Atlas Shrugged

Когда я читал роман Айн Рэнд "Источник", то поразился его объёму — он просто огромный. В бумажном варианте там были два толстых тома. Когда я открыл роман этой же писательницы "Атлант расправил плечи" — я громко рассмеялся, потому что он оказался в полтора раза больше, чем "Источник". Меня это не напугало и не оттолкнуло, а, наоборот, воодушевило, мне остро захотелось броситься на эту амбразуру, покорить новую вершину. Потому что при чтении гигантского по размаху "Источника" мне ни разу не было скучно: я, словно наркоман, поглощал и поглощал буквы, слова и смыслы с идеями, вложенными в них, не желая останавливаться. Ещё. Ещё! Ещё!!!

Прочитав буквально несколько страниц, разогнавшись, заглотнув их, я вновь ощутил себя изнывающим изгоем в пустыне, который почти при смерти от обезвоживания добрался, наконец, до живительной влаги родника. Я в восторге! Я воодушевлён, я счастлив читать это произведение, я переполняюсь силой от осознания, что на Земле живут ещё люди, способные на поступки, способные на смелые решения, имеющие внутреннюю силу идти прямо с открытым честным взглядом и делать своё дело в соответствии со своим внутренним непоколебимым несгибаемым намерением и настроем. Именно о таких людях пишет Айн Рэнд в "Источнике" и в "Атлант расправил плечи".

Главная героиня романа — девушка Дэгни Таггарт. Она честный прямолинейный человек, профессионал своего дела, почти фанатик. Почти в каждой её фразе я слышу себя. Не это ли причина моего восторга? Как будто смотрюсь в зеркало. Читая про подобных людей, я ощущаю их Силу, я ощущаю немыслимую мощь, сквозящую между строк, я будто заряжаюсь этой энергией. Такие люди двигают эволюцию человечества, они, как гигантский локомотив, пробивают себе и последователям дорогу своим стальным внутренним стержнем сквозь серость, инертность, косность и легион откровенных вредителей и паразитов.

"Она вдруг обнаружила, что вынуждена бороться с тем, на что не стоило затрачивать ни малейших усилий. Она сочла бы за честь противопоставить себя сильному противнику и оспаривать свое превосходство в беспощадном поединке, но вместо этого ей приходилось бороться с серостью, заурядностью и полным отсутствием профессионализма. Словно огромный комок ваты, мягкий и бесформенный, который никому и ничему не мог оказать ни малейшего сопротивления, непреодолимым препятствием встал на ее пути". (С)

При чтении мне не раз хотелось встать и вскричать: "Дэгни! Я с тобой в этой священной войне! Мы оба готовы сложить головы на поле брани ради выполнения своего долга, ради достижения цели, что есть внешнее отражение внутренней сути".

"Где-то глубоко внутри, под покровом бесчувственности, с которой она выслушивала эти резкие, как пощечина, слова, Дэгни почувствовала капельку жгучей боли, словно от ожога. Ей хотелось рассказать ему о долгих годах, которые она провела в поисках такого человека, как он, с которым ей хотелось бы работать; она хотела сказать, что его враги были и ее врагами, что у них общая цель и они по одну сторону баррикады". (С)

Для меня люди, подобные вице-президенту железнодорожной компании Дэгни и архитектору Говарду Рорку (протагонист "Источника") — Великие люди. Я отдаю им дань уважения. Подобные люди могут быть в любой профессии, в любом ранге, на любом уровне. Отличает их честность, профессионализм, алмазной твёрдости скрытый от первого невнимательного взгляда стержень и Идея, что ведёт их. Они делают свою работу, ведут своё дело безупречно, то есть — отдавая себя полностью, без остатка, будто сегодня последний день их жизни на Земле. Причём, они сами могут и не осознавать собственного величия, а просто делать своё дело, они просто стараются быть собой в вечной борьбе с окружающим миром, пытающимся помешать им в этом.

"Она испытывала полное безразличие к миру, непосредственно окружавшему ее, — и к взрослым, и к детям. Она воспринимала то, что ей пришлось оказаться в окружении тупых, серых людей, как некое печальное недоразумение, которое надо перетерпеть. Она замечала вокруг проблески иного мира и знала, что он существует, мир, в котором..." (С)

Подобных ярких Великих людей очень мало. Можно сказать, что это редчайший исчезающий вид, не более пяти процентов от общей популяции среди большого однообразного стада (правило 95%). И то, что они делают, смело и без сомнений можно назвать Искусством.

«Когда вы что-то делаете без любви и не профессионально — это халтура.

Когда вы что-то делаете без любви, но профессионально — это ремесло.

Когда вы что-то делаете не профессионально, но с любовью — это хобби.

Когда вы что-то делаете профессионально и с любовью — это Искусство».

Сумиран

"Чудесные представители человеческой расы", такие, как Говард и Дэгни, напоминают фанатиков и маньяков, олицетворяющих Идею и сознательно или не совсем служащих Ей. Ощущение, будто это какие-то другие существа спустились с далёких планет и несут прогресс человечеству (аватары) — настолько они выделяются из общей толпы. И таки да, "на Олимпе холодно" — их почти никто не понимает и не принимает. Но им глобально наплевать — они продолжают делать своё Дело, периодически желая взорвать эту планету к чертям собачьим вместе со всем человечеством.

