Стругацкие иногда мне самому кажутся некими сверхлюдьми, но не за какие-то нереальные таланты, а за фирменное послевкусие и обдумывание, длящееся днями после прочтения их произведений. Вопросы, теснящиеся в голове, иногда могут спонтанно привести к перечитыванию некоторых горячо любимых их вещей, приходится быть аккуратным.
Для читателя важно начало книги, цепляющее, настраивающее на определенный лад. С этим у братьев полный порядок - "Стояли звери около двери" - хрестоматийное начало "Жука в муравейнике" врезается в память если не навсегда, то очень надолго. "Понять — значит упростить". С этих слов начинается наша текущая история, от которой невозможно оторваться. Короткая, хлесткая фраза, перифраз известного выражения, задающее тон произведения. Всё понять — стать нереально снисходительным, или же чем старше становишься, тем больше хочется упростить свою жизнь? Или ваш вариант.

В отличие от остальных книг трилогии о Каммерере эту лучше отдельно не читать на мой взгляд. Авторы расставляют здесь все точки над i , станут понятны предтечи прогрессорства, фантастическая живучесть Мак Сима в Обитаемом острове. Для этого используется экспериментальная для братьев форма документов и рапортов, создающая эффект мозаики. Частично это уже использовалось во второй книге цикла, но в качестве дополнений к основе, так сказать. Здесь же нет единой позиции — документы в хронологическом порядке, но от лица разных героев, а потому позволят читателю прочувствовать масштабы происходящего как бы объёмно, а также следить за логическими умозаключениями Каммерера. За счёт подобной формы кажется, что наблюдаешь за работой импрессиониста. Герои рисуются широкими мазками, сначала намечается контур, а потом если внезапно отходишь от картины, то видишь больше, чем показалось сначала. Особенно после определённой работы над текстом, обдумывание каждого документа. С учетом того, что экшена нет от слова совсем, логично, что читатель начинает снимать смысловые уровни послойно, форма подталкивает заниматься именно этим.

Всё произведение насквозь пронизано узнаваемыми и не очень цитатами. Очень люблю такие пасхалочки, доставляло у Дмитрия Скирюка, например. Смею надеяться, что распознал в "Волнах" довольно многое. Некоторые вещи Стругацкие называют сами, типа отсылке к рассказу Джека Лондона "Мексиканец" или ловля человечества "Над пропастью во ржи". В других приходится улавливать аллюзии по построению фразы: "...из тех сапиенсов, которым капли воды достаточно, чтобы сделать вывод о существовании океанов", - это же Конан Дойль с мыслями Холмса о существовании Атлантического океана по одной капле в "Этюде в багровых тонах". В третьих случаях - это достаточно бесящая формулировка: "как всем известно". Мне, например, запомнилось, что фраза "всегда была в запасе пара слов" - это из рассказа Бабеля об Одесском Короле, но я бы честно назвал подобные утверждения снобизмом братьев. Также здесь много упоминаний и взаимодействий с персонажами других книг о Полудне. Так как "Волнами" закрывается цикл мира Полудня, справедливо понаблюдать, что происходит с теми, кто встречал его рассвет. Пионеры уходят: Горбовский, Сидоров (Атос), Сикорски (Странник), Камилл...много их. Особняком стоит Майя Тойвовна Глумова - непростой персонаж, прошедшая путь от "Малыша" до "Волн". Кто же придёт им на смену? По первоначальному плану - сын Майи Тойво Глумов, в итоге ставший не сменой, а отдельной ветвью развития человечества. Не хочу пересказывать сюжет и поворот, приводящий к подобному, не буду лишать вас удовольствия. Особенно с учётом того, что сам сюжет построен сходно с американским детективом - два полицейских (Максим и Тойво) ищут доказательства существования вмешательства Странников в ход развития земной цивилизации. Это крайне логично, если проводить аналогии с земным институтом прогрессорства. К чему приведут поиски, и что станет ясно, когда выложат все карты на стол - вот любопытный момент.

