Livet efter dig

“Достала пылесос из шкафа в коридоре и вычистила коридор и две спальни, размышляя, что если бы родители меня увидели, то непременно сделали бы фото на память”

Я сидела, слушала, как усталый старый мотор автобуса рычит и содрогается под нами, и внезапно представила, как летит время, как я теряю его целыми ломтями, совершая краткие вылазки в одни и те же места.

И теперь я могу быть с тобой. Понимаешь? Я все продумала, все изучила. Вот какой я стала. Это твоя вина. Ты меня изменил. — Я почти смеялась. — Ты превратил меня в мою сестру. Только я лучше одеваюсь.

"— Это были лучшие шесть месяцев в моей жизни, — сказала я.
Повисло долгое молчание.
— Ты не поверишь, Кларк, но в моей тоже."

Я словно жила жизнью, к которой не успела подготовиться.

Весна пришла мгновенно, и зима, подобно незваному гостю, резко натянула пальто и исчезла, не попрощавшись. Повсюду распускалась листва, дороги купались в прозрачном солнечном свете, а воздух внезапно наполнился благоуханием. В нем чувствовалось что-то цветочное и дружелюбное, а птичье пение создавало приятный тихий фон.

— Мне ужасно не хочется его бросать. Но я не могу в этом участвовать, Трина. Не могу.

Ничто так не обескураживает прохожих, как мужчина в инвалидном кресле, умоляющий о прощении женщину, которая должна за ним ухаживать. Злиться на своего беспомощного подопечного явно не принято.
Особенно, когда он в принципе не может пошевелиться и тихо повторяет:
— Кларк. Пожалуйста. Пожалуйста, подойди ко мне. Пожалуйста.

— В этом их крюшоне содержится алкоголь? — спросила я Уилла, когда умудрилась высыпать солонку себе на колени.
— Примерно столько же, сколько в бокале вина. В каждой порции.
Я в ужасе уставилась на него. На них обоих.
— Не может быть! В нем же фрукты! Я думала, это значит, что он безалкогольный. Как я отвезу вас домой?
— Ну и сиделка мне досталась! — поднял бровь Уилл. — А что мне будет, если я пообещаю не рассказывать матери?

Ей платят за то, что она спит