"Если это достигается такой ценой, то будь я проклята, если захочу так жить с людьми на одной планете. Если остальные могут выжить, лишь уничтожив нас, то почему мы вообще должны хотеть, чтобы они выжили?" (С)

Конечно же, я не могу не отметить, что роман "Атлант расправил плечи" — это и ода Женщине, это восхваление Женского Начала, которое в своих способностях не уступает, а в некоторых аспектах и превосходит мужское. Патриархальное общество задавило женщину, оставив ей безальтернативные роли девочки и матери-домохозяйки. Архетип Любовницы прилюдно порицается, при этом вовсю используется. Архетип Императрицы — сильной, волевой и властной женщины со стальными яичниками — вовсе ставится на уровень мутации и отклонения от природного естества. В "Источнике" Айн Рэнд нам показывает сильную женщину Доминик, в следующем романе ипостась Императрицы вовсе предстаёт во всей своей красе в лице Дэгни Таггарт. И это монумент, это поэма Сильной Женщине.

(маленькая ремарка: в романе "Источник" присутствовали сексуальные сцены, намекающие на БДСМ-тематику. Второй роман это только подтвердил. В частности, девушки там представлены со склонностью к мазохизму. Айн Рэнд явно была по этой теме — стальные яичники по жизни и обладание властью в социуме требовали компенсации в сексуальном подчинении. Либо очень хорошо знала на личном опыте подобную психологию, что и отразила в склонностях своих героинь)

Как и в предыдущем романе, автор поднимает проблему эгоизма и альтруизма, общественного и индивидуального, отдавая значимость и приоритет последнему. А ещё Айн Рэнд — что до боли мне близко — показывает истинную роль общественной науки. Наука на государственном уровне — это беспрекословная безвольная продажная шлюха, которая продаёт и предаёт собственнопровозглашённые идеалы, постулаты, догмы и законы. Так металл Реардэна, по технологическим характеристикам превосходящий любой известный сплав, внезапно объявляется негодным и ненадёжным, потому что так решил какой-то там Национальный Совет хреновой науки Пиндосии. Так внезапно грязные тряпочки на краю носа внезапно начали блокировать проникновение мельчайших вирусов, потому что так решила ВОЗ и её подчинённые выкидыши. К чему все исследования, зачем кокрановская база, на кой вообще уровни доказательной медицины? В задницу всю логику и законы физики! Ведь есть какой-то совет, организация, компашка, альянс и им подобные сборища, которые росчерком пера втаптывают остатки светлых пятен на челе науки в грязь, в ничто, сбрасывают в клоаку.

В этом монументальном, не побоюсь этого слова, философском труде я вижу неприкрытую аллюзию на нашу современность. Поскольку роман был опубликован в 1957 году, то можно увидеть в этом интуитивную прозорливость автора, её неосознанное пророчество. Либо, что гораздо проще: увидеть цикличность человеческой истории и принципиальную по сути неизменность людей — в древности ли, в Средневековье ли, в современную ли эпоху, человек в основной массе хотел и будет хотеть «вкусно поесть, сладко поспать и поглубже засадить». Касаемо событий, описываемых в романе, мы видим, как кучка политиков, исходя из своей личной выгоды, из страха потерять насиженное место, из стремления не только к материальному успеху, но и к моральному удовлетворению, которое основано на их ублюдочном мировоззрении, планомерно и верно уничтожают производство, экономику, промышленность и сельское хозяйство. Конечно же, во славу общественного благополучия — неизменно беспроигрышный лозунг во все времена. А когда их проколы, а, точнее, успехи разрушения становятся видны, тут же обвиняются кто угодно, здесь всё просто, виноватого найти легче всего. В наше время экономика движется, производство идёт, потребление присутствует. Тут кучка политиков сажает весь мир на карантин и запрещает работать, своими руками убивая промышленность и экономику. Далее, для сельского хозяйства некоторых стран нужны минеральные удобрения, для производства нужны нефть и газ. Могучая кучка запрещает это покупать на уровне страны — во имя своих великих идеалов и, конечно же, во славу общественного благополучия. Я бьюсь неудержимо в истеричном хохоте. И понимаю промышленников в произведении, которые послали государство куда подальше и ушли в вариант отшельничества.

"Мы не можем рассчитывать на поддержку разумных начинаний или высоких духовных устремлений. Люди — это порочные животные, алчные хищники, гонящиеся за наживой и потакающие своим прихотям". (С)

«Кто жил и мыслил, тот не может

В душе не презирать людей...»

А. С. Пушкин «Евгений Онегин»

После прочтения романа каждый сделает свои выводы. Поделюсь своими: что бы вы ни пытались принести полезного и ценного в этот мир, на пути будут вставать миллиарды препятствий, как одушевленных, так и нет. Надо просто идти вперёд, отрешённо и безжалостно, безупречно выполняя своё дело, будучи готовым проиграть в этой битве. Не стоит пытаться донести нечто массам. На каком бы уровне вы не несли идеи, они чётко срезонируют лишь немногим, осознаются единицами. Косвенно, ради них и ведётся эта битва, эти жертвы и это окунание в общественность. Кто знает, может быть хватит сил, может быть, боги помогут, а карма позволит, и таки получится сделать нечто полезное для немногих? А если говорить напрямую, а не косвенно, то борьба ведётся по внутреннему импульсу, ради себя, ради установления гармонии соответствия внешних условий внутреннему зову.

P. S.: а ещё, скажу вам по большому секрету: при чтении романа, при взгляде на Великих людей, несущихся гигантскими монолитами сквозь тенета и грязное вязкое болото, я чувствовал в крайне сильной степени зуд и жжение. Такое чувство, будто у меня в заднице сидит ядерная ракета мощностью в сотни мегатонн, а мне никак не дают её полностью запалить. Но если мне когда-нибудь удастся, "я переверну эту Землю". Вот такую сильную мотивацию и ощущение колоссальной внутренней мощи может в резонансе породить данный монументальный роман.