обнаружила аннотацию к книге "Роскошь". Думала, что в ней, в книге смогу найти ответы.

Перро систематизирует, анализирует природу роскоши. От первобытных времен до наших дней.
Рассказывает, откуда же она берется, эта роскошь. И зачем она нужна? И что хуже: демонстрация роскоши или ее сокрытие (раз уж она есть)
Когда-то, оччень давно, знать просто обязана была демонстрировать свой образ жизни (чтобы средним слоям населения было к чему стремиться, а рост благосостояния средних слоев, соответственно, вел государство к процветанию, ибо налоги, сборы...), ну а для низших слоев - так какое-никакое развлечение. Телевизоров не было, что еще смотреть?
Увы. Ничто не вечно. Там, где ставится под сомнение божественная воля в распределении социальных групп, там начинается разброд и шатание.
Демократия, оказывается, порождает вражду, зависть, подозрительность. Роскошь уже не выставляется на показ, а прячется, что вызывает вопросы о честности нажитого.

Вот кто бы мог подумать.

Очень стройное и увлекательное исследование природы роскоши. Аргументированное, подкрепленное цитатами уважаемых философов. Где там мысли самого Ф.Перро - ? не знаю. Но иногда казалось, что автор не совсем разбирается в описываемом предмете, так как исследует явление, известное ему лишь как стороннему наблюдателю. Или мешало восприятию мое убеждение, что блеск, демонстация роскоши - это что-то витринное, немного ненастоящее. Как в фильме "Великий Гэтсби", помните?
Меня зацепила вот какая мысль:

Когда-то смотрела фильм "Время". Фильм так себе. Да и вовсе не понравился, если честно. Но идея классная. Что более времени ценно?
Иметь кучу свободного времени - это ли не роскошь?
А отменное здоровье?
А быть самим собой, в конце концов, ну разве не роскошь?
Разумеется, каждый, обладая чем-то одним, приносит в жертву что-то другое.
В "высших слоях" невозможна искренность, в средних - нет времени, в низших - денег. (Мои личные умозаключения, возможно, Ф.Перро другого мнения))
Повторю, что книга безусловно интересная. Возможно, что до Перро никто так пристально не рассматривал эту тему.
Жаль, но для меня так и остался вопрос открытым: Что заставляет людей далеко не бедных вести войны за еще большее обладание? В чем принципиальное (кроме масштаба преступления) отличие гопника от того, кто развязывает войны? И тот и другой идут на преступление ради обогащения. Только второй вряд ли понесет наказание.
И еще: неужели всё действительно так просто и нет в нашем мире эзотеризма, герметизма, мировой закулисы? А если есть, то что для них роскошь?

Прости меня, Господи, согрешила. Но был ли это мой грех или несу бремя чужой вины на душе? К священнику мне идти или сразу к доктору? Где искать помощи, когда весь мир против тебя. Меня ненавидят и презирают, лелея мечты о прикосновении Леди Роскошь. Парадокс. Вполне логичный, ведь только при нехватке чего-то я могу существовать. Это порождает гордыню в одних и зависть других. Слезы, кровь, боль, страдание, ложь… Даже проповедника могу заманить на кривую дорожку. Поэтому они меня ненавидят. Но задумываются ли они о том, что без меня жизнь была бы пустышкой. Мир бы стоял на месте без прогресса. Стерильность… Ведь я - воплощение чувств и чувственности. И это моя исповедь. История падения? История возвышения? Не мне решать.

Я родилась вместе с первыми общинами. Стоило только одному из людишек возвыситься, получить авторитет среде соплеменников, а его женушке особое украшение из зубов саблезубого, я уже там была.
Но это было давно и звучит как неправда. Да и скучно мне. Честно говоря, я не всегда была символов зависти и всех грехов человеческих. Долгое время я одаривала своей улыбкой тех, кто был этого достоин, избран Богом. Рыцари, короли, прекрасные леди… Божественная Роскошь, символ власти и благородного происхождения. Была ли зависть тогда? Нет, каждому свое место. Религиозная картина мира, так ученые мужи будут называть этот период моей стабильности. Но вы не думайте, не только избранникам бога я служила. Бедный люд - эпидемии чумы, войны, смертность хуже чем у фруктовых мушех, постоянная тьма. Жизнь была не сложной. Она была невозможной. Ярмарки, карнавалы, турниры, праздники - пустая трата денег, скажите вы. Ан нет. Всем нам нужна сказка. Надежда. Свет. И я была им.