Почему человечество по Стругацким оказалось в тупике? Почему в мире Полудня наступает закат? Для себя я частично вижу объяснение в институте семьи, а также в акцентах авторов не на личной жизни персонажей, а на работе. В рецензии на Стажёров я уже размышлял о том, что её величество Работа является основной валютой и инструментом. Она затмевает и делает неважной личную жизнь, а жаль. Ребята. сделанные из титана, как Быков или Жилин; прогрессоры-исследователи как Горбовский или Максим Каммерер - они либо одни, либо довольствуются случайными связями, либо с трагичной влюбленностью (Юрковский, Майя Глумова). Тойво должен был получаться счастливым исключением из правил - любящая жена, каждодневный созвон с матерью (чего не понимают его коллеги, кстати). Тем ярче его драма, когда восприятие меняется столь радикально. Одиночки по натуре не способны создавать счастливое общество, и Стругацкие это демонстрируют читателям, когда новая группа сверхлюдей из 433 существ не может объединиться, а расползается кто куда по космосу, оставляя человечество как инкубатор для появления новых одиночек.

Попытался припомнить сцены секса или чего-то похожего у Стругацких, но кроме "Ваши ковры прекрасны, сударыня" или "Я страстно и длинно обнял её…Всю", - в голову ничего не приходит. Шутки, чтобы скрыть неловкость от описания моментов или неумение? Очередная любопытная мысль, пришедшая во время написания рецензии. Обнимаю вас...всех.

Трилогия о Максиме Каммерере - 3/3

Ещё в "Жуке в муравейнике" мне не давала покоя очевидная малонаселенность Земли Полудня.
Поискал в интернете: Первушин в 2020-м году в "Мире фантастики" утверждает, что "В Мире Полудня на Земле и других планетах проживает пятнадцать миллиардов человек". Где-то он эту информацию нашёл, скорее всего у авторов.
Но все мы знаем, как недостоверно бывает "официальная", декларируемая информация. И надежной проверкой такой информации всегда служит статистика.
И если фанаты по косвенным данным высчитали население Культуры Бэнкса, почему бы не посчитать реальную численность Человечества Полудня по статистическим данным, предоставленным авторами.
В этом нам поможет один из документов романа.
"Документ 4
КОМКОН-2
«Урал-Север»
РАПОРТ-ДОКЛАД
№ 013/99
Д а т а: 26 марта 99 года.
А в т о р: Т. Глумов, инспектор.
Т е м а 009: «Визит старой дамы».
С о д е р ж а н и е: фукамифобия, история Поправки к «Закону об обязательной биоблокаде»."
Слово автору документа:
"2.По-видимому, первый отказ от фукамизации, открывший целую эпидемию отказов, зарегистрирован в родильном покое поселка К'сава (Экваториальная Африка). 17.04.81 года
...
Эпидемия отказов, то вспыхивая, то угасая, продолжалась вплоть до 85 года, так что на момент принятия Поправки общее число «отказчиц» составило около 50 тысяч (примерно 0,1 процента всех рожениц)."
Собственно, вот все необходимые данные, чтобы высчитать ежегодную рождаемость в Мире Полудня.
За четыре полных года количество рожениц составило 50 миллионов. Так как многоплодные беременности составляют всего 1-2% случаев, считаем, что родилось 50 миллионов детишек. По 12,5 миллионов в год. Много? Вовсе нет.
На сегодня на Земле 8,25 миллиарда жителей. При этом ежегодно рождается 140 миллионов новых людей! В 11,2 раза больше, чем в Мире Полудня.
При прочих равных Человечество Стругацких примерно в 11.2 раза меньше текущего населения Земли и составляет всего 736 миллионов человек.
Да, можно вводить поправки на долгожительство. Но, чтобы сравняться с текущей численностью человечества, срок жизни в Полудне должен быть в 11 раз дольше. Чего, как мы знаем, не произошло. Живут там примерно до ста пятидесяти. А Мак Сим в 89 лет уже, очевидно, отошел от дел и ваяет мемуары.
Доразвивались.
Дальше можно только конспирологически спекулировать, чем вызвано падение численности. Прививками УНБЛАФ и растормаживанием гипоталамуса микроволновыми излучениями, излучателями на орбите или всё-таки "огромная куча радиоактивной дряни" в Северной Атлантике это результат применения ядерного оружия по несогласным жить при коммунизме? Судя по высчитанной численности населения, несогласных было много.
Вот ещё один аргумент в пользу малочисленности: "мне удалось установить, что за рассматриваемый период по рассматриваемым маршрутам переместилось в обе стороны 4512 человек, из которых 183 человека (главным образом, члены экипажей) совершали полные рейсы неоднократно." Речь про два популярных маршрута: "Земля-Кассандра-Зефир и Земля-Редут-ЕН 2105". Даже понимая, что человечество Стругацких понятия не имеет, что такое туризм, это всё равно очень мало даже для исследовательских экспедиций.
Когда начинаешь смотреть на события романа, вооружившись убеждением, что народу на Земле меньше миллиарда, аргументы продолжают появляться. КОМКОН-2 некий аналог ФБР, МСЧ; спецслужба будущего. ЧП в поселке (десяток домов) на берегу Баренцева моря. Каммерер, президент сектора "Урал-Север", отправляет на место оперативника: "...стоял человек и следил за глайдером. Лицо его показалось Тойво знакомым, и ничего удивительного в этом не было: Тойво знал многих аварийщиков — наверное, каждого второго." Негусто там у вас с персоналом и количеством филиалов. Все друг друга знают, а Урал-Север отвечает и за Северо-Запад России.

