Tirza

Только закрыв эту книгу ты осознаёшь ужас, который только что прочитал. Весь роман тебя не отпускает желание разобраться с проблемами главных героев, найти смысл такой сильной зависимости друг в друге, а по итогу всё оборачивается совсем по-другому…
Я очень рекомендую эту книгу, тем кто думает, что уже много чего прочитал на своём веку, и тем кто забыл чувство шока от неожиданных поворотов. Когда я начал работать с заметками, которые оставлял во время прочтения этой книги, я понял, что они потеряли свою актуальность, настолько крутой поворот сюжета ожидает читателей. И у меня уже появилась мысль перечитать роман, чтобы взглянуть на эту историю под другим углом.
Наш главный герой- Йорген Хофмейстер. Отец двоих дочерей, которого бросила непутевая жена. Ей не хватало любви и внимания, она считала себя невостребованной женщиной в глазах этого мужчины. Подарив ему двух детей, ничего не изменилось, а стало только хуже, поэтому она приняла решение покинуть семью, и отправилась в увлекательное путешествие со своей первой любовью. Конечно же, сказка продлилась не так долго, и мать-кукушка прилетела обратно. Только её уже там никто не ждал… Я сразу скажу, что вряд ли у кого-то возникнут положительные эмоции к героям этого произведения. Семейство- очень специфическое… , но наблюдать за их жизнью было очень интересно. Нелепые сцены и диалоги - одна из главных сильных сторон романа. Жизнь проходит в постоянных мучениях, и обвинениях друг друга. Столько гнева и токсичности, я давно не встречал. Всё это приправлено безграничной любовью отца к своей младшей дочери Тирзе, которую он боготворит, и превозносит в ранг святых мучеников. Он прощает ей всё, кроме её нового ухажёра, который напоминает ему представителя террористической группировки. Несмотря на весь фарс, и как-будто нереальные истории, это действительно интересно читать. Хочется составить психологический портрет каждого героя, и понять что с ними происходит. Тут много откровенных сцен, и они добавляют накал происходящего, потому что спокойствием тут и не пахнет. Резкие движения, колкие слова в диалогах, они ковыряют друг друга до самого мяса, и не стесняются в выражениях. Тут прозвучало всё, от проклятий до признаний в самой чистой любви.
Вот такое семейство Хофмейстеров живет, казалось бы тихо и спокойно. Но я ещё раз убедился, что обиженный и сломленный человек, может стать настоящим дьяволом!

Тирза - царица солнца, сверходаренная, богоподобная, красивейшая из ныне живущих. Кто же эта невероятная личность, описанная с таким фанатичным рвением?
Она - младшая дочь Йоргена Хофмейстера, который возвёл любовь к собственному ребенку в почти религиозный культ.
Живущий на лучшей улице Амстердама, играющий одну из множества ролей - заботливого отца, преданного супруга, добросовестного сотрудника.
Как он поступит, когда солнцеподобная внезапно исчезнет за горизонтом, оставив Хофмейстера в угрюмом одиночестве?
⠀
Книга, от которой не успеваешь переводить дух.
Несмотря на отторжение, вызываемое зачастую не самыми благопристойными сценами с участием Хофмейстера и его окружения, история затягивает в прошлое и настоящее внешне добропорядочного европейца среднего класса.
Вы вряд ли сможете забыть жареные сардины, со всей тщательностью приготовленные и поданные героем гостям его идиллического дома.
Триста с лишним страниц, перемещаясь по важным жизненным вехам голландца и лавируя на организованной им вечеринке, сюжет буквально начинает источать запахи рыбных деликатесов.
⠀
Незыблемой и сытой европейская жизнь лишь кажется с фасада - Хофмейстер тщательно скрывает разрушения, нанесённые его состоянию мировой нестабильностью, маскирует горечь от ощущения собственной ненужности, зачитываясь творчеством Толстого и Достоевского. Только всеобъемлющая любовь к Тирзе и удерживает его на плаву человеческого существования.
⠀
Извечная тема отцов и дочерей, возвышенных ожиданий родителей и достаточно приземлённых стремлений детей, сочетается в романе с психологическим кризисом маловыдающегося человека.
Говорят, что, если ничего не добился в жизни, скажи, что выбрал семью.
Но как быть, если и она не желает быть образцовой?
Даже самый выдающийся актёр не сможет отыгрывать за всех, и энергичные попытки Хофмейстера упорядочить хаос в семейных отношениях лишь приводят к неловким ситуациям.
⠀
Натуралистичная, напряженная история, которую хочется перечитать заново после оглушающих финальных аккордов, вопреки пристрастию Хофмейстера к жареной рыбе и итальянскому гевюрцтраминеру.
Обилие шокирующих подробностей, откровений и слабостей вышколенного голландского гражданина не дают отложить книгу, пока не будет выяснено главное - где тот самый предел, на котором будут сброшены маски с одинокого, отчаявшегося, бесконечно преданного родителя, вся жизнь которого, через тычки и неудачи - попытка соответствовать образцовым представлениям общества об успешном человеке