Время шло. Я помню тот момент как вчера. Великий король Людовик XIV, мой страстный поклонник, просит в долг ссуду у какого-то выскочки богача. Зачем так унижаться, думала я? А оказалось я стала свидетелем перемен. Теперь я служила не только короне и божественному праву, но и монете. Теперь я не Божественная, а просто Богатая. Наивные богачи стремятся купить “род”, потому что это единственное, что не продается. Саволюбленный аристократы в тщетных попытках будут создавать новые правила и приличия, загонять себя в долговые ямы, дабы сохранить свою “исключительность”, показать этим выскочкам, где их место, и быть единственной моей любовью. Моя ли это вина, что людям так хочется быть выше других?

Стоило только богачам почувствовать мое прикосновение, как это открыло шкатулку Пандоры. Закружился вихрь, который изменит мир до неузнаваемости, а меня распотрошит на миллионы кусочков. Ведь завтра бедняки будут покупать родовые замки обедневших аристократов. Глупцы, которые загнали себя в ловушку, “ловушку Роскоши”, так они это будут называть. Но я ли им диктовала их “законы”. Нет работе, нет деньгам, только рента, да развлечением, экономия для холопов. Я украшаю жизнь, а ваше решения - это ваши проблемы. Но не будем о грустном.

Ветер перемен. Предприниматели почувствуют, что всем хочется роскоши и богатства… Фабрики вместо ремесленника. Магнаты вместо рыцарей. Средний класс вместо слишком вульгарного неравенства. Прекрасный новый мир. Каждый может возвыситься в этом мире, ведь талант важнее, чем рождения. И начинается… Революции, кровь, войны, больше крови, рабы вчера - господа сегодня. В перерывах между реками крови они упиваются мною. Я становлюсь богиней, самой желанной и яркой. Люди сходят с ума с их каретами, кулинарными изысками, любовницами, балами. А завтра? А завтра меня стыдятся и ненавидят. Послезавтра все повторяется. О, боже мой, определитесь, где мое место, молю я их. И они определяются. Я больше не божественная. Не богатая. Даже не уникальная. И это начало конца. Я становлюсь массовой.

Спрос рождает предложение. Подделки. Фальшивки. Доступная всем и каждому. “Инженерия комфорта”, прогресс - это хорошо, повышает уровень жизни каждого, уют и комфорт, частичка уважения. То, что было роскошью вчера, становится необходимость сегодня. Прогресс становится стремительней. Но какой ценой? Все этой дойдет до предела. Пускать пыль в глаза. Носить и украшать свое жилище глупыми дешевыми безделушками, чтобы заполнить внутреннюю пустоту. Люди становятся похожими друг на друга, потому что я не рождена быть “массовой”, моя улыбка одаривает только исключительных… Чем сильнее их сходство, тем сильнее зависть и осуждение. Война аристократов против богачей превращается в войну всех против всех.

Тогда они меня и возненавидели. Моя ли вина? Не думаю. Почему они ищут собственное достоинство в материальных вещах? Заполняют свою внутреннюю пустоту фальшивками. Зачем им так хочется утвердиться и быть лучше других? И платят они намного больше, чем пару франков. Расплачиваются не visa и mastercard, а душой.

А что сейчас?
Ведь сейчас материальное становится слишком ординарным. Божественное ушло в прошлое. Богатое уже не настолько золотится. Новые законы, новые правила, новый высший свет. Я перехожу на новый уровень. Это не падение, дорогие мои, это перерождение Леди Роскоши.
Ох, да, думаю, позвонить надо доктору. Вы мне точно нужны, чтобы разобраться с этим новым временем и технологиями и моей вечной проблемой - кризисом личности. Прости, священник, но это уже не твой век.

До прочтения этой книги я даже не задумывалась особо о том, что такое роскошь и каких видов она бывает. А уж тем более - о ее истории. Спасибо Филиппу Перро и издательству @limbakh_publishers за пояснения!

Итак, книга скорее похожа на научную работу: в ней мало абзацев, много текста, мало примеров из жизни. Именно поэтому читается "Роскошь" непросто, надо настроиться на серьезное, а не развлекательное, чтение.

