Повесть о незадачливом убийце
Классика любого жанра хороша тем, что приоритеты в ней уже устоялись. Лучшие авторы давно известны, остальные же получили свою долю известности согласно своим талантам. И бесполезно пытаться найти среди тех, чьи имена время не пощадило, какие-то выдающиеся произведения. Знакомясь с авторами такого типа, начинаешь думать, что они делали это либо в шутку, либо для самоутверждения, либо для дополнительного заработка.
Детектив «Кошачий глаз» французского автора Клода Авелина, писателя весьма разностороннего, ученика Анатоля Франса, относится к тем пяти детективам, которые сделали его имя известным широкой публике. Особенностью этих детективов было то, что в первом он убил своего главного сыщика комиссара криминальной полиции Фредерика Бало, а когда повесть понравилась читателям, добавил у ней еще четыре приквела, где комиссар жив-здоров и занимается расследованиями преступлений в Париже в отделе криминальной полиции на набережной Орфевр. Интересно, с комиссаром Мегре он там не пересекался?
Сюжет. Молодой художник Жан Марк Берже, приехавший из Лиона в Париж учиться в Парижской школе искусств и подрабатывающий реставрацией картин у известного парижского антиквара, собрался навестить свою семью в Лионе, чтобы уведомить их о скорой женитьбе. В день отъезда разразился страшный ливень и, не сумев найти такси, он сел в машину к частному водителю, а на вокзале, забирая в спешке свои чемоданы из багажника машины, получил от водителя вместо одного из своих чемоданов чужой. Поскольку поезд должен был вот-вот отойти, этот чемодан так и уехал с ним в Лион.
Дома он, наконец, этот чемодан открыл и обнаружил в нем отрубленную женскую руку с колечком на пальце. Колечко с камнем «кошачий глаз» окажется знакомым всей семье. Мать художника отправляла его в Париж, чтобы Жан Марк подарил его своей невесте. Невеста к тому времени сменилась, новую невесту семья не знает, а вот руку парень опознал, она принадлежит его нынешней невесте, которой он и подарил это колечко.
В полиции сбивчивому рассказу юноши никто не верит, даже если это он погубил свою невесту, то зачем повез ее руку к родителям? К тому же, если есть рука, то где-то должно быть и тело. Сам же юноша, рыдая, утверждает, что это чьи-то злые происки с целью его погубить. Лионская полиция обращается в Париж, там поисками тела поручено заниматься комиссару криминальной полиции Фредерику Бало. Позже он приедет в Лион и, забрав Жана Марка с тем самым чемоданом, отправится в Париж продолжать расследование.
С расследованием будет всё непросто. Автор приплетет сюда и первую невесту художника, и его бабушку, и столь любимые его второй невестой картины Ван Гога, и американских коллекционеров картин, и еще множество персонажей из полиции, чьи имена не запоминаются. Еще сложнее окажется автору объяснить, как произошло убийство. Не только читателю, но и самому убийце.
Как это? Если бы даже, допустим, я порезал ее ножиком, то это не могло вызвать серьезных последствий! Но я даже не почувствовал, что коснулся ее! К тому же она бы крикнула… Или застонала… — Она умерла. Вот заключение медицинской экспертизы. Ты попал ножом в особое место; рана, нанесенная туда, приводит к мгновенной смерти. — Но была бы кровь, поток крови! — воскликнул <…> в ужасе. — Необязательно. Она не сразу упала и, когда ты выходил, производила впечатление живой. Это тоже характерно.
Никогда не встречала такого способа, прямо фантастика какая-то, намудрил автор. Конечный итог расследования будет сомнителен не только для читателя, но и для инспектора.
— Быть не может! Но… убийца все-таки <…>? — Да, — несколько менее уверенно ответил Бело. — Да.
До пояснений в духе Агаты Кристи автор не сподобился.
Еще хуже дело обстоит с переводом. Не зря современные издательства, переиздавая книги из 90-х годов, стараются обновить перевод. Сначала говорится, она «упала навзничь, получив нож в спину», потом выясняется, что жертву убили ножом не прикоснувшись. Советовать книгу никому не стану, лучше уж Сименона почитать. Он, по крайней мере, во всем, что связано с преступлением, никаких фантазий себе не позволяет.
44 понравилось