Мощная книга у автора получилась, что есть, то есть... не без шероховатостей, но мощная. Такой, очень даже неплохой срез жизни полу-интеллектуального обывателя из среднего класса, из тонкой прослойки самых богатых и жирных стран, к коим Нидерланды, конечно же, и безусловно относятся...

Вот до чего доводит протестанстский бэкграунд или фон жизни (это когда не важно, религиозен ли ты сам или нет, но вот родители, например, у героя были религиозны, он же (герой) -совсем даже нет, но это неважно, потому что суммарный "фон" - всё равно общий наличествует, и он таковой), можно было бы (ещё) сказать.

Нравится мне конечно ещё и то, что герой постоянно апеллирует, вспоминает и цитирует Достоевского и Толстого (то есть без них, на самом деле, современную мировую культуру вообще, и западную в частности, представить уже однозначно невозможно (чтобы и как бы не напрягались против этого некоторые тамошние всё более маргинализирующиеся клоуны). Ибо это (упоминание, апелляции и контексты) присутствуют во многих самых интересных (как по мне) книгах самых заметных мировых авторов вчера, сегодня и, уверен, завтра тоже будут.

По сюжету отношения в семье сложные (ну это у всех, думаю, большей частью бывает, разница только в частностях). Жена ушла из дома три года назад, но недавно вернулась; старшая дочь живет-тусуется где-то во Франции, младшая (которая как раз Тирза) любит отца, отец её ещё больше, называя её "солнечной царицей"...

Мощность же книги обусловлена прежде всего резким поворотом в голове главного героя, в результате которого (в результате этого поворота) он убивает эту свою любимую дочь и её арабского бойфренда (тем более, что тоже очень важно, пропажа всех его денег в хэдж-фонде ему объяснили атакой арабских террористов 11 сентября и вытекающими оттуда последствиями), но об этом (про убийство) мы узнаем уже потом и вскользь (а некоторые читатели, кажется даже как-то пропустили это место, этот момент). А так всем читателям (почему-то) кажется якобы он поехал в Африку искать свою дочь.
На самом-то деле он поехал туда исчезнуть... И об этом мы тоже узнаем уже ближе к концу романа. Но и исчезнуть главному герою не дала 9-и летняя негритянская девочка, которая всё время была с ним, ничего не понимала, а он как бы "разговаривал" с ней (ход неплохой, кстати)...

Далее. Что ещё? Полкниги идет подготовка к вечеринке и сама вечеринка по поводу окончания школы Тирзой. В ходе вечеринки наш герой случайно (как он это позиционирует) занимается сексом с одноклассницей Тирзы... К сексу вообще у автора (через ГГ, естественно) двойственно-сложное отношение, это, с одной стороны у него чуть ли не сама жизнь, с другой - вообще нечто недостойное человека, а только унижение мол, на самом деле.

Сам герой тоже "многосторонний": с одной стороны закомплексованный недотёпа, но с другой - чуть ли не хищник. Девочки - дочки у них получились хорошие, но совсем без сисек, как говорит их мать, супруга ГГ (может быть и поэтому обе они отчаянно и многостаночно трахаются с 14-15 лет, чтобы как-то максимально феминизироваться?)

