Избранное

Очень страшная история! Ее можно поставить в один ряд с Bram Stoker - Дракула или Алексей Толстой - Семья вурдалака . Да и задумка интереснейшая: в начале 20в американцы копают курган, находят саркофаг с мумией, а так же завещание, которое объясняет случившееся. В далекие времена первая жена приревновала к новой жене и усыпила мужа. Она должна была быть погребена вместе с ним заживо. В завещании жена описывает, что нужно сделать, чтоб мумия мужа ожила. Нагнетается ожидание чего-то ужасного, читать приготовления и сам ритуал очень страшно, нервы щекочет неимоверно!
Вообще, не очень типичный для автора рассказ (делаю вывод из тех, что прочитала). Здесь, пожалуй, только его любовь к измене проявилась, а так ни страданий, ни плохого конца. Главный герой очень даже симпатичный ученый. Однозначно, такого Садека Хедаята я бы почитала еще:)

Патриот - это Сеид Насролла - философ и филолог, изучающий арабский язык. Кроме языка он ничего в жизни не знает, не умеет и не ценит. Он уже мужчина в возрасте, только два года назад женился, он никогда не был за пределами родного города. Вернее, был один раз, но ему это ооочень не понравилось. Одним словом, человек он, возможно, талантливый, возможно, даже гений, но с очень ограниченным кругом интересов. Более того, всех своих современников он считает глупцами, а себя великим ученым. Чиновник его родного города просит героя поехать в Индию для того, чтоб прочитать там ряд лекций по арабскому языку. Насролла садится на корабль и тут начинаются его мучения. Он дико, невероятно боится утонуть, ко всему прочему, он сильно ограничен в общении, так как он всю свою жизнь учил язык, на котором никто из его окружения нормально не говорил, он оказался в изоляции. Он сгорел в своем страхе, осознав, что вся его жизнь была пуста, что в итоге его кинут в топку, питающую мощь и величие не арабского языка, а чиновника.
В последнии свои минуты Насролла видит сон о том, как он продает свой авторитет за политический вес чиновника, фактически, так и вышло. Последняя сцена - чиновник называет Насроллу истинным патриотом, его смерть пафосно объявляет ужасной трагедией (не трагедией для народа, а сама смерть не несчастный случай, а ужасная трагедия). Людям уже не важно, каким действительно был Насролла, они хватают его фотографии и верят в придуманную на благо чиновника фигуру.
Одинокий, увлеченный, верящий в то, что делает филолог, который в конце своей жизни понимает тщетность бытия. И умирает он от того, что боится большого мира, забившись в норку и забывшись сном. Патриот ли он, как говорит о нем чиновник? Мне кажется, да. Но автор играет оттенками смыслов. Чиновник считает Насроллу патриотом потому, что вот он поехал в далекую Индию распространять величие Ирана и чиновника. А я вижу его патриотизм в том, что он любил свой город, свою семью и свой язык.

Смешная история о том, как две жены, как стервятники, делят имущество только что умершего мужа. Он отошел в мир иной всего 3 часа назад, его тело еще даже не закопали, жены уже пришли к соседке и рассказывает каждая свою историю о последних днях мужа. По мрачному смешно, когда приходит управляющий и говорит, что нужно 5 туманов могильщику. Как же, наверное, жещниы взгрустнули, что не дали сразу эти 5 монет. Концовка доставляет особое удовольствие - муж очнулся и пришел к женам.
На десятом рассказе наконец до меня дошло, почему так много и часто автор упоминает проблемы полигамии. Так как он был воспитан европейцами по христианским канонам, то традиции мусульман для него чужды. И у автора отлично получается показать, какие могут быть проблемы связаны с этим явлением.
Сам феномен вот такой дележки наследства не уникален ни в восточных странах, ни у христиан. Но это очень специфично, когда именно жены, по сути члены одной семьи, ведут себя как стервятники. То, что они успею утащить до того, как придет нотариус, все остается с ними. А остальное, опять же из других рассказов автора, распроадют, а а деньги отадют бедным и нуждающимся. Возможно, это хоть немного поавдывает женщин, не они такие, система так устроена, что если они не утащут, то останутся с детьми и без денег. Об этом прочитала недавно Нур Тараки - Спин , но вот чувствуется разница в мастерстве. Все же Садек Хедаят был очень талантливый писатель.