Для меня здесь было реально много нового: роскошь, оказывается, бывает политическая, светская, классическая, общественная и государственная. А еще есть оттенки в виде пышности, изобилия и комфорта.

Начиналось всё с высшей знати, для которой роскошь была отличительной чертой сословия, даже если при этом за душой у них не было ни гроша. Здесь роскошь - это буйное распутство и бессмысленная расточительность; намеренно выставляемые напоказ расходы.

Позже стал формироваться зажиточный средний класс, который внезапно тоже смог позволить себе излишества и роскошества.

Вслед за этим приходит период, когда пышность оказывается неприличной и политически неуместной. Роскошь становится более приглушенной и превращается в комфорт и удобства, которые облегчают жизнь.

И вот, наконец, наступает момент, когда роскошь доступна каждому. Правда, в виде подделок. Именно тогда появляется серийное производство товаров "на вкус публики" (ширпотреб).

Заметьте, это всё относится к 18-19вв. Но как похоже на наше время! Ничего не изменилось! Тем и интересны подобные исторические исследования, что лишний раз понимаешь, что даже в таких вещах всё циклично и не ново.

"Роскошь - это рост потребностей; иными словами, именно потребность способствует развитию цивилизации, поскольку заставляет работать разум и тело".

Как и всякое абстрактное понятие, понятие роскоши сложно рассмотреть с научной точки зрения. Вот что такое роскошь? Словарь Ушакова дает такое определение

С одной стороны понятно все, а с другой, что для меня роскошь - то для моего соседа обыденная вещь. Неувязочка получается. Поэтому спасибо Филиппу Перро за вполне достойную попытку проанализировать понятие роскоши и показать нам, какое место она занимает в экономике, социологии, религии, психологии.

Как и все вокруг, роскошь появилась не сама собой, не просто так. Она появилась, в результате неравенства и теперь мы испытываем патологическую тягу к тому, чтобы это неравенство сохранялось, поддерживалось и как-то проявлялось. Сначала это было броско, вызывающе, пышно и ярко! Как пример, светские балы, рауты при дворе короля, пышные платья для знатных дам, парики, ломящийся от экзотичных явств стол. При этом главное показать, что у тебя все хорошо! По уши в долгах? Так ну и что, они у каждого есть!

сидит василий весь довольный
в шелках на кресле золотом
ну а кварплату мы оплатим
потом

Сразу понятно, что роскошь - великолепие, пышность.
Радует, что позже роскошь превращается в нечто элегантное, уже не такое вычурное. Ценится в большей мере умение управлять своими излишками, соблюдать меру между накопительством и инвестициями в нужное время. Роскошь проявляется не в "показушничестве", а умении сделать свою жизнь более комфортной. Богатство, особенно если ты сколотил его сам, также как и счастье, любит тишину. И тем оно ценнее. Роскошь в этот момент - излишество в комфорте, в жизненных удобствах и удовольствиях.

лежу на вилле на бали
в руках айфон и ром ямайский
нет в мире больше суеты
когда твой папа депутат

К сожалению, сейчас понятие роскоши наиболее зыбко. Нельзя сказать это пышность или излишество в комфорте. Многие вещи стали жизненной необходимостью, при этом многие "пышные", красивые произведения искусства продаются за бесценок. Границы социального неравенства стираются. Этому способствует и технический прогресс. Нынешние технологии позволяют снизить затраты на производство, материалы, соответственно снижается стоимость того или иного товара. Каждый может позволить себе дорогостоящий товар или его неотличимый дешевый аналог.
Роскошь в большей степени создана нами для нас самих же. Для нашего эмоционального здоровья. Ведь так приятно по-тешить собственное самолюбие, купив новое чудо техники или блузку из самой нежной ткани.