А как вам такая эскапада (иллюстрация "жирности" жизненного уровня?):

"Тирза любила мужчин без денег. её привлекала бедность".

Книга интересная, одним словом, повторюсь. Теперь про "шероховатости".

В одном месте автор говорит, что главному герою два с половиной года до пенсии (а на пенсию в Нидерландах уходят в 66 лет, следовательно, где-то 63 с половиной).. но потом вдруг мелькает, что ему около шестидесяти… Вот не люблю я такие «незначительные» косяки… или: его младшей дочери только-только вроде 14 (ну пусть даже 15) лет исполнилось и вот уже тут же вечеринка по поводу окончания школы идёт и после неё она с другом улетает в Африку и здесь ей уже… 18 лет… Или: только супруга его устраивала стриптиз на вечеринке дочери и тело её, при этом, да и вообще, чуть ли не отличалась от дочкиных одноклассниц... и тут же автор, устами ГГ бурчит, что "теперь, превратившись в развалину, его супруга ощутила..." Не, ну правда, меня лично такие «мелочи» раздражают… это, пусть даже непроизвольное может быть, но это всё-таки как некое неуважение к читателю выглядит…

Да. Вот так вот примерно (в общем и целом). Вне парлептипности, конечно, но где-то рядом и около...

Самым сложным при чтении этой книги оказалось правильно интерпретировать чувства, которые вызвал главный герой. Не только из-за сложности их оттенков, но и потому, что по мере развития сюжета и того, как раскрывался образ Йоргена Хофмейстера, менялось восприятие его самого и его поступков. И для меня, кстати, это стало поучительным уроком: мы на самом деле не способны беспристрастно оценивать поступки людей, а постоянно опираемся не только на контекст ситуации, но и на нарратив, который сложился у нас в голове об этом человеке. Пусть даже он нам лично не знаком. Пусть даже он вообще литературный герой. И то, что вначале казалось мне просто личностными особенностями, имеющими право на существование, в конце стало выглядеть как те самые “тревожные звоночки” и “красные флаги”, про которые все так любят говорить, и которые в реальности замечают обычно только постфактум.

На первых страницах книги Йорген Хофмейстер предстает перед нами стареющим немного неловким неудачником, несмотря на видимые атрибуты успеха - дом в приличном районе и работу в приличном месте. Однако же, от Хофмейстера ушла жена и он вынужден в одиночку воспитывать младшую дочь - такой себе анамнез, совсем не для победителя по жизни. Тем более что и сам он к себе относится со скепсисом, считая, что жизнь его не особенно не удалась. Главное, что у него получилось - это его любимая младшая дочь Тирза, Царица Солнца.

Однако с героем мы знакомимся в переломный момент, когда блудная жена решает внезапно вернуться в его дом. И поначалу на фоне своей взбалмошной супруги Хофмейстер выглядит максимально положительным. Да, он не ухватил удачу за хвост, да, он не любимец женщин, да, он скучный, но он по крайней мере принял свою ничтожность, нашел себя в кулинарии, заботах о доме, бутылках гевюрцтраминера, которые он открывает одну за другой, да и, в конце концов, теперь уже жена ищет его общества, а не наоборот.

Скажу честно, таким мне Хофмейстер виделся на протяжении большей части книги. Эдакий нидерландский бюргер средней руки, отставший от жизни, слишком неповоротливый и скучный для супруги, с которой у него большая разница в возрасте, и, тем не менее, именно он та основа, человек-скала, на котором держится базис этой семьи. По крайней мере, материальный уж точно. Правда, если в начале книги он казался милым неудачником, то по мере развития сюжета вызывал все больше отвращения. Одна из причин - его сложные, какие-то патологические даже отношения с человеческим телом, возрастом и сексуальностью. Описывая собственное старение и старение своей жены, он постоянно использует слово “распад”. К примеру, “нет на свете ничего более пугающего и потому ненавистного, чем вид стареющей женщины. Она олицетворяла распад, она пришла, чтобы отомстить ему за все удовольствия” - так он рассуждает о жене. Или вот уже о себе - “он рассмотрел себя в зеркале. Для мужчины его возраста он был в неплохой форме. Живот, жир. Распад”. После этого сколько, вы думаете, лет Хофмейстеру и его супруге? Кажется, что они старики на грани сошествия в могилу в виде мощей. Но на самом деле Хофмейстеру даже нет 60-ти, а его жене около 45-ти. Однако же он смотрит на себя и на нее исключительно сквозь призму увядания, которое вызывает у него отвращение. В противовес - юные, упругие тела его дочерей, их друзей и подруг, вот кто имеет право на жизнь, вот кто достоин самого лучшего, вот кому надо уступить место.