Рассказ о том, как Абджи-ханум, старшая и страшненькая сестра завидовала своей младшей красивой сестре. Как от ненавести она ударилась в религию и поучала, какой надо быть набожной и порядочной (вспомнилась средняя сестра из Джейн Остин - Гордость и предубеждение ). Автор с такими подробностями описывал злобу старшей сестры, как ей затмивало глаза от ненависти, очень качественно, физически ощущается эта эмоция.

Она так завидовала своей сестре, что даже утонула. Сначала мне показалось, что автор пытается осудить такое поведение сестры и высмеять набожных некрасивых женщин, что ими движет вовсе не любовь к богу или ближним людям. Но рассказ закончился фразой "она попала в рай", т.е. автор намекает, что если ты страшная, старая и никому не нужная, то тебе и жить не надо? История не очень редкая, а вот вывод в конце странненький.

Главный герой повести Хаджи-ага старик, около 80 лет. У него семь жен сейчас, четыре умерли и шесть попросили развод. Этот человек любит вкусно поесть, женщин, поспать, но больше всего на свете он любит деньги. Вся повесть логически разделена на три части, первая и третья почти повторяют друг друга. Такая форма напомнила музыкальное произведение, интересно, задумывал ли автор специально такое сходство. В первой части мы видим один день, может даже всего пару часов из жизни Хаджи-ага. Он постоянно принимает гостей, говорит-говорит-говорит, несет чушь, хвалит себя, подлизывается, ругает жен. Во второй части уже остраненно автор рассказывает биографию Хаджи-ага: кем был его отец, про его жен, детей, про то чем живет Хаджи-ага, как зарабатывает. И в третьей части мы опять переносимся в дом Хаджи-ага, опять он принимает гостей. Одним он говорит одно, другим - другое, каждый раз подстраиваясь под ситацию. Он ругает Европу и ее науку, врачей, но при этом идет делать операцию в больницу. И вот в третьей части он прощается с жизнью, потому что на следующий день операция и решает свои дела по покупке-продаже разных вещей. К нему среди прочих приходит поэт, который единственный обличает Хаджи-ага. Могу предположить, что автор проецирует себя в эту повесть, это он пришел ко всем этим дельцам и говорит им то, что думает о них. В финале на операционном столе Хаджи-ага под наркозом, он думает, что попал в рай, где выбивает себе место швейцара в доме своей умершей первой жены. Проснувшись же, он думает в первую очередь о том, как же хорошо устроился. Автор как бы намекает, что и могила не исправит этого человека. Вообще, конечно, прошелся он по дельцам Ирана, но, положа руку на сердце, не сильно то они отличаются от современных дельцов не только в Иране. Хаджи-ага даже немного напомнил Стива Джобса, а если еще современнее, то Илона Маска. Хаджи-ага произносит длинную речь про то, что если у тебя есть деньги, то у тебя есть все: признание, связи, правда на твоей стороне, а если ты беден - то "ничего личного, это бизнес."

К великолепной восхитительной невероятно красивой девушке просится на постой парень. Он посланник из Армении к диктатору Ирана и не-Ирана, везет какой-то документ, но это не важно. Он видит ее и падает в обморок без чувств, влюбился с первого взгляда. Она ведет его в свой скромный дом и тут начинается абсурд и истинное наслаждение для читателя. Сочетание исторических и современных оборотов в речи, в описании создают контраст.

Мне кажется, это даже больше чем контраст, это конфликт между современным и традиционным. Можно ли их соединить в одном народе. Попробовать можно, но получается фарс, так Карапитапан спотыкается о цветок и умирает, не создав ничего великого и даже не закончив свою миссию.

Люди, которые едут в святые места, кто они? Автор видит их бедными, опустившимися, больными, лживыми прохвостами. Начинается рассказ с того, что Алявийе-ханум с помощью своего сына?зятя? показывает деревенским картину и говорит, что кто хочет благословения, пусть бросит им монетку. Автор садит нас вместе с Алявийе в одну из кибиток каравана, где мы слушаем разговоры в пути. Но это не разговоры о вечном или о красоте, она рассказывает кому и сколько раз отдавала свою дочь во временный брак, сколько у нее родилось детей и как они все умерли. Между фразами она ругает своих детей?, бьет их, проклинает и строит глазки повозчику кибитки. Следующая остановка - ночлег в отвратительной комнате караван-сарая, в ней воняет помоями и немытыми телами. Утром Алявийе ждет некрасивая сцена с выяснением отношений. И заканчивает свой рассказ автор той же картиной, которую демонстрирует Алявийе, но она уже дошла до святых мест и на месте договаривается с бросившим ее ранее в степи повозчиком об их дальнейшей будущей судьбе.