Я даже не знаю, что заставило меня за эту книгу взяться... От экономических вопросов истории я всегда была далека, а тут захотелось прочесть исследование об истории роскоши. Надо сказать, меня очень занимает история культуры и история нематериальных понятий. А роскошь... Она и материальная, и не материальная одновременно.
Так в моих руках оказалась непростая, но интересная книга о неоднозначном явлении. Из этой монографии я узнала, что роскошь бывает не только сакральная и личная, но и государственная, и не материальная... Очень любопытное исследование получилось, но какое-то...неполное. Очень много времени автор уделяет взгляду своих предшественников на роскошь, очень пространно цитирует коллег. И еще, мне не хватило опоры на литературные и исторические примеры. Хотелось бы больше цитат из литературы, переписки и иных документов 18-19 веков. Но, это только моя маленькая претензия. Серьезное исследование может позволить себе обойтись без украшательства. Или не может, если речь о роскоши?
Очень интересная и вполне доступная не специалисту книга.

купи себе дворец и яхту
повесь на стену гобелен
и каждый месяц путешествуй
зачем

Наверное, странно было ожидать этого от книги с названием "Роскошь", но после прочтения предисловия я предположила, что здесь роскошь будет изображена исключительно в негативном свете. Убедительности этой мысли добавил тот факт, что книга французская. О том, что во Франции богатство принято скрывать, а не подчёркивать, я слышала и от знакомых, и вот теперь ещё раз от автора.

Однако в этой книге представлены разнообразные мнения. Роскошь можно осуждать или возвеличивать по многим причинам. Скажем, я думаю, что с развитием технологий мы уже сумели увидеть: люди будут делиться своим творчеством, даже если никто не будет им за это платить. Искусство может не стоить ни копейки - и быть при этом прекрасным. Красота природы никогда не имела цены. А те, кто пытается отличиться от других не сутью, а вещами, как-то не вызывают уважения. Так что идея приобретения красоты за деньги особого смысла для меня не имеет. Ну и мысль об умирающих от голода не добавляет роскоши привлекательности.

При этом автор не ограничивается изображением двух точек зрения: "роскошь бессмысленна, поскольку красота бесценна, а расточительность негуманна" и "стремление к роскоши - часть человеческой природы, то, что вчера было роскошью, сегодня необходимость". Есть и те, кто критикует роскошь с совершенно иных позиций, например: роскошь и удовольствия - это не по-христиански, белая раса вырождается, мужчины обабились, посмотрите на упадок цивилизации. При этом равенство, понятное дело, они тоже критикуют, называя его серостью и безликостью. И если с чем-то можно не соглашаться, но признавать право человека на альтернативное мнение, то вышеперечисленные идеи в 21 веке смотрятся дико (хотя они в любом веке смотрятся дико, если уж на то пошло). Хочется надеяться, что человечество усвоило урок и не будет раз за разом совершать одну и ту же ошибку.

До внедрения либеральных идеологий роскошь служила профилактическим средством для напоминания черни о богоданной власти. Для укрепления последней и предупреждения потенциальных бунтов правитель был вынужден в определенное время устраивались помпезные, грандиозные по своим масштабам расточительства - уничтожения в жертву зрелищности. Это было нарочито показное действо (одна из конституент роскоши - так или иначе, но быть выставленной напоказ ), должное ввести - и вводившее - в благоговейный трепет покоренный могуществом правителя народ.

С течением времени этот рассчитанный на символический эффект спектакль вульгаризируется, становясь рудиментом. Пышные и безрассудные траты короля и аристократии, легитимация их апроприаций и удержания богатства расшатываются интеграцией новой аксиоматики. Эти искони центральные и привилегированные страты, чьё место в социуме и незыблемые прерогативы доселе не ставились под вопрос, потому что имели алиби в трансцендентном регистре, начинают профанироваться и притесняться зарабатывающими собственным упорством, трудом и хитростью нуворишами. Безумный потлач уже в эти времена модифицирован в утонченные и изысканные - сублимированные - формы социальной сегрегации, парадигмальным образцом которой является герметичный королевский Двор.

Двор изумлял и восхищал. В ослепительном блеске он репрезентировал сакральное тело короля. Именно это время благодаря придворным отмечено расцветом искусств, архитектуры, кулинарии, моды и игрой в узнавание строго кодифицированных жестов. Однако с подъемом экономики и уверенной поступью ремесленной буржуазии, Двор всё ощутимей приобретал качества паразитарного нароста на государственной казне, становясь раздражающим архаизмом, и, сознавая это, он с пущим остервенением потреблял, утопая в сибаризме и долгах.