И все бы ничего, мысли отчасти даже достойные любящего отца, однако все это отдает какой-то скрытым инцестом, так что постоянно напряженно ждешь - когда же он уже станет открытым. Отношение родителей к сексуальной жизни детей, равно как и отношение детей к сексуальной жизни родителей - вопрос сложный, комплексный и, конечно, немного фрейдистский, куда уж без этого. Детям невыносимо наблюдать как сексом занимаются родители, родителям странно думать о том, что сексом могут заниматься их дети - и это нормально, скорее всего даже биологически обусловлено. Однако у Хофмейстера это неприятие сексуальности собственных дочерей выливается в какую-то не вполне отцовскую ревность. Нет, он не хочет спать с ними сам, мысль о физическом контакте такого рода для него табу. Скорее, он хочет безраздельно обладать ими психологически. Как ростовщик желает оставить эти драгоценности сокрытыми от всех взоров, кроме собственного. Хочет играть ими, как красивыми куклами, ни с кем не делясь. И я, безусловно, не за то, чтобы девочки в 15 лет вели половую жизнь и принимали оральные контрацептивы, но что-то мне подсказывает, что будь Иби гораздо старше, когда он застукал ее с жильцом с верхнего этажа, реакция была бы точно такой же. Однако же, Иби быстро вырвалась из сферы влияния отца, а вот Тирза - младшая, любимая, ласковая - осталась. Впрочем, и она тоже вот-вот выпорхнет из гнезда - уже вот на лето уезжает в Африку со своим бойфрендом, похожим на арабского террориста. Хофмейстер его не переваривает, как и положено отцам, однако за его неприятием стоит нечто иное - начинающееся сумасшествие, помноженное на извращенное чувство собственности по отношению к собственной дочери. И эта взрывная смесь в конце концов дает свои ужасные плоды.

У этой книги нельзя подвести конечный итог, это тот случай, когда нет “сухого остатка”. Она слишком многогранна, слишком разноплановые вопросы поднимает. Что допустимо и недопустимо в воспитании детей? Где должны проходить границы родительской любви? Как, в конце концов, человек начинает сходить с ума - есть ли у этого процесса некая отправная точка или это просто накапливается, как снежный ком?

Ответа не будет ни на один из них. Как показал только лишь краешек обсуждения с товарищами по книжному клубу, мнения могут быть самыми полярными. Точно одно: “Тирза” - это настоящая коллекция триггеров, где каждый обязательно найдет свой.

Самая неоднозначна и противоречивая книга, прочитанная в последнее время.
Одна часть книги шла очень тяжело.

Йорген Хофмейстер — отец одиночка, просиживающий на респектабельной улицу Амстердама, чем очень гордится.
Книга о социальных ролях главного героя и, надо сказать, ни в одной из ролей он не преуспел.
Отношения с женой до безумия странные: то извращённые игры, то слепая любовь, то ненависть друг к другу. Сложно понять кем они приходятся друг к другу.

Отец семейства — и снова мимо. Отношения с обеими дочерьми не сложились. Тирза — младшая дочь проживает с отцом и отношения идеальными тоже не назовёшь.

Йорген живет тем что скажут люди. И даже когда остаётся без работы, боится осуждения и признания что он никому не нужен.

Как мужчина… не знаю даже описать как… я считаю тоже мимо (случай с подругой Тирзы).

Арендодатель — отдельный вид скупердяйства и мошенничества.

