The Tragedy of Romeo and Juliet

Ну вот! Чего бояться?
Я жизнь свою в булавку не ценю.
А чем он для души моей опасен,
Когда она бессмертна, как и он?

А все от этой глупой капли зла,
И сразу все добро идет насмарку.
Досадно, ведь.

Клятвы – лгуньи.
Не то они, чем кажутся извне.
Они, как опытные надувалы,
Нарочно дышат кротостью святош,
Чтоб обойти тем легче.

Силки для птиц! Пока играла кровь,
И я на клятвы не скупился, помню.
Нет, эти вспышки не дают тепла,
Слепят на миг и гаснут в обещанье.
Не принимай их, дочка, за огонь.
Будь поскупей на будущее время.
Пускай твоей беседой дорожат.

Заветным мыслям не давай огласки,
Несообразным – ходу не давай.
Будь прост с людьми, но не запанибрата,
Проверенных и лучших из друзей
Приковывай стальными обручами,
Но до мозолей рук не натирай
Пожатьями со встречными.

Расчетливость, Гораций! С похорон
На брачный стол пошел пирог поминный.

О, если б ты, моя тугая плоть,
Могла растаять, сгинуть, испариться!
О, если бы предвечный не занес
В грехи самоубийство!

Боже! Боже!
Каким ничтожным, плоским и тупым
Мне кажется весь свет в своих стремленьях!

Силки для глупых птиц!

Когда ключом кипит и бьётся кровь,

На клятвы расточителен язык!

Я знаю! Это, дочь моя, лишь вспышки, —

Они хоть ярко светят, да не греют

И гаснут в самый миг возникновенья.

Я замкнула

Их в памяти своей — ключ у тебя.