К 1985-му году Мир Полудня превратился в общество, одержимое, если коротко, экстрасенсорикой. КОМКОН-2 видит во всём этом происки Странников, занимающихся на Земле прогрессорством, на самом деле это всё дело рук люденов. Сверхлюдей, вылупившихся из Человечества.

Вещь, безусловно, программная и этапная.
8(ОЧЕНЬ ХОРОШО)

Книга завершает трилогию о Максиме Каммерере и цикл "Мир Полудня". В ней встречаются отсылки на многие произведения этого цикла, как бы подводя итог.

Максим уже в довольно преклонном возрасте, ему за восемьдесят, но удивительные события в его жизни заканчиваться пока не собираются. Речь пойдёт о неком Великом Откровении, которое постигло Каммерера (и других людей), и как события к нему привели.
Книга построена достаточно странно: сухие отчёты и документы, собранные рассказчиком, перемежаются с обычными сценами, которые рассказчик называет "реконструкциями" - то есть, разговоры и события, которым он не был свидетелем, но предполагает, что так произошло. Это довольно странно на фоне обычных докладов, записок и прочего - для чего-то "предполагаемого" сцены слишком художественные, можно даже сказать, малодостоверные, если их восстанавливали только по имеющимся фактам. В таком случае их наличие в книге смотрится несколько чуждо.

Сюжет тоже вызвал некоторые вопросы. В центре его - один из сотрудников Каммерера Тойво Глумов. Он ищет доказательства того, что на Земле действуют прогрессоры загадочной цивилизации Странников - подобно тому как земные прогрессоры изменяют ход истории других планет. И почему-то тем, кто считает нормальным влезать в судьбу других рас и миров, подобное вмешательство в собственный очень не по душе. Это острый моральный вопрос: почему то, что считают нормальным делать с посторонними, неприемлемо для нас? Явно мало кто задумывался над этим прежде, но когда это случилось, позицию принятия такой помощи извне практически никто не принимает. И зачем тогда КомКон?

Произведение мне не особо понравилось, заявленная тема раскрыта не до конца, построение повествования тоже не совсем продумано, да и сама история оставила скорее тягостное ощущение, чем завершённости.