Друзей у героя нет ровно как и врагов.

Местами книгу было читать скучно, местами просто противно от всего что переживает Йорген.

Вообще в книге нет положительных героев. Все со своей червоточиной в душе.

«Что за комиссия, создатель,
Быть взрослой дочери отцом!» (А.С. Грибоедов, «Горе от ума»)

Изображенная на обложке физиономия красно-черного колера поднимала волну тревожности и напряжения, из-за чего книгу не хотелось даже брать в руки. Но, повертев ее немного, я вспомнила известную сентенцию, что книги, как кошки, приходят в нашу жизнь не случайно – кто-то их посылает, очевидно, имея в виду непознаваемые высшие смыслы. Остается только гадать, зачем мне было читать именно сейчас и именно об этом. Применить к этой книге оценочную шкалу «нравится – не нравится» невозможно из-за самого сюжета, но я ее прочитала и нашла неординарной.

Правда, не сказать, что для меня это был совсем оригинальный сюжет: книг с «диагнозом» сегодня пишется немало, и разглядеть болезнь сквозь олитературенный шум повседневности не бывает сложно, да и нидерландская ментальность, как и любая другая, довольно узнаваема. Тем не менее для меня в этой книге было много других достоинств. Прежде всего я бы отметила ее сюжетную подвижность, даже непредсказуемость: кажется, что она про одно, но тут же оказывается, что про другое, а потом и про третье, четвертое, пятое… - эпизоды множатся, они разные и до какого-то момента никак не удается предсказать, чем же дело кончится, как это бывает в рядовых книгах. Практически до самого намибийского финала во мне теплилась надежда, что все окажется иначе, несмотря на то, что совершенно явно двигалось к абсолютно ясному итогу. Также мне было важно, что в книге много постоянно сменяющих друг друга сильных эмоций, здесь был весь их спектр с нюансами от трогательной нежности до досады и ненависти, причем эти сильные чувства испытывают не только герои, но и сами читатели. Кроме того, в ней мастерски организованный бэкграунд, из содержания которого было трудно сложить однозначное отношение к главному персонажу: чем плоха его хорошесть? Я и сейчас не могу точно определить его: ясно, что добропорядочные обыватели подобного типа, стремящиеся контролировать реальность вокруг себя, делая все и всегда «правильно», обычно несут скрытую болезнь в себе, поэтому как их воспринимать - то ли жалеть, то ли переубеждать, то ли злиться, то ли держаться подальше – не всегда понятно.

Йоргену Хофмейстеру не повезло: его окружение держалось от него отстраненно и холодно, особо не интересуясь им и не пытаясь соответствовать ни его представлениям о жизни, ни его чувствам: жена его оставила, с работы уволили, дочери хотят жить своей собственной жизнью, не нуждаясь ни в его обременительной любви, ни в его наставлениях, ни в его Толстом и Достоевском. Ему за шестьдесят, а он живет как ребенок, пытающийся действовать по какому-то образцу, который когда-то счел правильным или, по крайней мере, защитным. Удивительно, но как-то ему удалось прожить целую жизнь, не состоявшись ни в одной из взрослых ролей: профессионал из него никакой, супруг и любовник – похоже, так себе, друзей у него нет, даже связи с родителями отсутствуют, вот он и цепляется за единственную оставшуюся для него роль отца сначала с дочерьми – Иби и Тирзой, - потом с Каисой, поскольку стремится взять под свой контроль хотя бы отцовство, если не силу и власть. И когда он и здесь терпит стыдливое фиаско (редкий отец отнесется без ревности к любовнику любимой дочери), и исчезает последняя надежда на самоуважение, жизненная несостоятельность в совокупности с больным внутренним миром толкают его к беде. Он не «сломан», как считает он сам, он даже не взрастил в себе то, что в принципе можно сломать, и не пытался расти и жить, как жилось, не загоняя себя в неисполнимые рамки. Его развитие можно сравнить с старой китайской традицией формировать бинтованием лотосовые ножки. По сути, и не жил, а без особого удовольствия играл в собственную жизнь, не давая себе возможности быть неидеальным собой. Но даже и игроком, как выяснилось, он оказался посредственным.