Автор с особым талантом показывает грязь жизни профессиональных паломников. Как наяву ощущается ужасный запах, слышатся их визги и крики. Очевидные ложь и притворство, откровенное извращение смысла паломничества показывает, как автор разочарован в жизни. Этих "паломников" уже не спасти, они там в рассказе больны сифилисом, беззубые, их красота ушла. Трагедия Садека Хедаята в том, что он выбрал видеть не красоту мира, а его уродство, но его таланту это не мешает. Удивительно, как можно одновременно восхищаться текстом и испытывать к нему отвращение.

Идет караван с паломниками в святые для мусульман места. Одна женщина впадает в истерику и просит ее простить. Когда ее начинают расспрашивать, она рассказывает свою историю, свою исповедь. У меня волосы дыбом встали от ее исповеди, такого ужаса я даже представить себе не могла.

Она кается и страдает, попадет ли ее душа в рай. Это, конечно, радует, что человек хотя бы из-за своей души страдает, а не умирает от ужаса от своих действий. Но после того, как она заканчивает, ее исповедь дополняют ее попутчики. Они утверждают, что все это ерунда, ведь после того, как они посетили это место, все их грехи уходят.

Даже не знаю, чего тут больше, того, что нет людей без греха, все мы совершали что-то плохое (не настолько, конечно, как герои рассказа, но тем не менее). Или автор иронизирует над религией, что можно убивать, но если покаяться, то грехи прощаются. Ведь люди эти не раскаивались в содеянном, а именно эгоистично боялись за себя.

Сборник включает в себя разнообразные направления творчества Садека Хедаята.

• Истории про жизнь людей ( Даш Аколь , Лале , Хаджи Морад ) с очень восточным колоритом, но тем не менее, они просто про мужчин и их любовь, их жизненный выбор.
• Про жизнь женщи ( Абджи-ханум , Женщина, потерявшая мужа , Исповедь , Стервятники , Алявийе-ханум ), очень спорные, очень хочется надеяться, что они про прошлое, но вероятность мала.
• Про животных Бродячий пес , где автор пытается передать мысли пса и через его эмоции показать жестокость мира.
• О "уважаемых людях" ( Патриот , Беседа на ковре , Хаджи-ага ) здесь дельцы делают деньги или находят свою нишу, а так же советы о том, как забраться на вершину.
• Ужасы с мистикой ( Трон Абу-Насра ) по настоящему холодят кровь от страха
• Путевые заметки ( Исфаган - полмира (Путевые заметки) ) поражают своей красотой, переносят в Иран.

  От большинства рассказов я не в восторге, все рассказы так или иначе затрагивают темную сторону мира, но впечатляет мастерство автора, его стиль и глубина проработки образов, несмотря на малый объем произведений. Жаль, что так мало перевели на русский, мне было бы интересно почитать и другие путевые заметки, да и в целом узнать побольше о том, как видел мир автор, хотя, к сожалению, в целом краски его мира были не яркими, грязными.

Гог и Магог беседуют, сидя на ковре, о книгах, книгоиздательстве и о том, чем легче всего заниматься, если ты ничего не умеешь. Книга написана как пьеса или как сценарий, реплики начинаются с Гог: или с Магог:, пожалуй только это отличает одного от другого. Они почти во всем соглашаются друг с другом, правда, иногда, Гог Магога поддевает и, кажется, что Магог более традиционный, а Гог - модерн. Четыре занятия, которые всегда позволят зарабоать копеечку - это исследоване, история, перевод и этика.
Исследование - нужно найти крупного ученого и примазаться к нему. Историю, видимо Магог не считает за самостоятельную науку, поэтому вроде как если ты историк, а еще и знаешь иностранный язык, то можно ходить везде с важным видом, тогда тебя зауважают. Про перевод вообще забавно: надо выучить несколько слов, перевести имя автора, а перевод самих книг можно делать как хочется, все равно никто не поймет. А если ты вообще ничего не можешь - то иди в философы, занимайся этикой :D Ну и дальше они смакуют эти мысли, как быть приспособленцем, делать вид и прочее. Ирония, конечно, чистой воды. Видимо "Достопочтенная книга господина Ваг-Вага" , из которой взят этот отрывок- это что-то наподобии Лемовских рецензий на несуществующие книги.