Так, с ростом успеха торговли и производства, с приходом утилитарных ценностей И. Бентама и Дж. Ст. Милля, произошли кардинальные изменения. Декадентствующее дворянство окончательно вытеснилось банкирами, торговцами и ремесленниками. Отныне не благородная кровь и божественная санкция дают право на роскошь, но накопительство и скорость циркуляции капитала. Не титул, не звание, не родословная, но количество денег является единственным мерилом уровня престижа, достичь которого можно лишь деловой смекалкой и стяжательством, усердием и волей. Вследствие упразднения священной природы социального статуса каждый бедняк мог потенциально вознестись на некогда недостижимую высоту сеньора. Теперь показная роскошь попрана и порицаема, а внушают уважение протестантская аскеза, сдержанность и умеренность в иррациональных тратах. Вся роскошь дворянства обесценивается, становясь доступной для всех, кто может за неё заплатить, тем самым обостряя подражание и конкуренцию. Аристократия же расселяется на окраины в скромные усадьбы, вместе с Руссо покидая тлетворные города. Роскошь транспонируется с баснословной реализации избытка на напряженную аккумуляцию.

Эпоха урбанизации и промышленного производства с их технической экспансией предельно интенсифицировала гонку за социальным отличием, пролиферировав товары потребления необузданностью конвейерного потока. Став массовыми, вседоступными и тотальными материальные блага, товары и услуги перестали играть решающую роль в классовой дистинкции. Отличаться, приобретая дорогие безделушки, становится всё сложнее. Социальная вертикаль сжимается, продуцируя ресентимент. Зоркие на едва уловимые интервалы различия люди более не видят всевозрастающего сходства. Исчезающая гетерогенность приводит к изощренности в потреблении, стилях жизни, проведении досуга, провоцируя сенсибилизацию рецепторных органов, только так способных фиксировать едва уловимую комбинаторику знаков. При этом открыто бахвалиться своей состоятельностью и благополучием - неизменно морально непристойный акт. Парадоксальное совмещение перманентного стремления к денежному обогащению и вынужденной скромностью находит свой выход в недемонстрируемом явно, невербализуемом при посторонних, фигуративно покрытого молчанием, но от того лишь более явного превосходства фабриканта, высокого буржуа, негоцианта или праздного рантье над эксплуатируемыми классами , что, конечно, порождало ещё большую зависть и антагонизмы.

История девальвировала регламентируемые равенство и свободу, обещания преодолеть судьбу, завещанную рождением, ясно показав обыденным опытом и практикой их коварное предательство. Демократия и эгалитаризм выставились беспомощными идеями романтичных любомудров перед монументальной несокрушимостью Роскоши, лишь меняющей контекст своего существования. Историческое повествование не знает эпох, реализовавших социально-экономическое равенство, истории неведомо отсутствие дисгармонирующего общество излишка. Утопической горизонтали всегда был придан объем иерархическим отличием, так как излишек лишь одна сторона медали, другая сторона которой - недостаток. Роскошь это всегда нехватка.

Роскошь, таким образом, ортогональна динамике историко-культурных ареалов, дискурсивных срезов, социальных страт. Явление независимое от экономических, политических и религиозных процессов, их темпа или ритма изменения, так как именно роскошь является их катализатором, тормозом или ускорителем. Она, следовательно, автономна от материальных воплощений, стоимости, торговых циркуляций или каких угодно обстоятельств. Роскошь также и не особый образ жизни некоего привилегированного класса, но присуща всем экономическим слоям. Это некий излишек относительно необходимости, бесполезное в отношении к полезному, которое само конституируется, приобретает своё значение, исключительно посредством противопоставления бесполезному излишку. В самом деле, было бы тривиальностью сказать, что роскошь - это особое сплетение социальных отношений, детерминирующее определенные группы, маркированные избытком, что это - удел привилегированных господ . Нет, этим её определение не исчерпывается. Роскошь универсальное и фундаментальное человеческому бытованию понятие вообще - вездесущий довесок к неравномерно прогрессирующей необходимости. Роскошь это темпоральный промежуток, временная задержка между экстраординарным и банальным, выдающимся и повседневным, которая сегодня устремлена к нулю. Этот бесконечно сжатый временной зазор выполняет роль недвижимого двигателя, очерчивая горизонт проектам человечества, тем самым придавая смысл его существованию.