В какой-то момент он обнаруживает себя в собственной никем не замечаемой реперной точке, после чего все рушится и начинает двигаться совсем по-другому. Автор ловко маскирует и сам этот момент, и подходы к нему, играя на том, что читатель уже почти догадался, что же случилось, но повествование продолжается в совершенно другом измерении. По сути, все уже на паузе, но Йорген еще жив, мёртв по сути, но физически жив. Начинается его персональный final countdown.

Сильная, жесткая и очень печальная книга. Наверное, это один из лучших романов современности, способный воздействовать на многих. Жаль, что А.Грюнберга переводят на русский так мало.

В главной роли: Йорген Хофмейстер. Плохой муж, так себе редактор, неудачливый вкладчик, не самый желанный арендодатель. Зато у него есть Она. Тирза. Царица солнца. Свет очей, услада глаз. Сверхвысокоодарённая младшая дочь, взращенная на сочинениях Толстого и достойная всего только самого лучшего. Ради неё он готов быть идеальным отцом, поутру услужливо предлагающим полотенца всем тем, кто оставался в её комнате на ночь. Ради неё он отрепетирует как вести себя на вечеринке и махать на прощание в аэропорту. Ведь она этого достойна!

Из всех ролей у Йоргена Хофмейстера получилась хорошо сыграть лишь одну – роль отца Тирзы. Вот только рано или поздно дети взрослеют, и вечера предпочитают проводить не за ужином в компании папочки, а куда более увлекательно. Принять этот факт Хофмейстеру мешают не столько желание быть нужным и любовь к дочери, сколько осознание собственной несостоятельности по остальным фронтам. Жизнь двигается к закату, а список достижений давно уже не пополняется новыми пунктами, хотя в нём достаточно свободного места, и теперь отговорка яжеотец больше не работает.

«Тирза» – пощёчина современному европейскому обществу, в котором важна состоятельность личности, а её страхи и неудачи принято заметать под ковёр или прятать в шкаф, подальше от посторонних глаз. Это история о семье и её распаде, о человеке и постоянно живущем в нём диком животном, о взрослении и старении. С первой до последней страницы чтения этого романа живёшь в постоянном напряжении, в ожидании катастрофы, а когда она наконец случается, даже не замечаешь взрыва, потому что оглушён. И только когда начинаешь осматриваться по сторонам и вытаскивать из своего тела осколки, понимаешь, что всё уже произошло, всё, чего ты так долго ждал, давно случилось, и самое сложное – вовсе не пережить это, а осознать.

Тирза - значит "кипарис" и, не знаю, как вам, а по мне на слух "з" здесь очень нехорошо. Не люблю народной забавы ругать переводчика, тем более, что эта непростая книга, со всеми ее психологическими нюансами, переведена эталонно, работа Ирины Лейк заслуживает всяческого уважения. Я все думаю, что имя Tirza можно ведь было транскрибировать как Тирца, что гармонирует с "царицей солнца" - определением, которое идеальный отец Хофмейстер часто добавляет к имени дочери. Но должно быть нужно было зачем-то это скрежещущее звукосочетание в имени, наводящее на мысли о ржавчине, раздоре, раздирании.

Собственно, такая она и есть, жизнь Йоргена Хофмейстера. Два года до пенсии, 64, про "пройдя до середины" уже слишком оптимистично" и 60 - это не новые 40, вопреки миллениальному рекламному слогану. Возраст уже очень дает себя знать, хотя мужчина он крепкий, жизнь ведет умеренную, организм не изношен тяжкими трудами, а на оставшееся до выхода на пенсию время даже освобожден от необходимости ходить на работу. Это как, работа на удаленке? Нет, хотя род занятий героя предполагает такую возможность, он редактор, видите ли.

Многообещающий в прошлом редактор, которому прочили карьеру издателя. Не сложилось, всю жизнь на одном месте проработал с переводной немецкой и восточноевропейской литературой. За все время не привел в издательство ни одного приличного автора. Теперь работодатель и рад бы его уволить, да не может, защищает гуманное голландское законодательство. И тогда ему предлагают сделку: мы тебе все выплаты, включая зарплату, отпускные и разные надбавки за следующие два года. а ты не появляешься здесь больше ни-ког-да!

Вы бы расстроились? Я точно нет, но Хофмейстер воспринимает как фиаско. Очередное, потому что прежде он уже потерпел поражение как сын (с родителями отношения сильно не сложились), муж (жена ушла три года назад, и прежде периодически уходила к разным мужчинам, хотя никогда так надолго), друг (друзей просто нет), и в целом, хватит обманывать себя - как отец.

Это самое обидное, потому что он жил для своих девочек. Ради того, чтобы обеспечить им финансовую независимость, которой сам был лишен, отказывал себе в удовольствиях и развлечениях, откладывал каждый гульден, сдавал внаем верхний этаж дома, чтобы квартплата увеличивала вклад в будущее дочерей. Кто ж виноват, что лопнул хедж-фонд, куда вложил сбережения? Высокая доходность - высокие риски, испарился целый миллион евро! Это случилось, и теперь Йорген остался как та старуха из сказки у разбитого корыта, ему нечего предложить детям.

Тоже мне проблемы, - скажете, и будете правы, - Живи и радуйся жизни. А помрешь, дочки унаследуют твой прекрасный дом и будет им счастье. Фу, как цинично. Да бросьте. Ну не понимаю я этих вульвостраданий, чес-слово. Все у тебя нормально, мужик, в хорошей стране, сам жив-здоров, дети тоже, чего тебе еще надо? Мечтал вырастить из младшенькой, сверхвысокоодаренной Тирзы нечто экстраординарное? Не вышло? Ну так это ее жизнь, так же, как жизнь старшей, Иби, не такой одаренной и не столь обожаемой - ее и только ее.

Арнон Грюнберг по праву в числе лучших современных голландских авторов, он может подробно и с большим чувством погрузить читателя в извилистый внутренний мир своего героя, вызывая поочередно жалость, досаду, злость, сочувствие, ненависть, нежность - такой коктейль чувств, какой пробуждает в нас живой, и к тому же близкий человек. До тех пор, пока не задашься вопросом: и чего ему не хватает? Какого, мать его, внутреннего зверя он все подавляет в себе, когда с него песок сыплется?

Ну сделай уже ремонт в этом своем престижном доме. Собственными руками сделай, коль скоро время у тебя появилось, силы еще есть, а супруга в очередной раз вернулась. Она к тому же художница, значит и малярную кисть держать сумеет. Займитесь делом, хватит херней страдать. Ну потерял деньги, жалко, ну так мы все их теряли, переживут твои девочки. Синдром опустевшего гнезда - тоже норм, все через это проходят. А прежде мы становимся ненужными нашим детям-подросткам. Это всегда и у всех так.

Но не думаю, что все европейцы такие полудурки, у меня сестра в Бельгии, ей за 60, они с другом колесят в трейлере по Европе. А конкретно с этим игрунчиком изначально что-то не в порядке. И стоит ли в таком случае делать общие выводы о состоянии европейского среднего класса, отталкиваясь от частного случая, к тому же с участием не вполне психически здорового его представителя?

СОЯ: 5+4+3=4,0

Куплен роман был по двум причинам: во-первых, его не оказалось в электронном варианте, а во-вторых, на задней обложки книги говорилось, что фильм по роману был номинирован на Оскар (хотя для меня это и сомнительное признание).

Готовьтесь, что две части из трех, вы будете проживать один день типичного представителя среднего класса, который всё вспоминает и переживает свою не очень удачную жизнь. И жена не та, и квартиранты не такие, и старшая дочь оторви и брось, одна отрада у него - младшая дочь Тирза (в переводе с нидерландского "восторг"). И, пожалуй, если вы любите смотреть европейский кинематограф, то вам будут очень знакомы все эти описания и страдания типичного обывателя "загнивающего Запада". В какой-то момент книга резко разворачивается и также резко сворачивается, оставляя читателя немного опешившим и не понимающим, что теперь с этим делать. То есть задумка в целом интересная.

Но вот текст, слог автора. Боже, это просто невыносимо. Как на протяжении первых двух частей книги главный герой то режет, то жарит рыбу, так и запах этой рыбы остается в послевкусии от текста автора. Бывают книги, когда можно сказать, что от чтения ты получил удовольствие. Здесь, к сожалению, такое сказать нельзя. Кроме отвращения и ощущения липкости ничего другого не остается.

Роман нидерландского автора Арнона Грюнберга «Тирза» с первых страниц погружает в какое-то состояние мнимого спокойного течения жизни одной семьи, проживающей в зажиточном районе Амстердама. Всё начинается с вечеринки, которую отец устраивает для младшей дочери в честь окончания школы и её совершеннолетия. Практически половину книги мы проводим с заботливым отцом, который сам готовит суши и коктейли, по ходу напивается итальянским вином, встречает гостей и ждёт виновницу торжества, свою дочь Тирзу, которая ещё должна представить отцу своего молодого человека. С ним она решила отправиться в путешествие по Африке перед поступлением в университет.

С первых же страниц читатель начинает понимать, что в этой истории что-то не так. Лоскутами воспоминаний и флешбеками недавнего прошлого начинает проявляться далеко не радужная картина. Мать-художница неожиданно ушла из семьи, встретив свою школьную любовь. Старшая дочь давно оборвала связи с отцом, переехав во Францию. Да и младшая, которую отец боготворит и называет своей "царицей солнца", не спешит появляться на своём празднике... Лишь сам Йорген Хофмейстер старается излучать позитив, подливать вина и соблюдать нормы приличия... Только и у него что-то начинает сбоить. Особенно когда его блудная жена появляется на пороге дома накануне праздника — так же неожиданно, как исчезла три года назад.

Порядочный бюргер, редактор отдела переводной художественной литературы, который читал дочери перед сном «Записки из подполья» Достоевского или «Анну Каренину» Толстого, человек с виду интеллигентный и во всём ищущий порядка, Хофмейстер пытается справляться со всеми разрушительными событиями в своей жизни. Он много лет сдавал верхнюю комнату дома, чтобы скопить достаточно денег для будущего дочерей, для их свободы, правда одно неудачное вложение — и все деньги пропали. Он не смог принять старшую дочь, которая в пятнадцать уже "созрела" и встречалась с квартирантом, чему отец стал неожиданным свидетелем, но попытался дать свободу младшей, смирившись с её мальчиками. Он принял сбежавшую жену, к которой уже давно ничего не чувствовал. Даже с работы его попросили уйти за два года до пенсии с полной оплатой, потому что он не смог открыть ни одного значительного писателя...

Роман получился предельно драматичным и психологически болезненным, порой откровенным в физиологических описаниях и сценах (не всегда приятных) и заставляющим над многим задуматься. В первую очередь — о странных зависимых отношениях отца с дочерью, которая осталась один на один с таким довлеющим и всё контролирующим родителем. Знакомство с бойфрендом Тирзы, который вызвал у отца ассоциации с исламским террористом и крушением всех надежд, становится для Хофмейстера неким психологическим триггером, повлекшим непоправимые последствия...

Эту историю можно рассматривать с разных сторон:

• с фрейдистской, касаясь глубоко спрятанных сексуальных комплексов (недаром герой часто сравнивает себя со зверем, а в молодости играл с женой в сексуального маньяка, нападающего на жертву в парке);
• с философской, разбирая экзистенциальную пустоту и стремление к смерти, к небытию;
• с социальной, с позиции кризиса возраста 45-50 лет... А ещё встаёт вопрос границ между родителями и детьми, допустимого и недопустимого в их воспитании и жизни...

Эта драматичная книга Арнона Грюнберга не оставляет равнодушным, заставляет сопереживать герою вопреки его странному, порой на грани помешательства, поведению, не даёт спокойно перелистнуть последнюю страницу. Я долго ещё буду вспоминать всплывающие в памяти картины и образы, мысли и фразы отсюда. И думать об африканской пустыне и бесконечном звёздном небе над нею.