Цитаты из книги The Complete Novels

Когда она (Фанни) ехала в Портсмут, ей нравилось называть его домом, приятно было говорить, что едет домой; слово это было ей очень дорого; таким и осталось, только отнести его надобно к Мэнсфилду. Дом теперь там. Портсмут это Портсмут, а дом это Мэнсфилд.

- Нынче все одеты на один лад, и платье мало что говорит о человеке, но… но все же…

- Похоже, ничто не дает уверенности, что супружество будет счастливым!

- Она все время раздражена, что по меньшей мере свидетельствует о дурном воспитании.

Когда две родственных души вступают в брак, замужество сулит долгое счастье. -(А. Коцебу, "Обеты любви").

(Она) не была рабой случая.

- Я делал глупости с открытыми глазами.

— Искусно сочиненная и искусно прочитанная проповедь — ни с чем не сравнимое наслажденье. Такую проповедь я слушаю с величайшим восторгом и уважением... Что-то есть в красноречии проповедника, если это истинное красноречие, что заслуживает высочайшей похвалы и чести.

— Проповедник, который способен задеть за душу слушателей самых разных и повлиять на них, говоря о предметах ограниченных и давно приевшихся в устах заурядных проповедников; который способен сказать что-то новое либо поразительное, что может возбудить интерес, не оскорбляя при этом общепринятые вкусы и не насилуя чувства слушателей, — такой человек и его миссия достойны всяческих почестей.

- Ее (Фанни) не завоюешь добродушием в придачу ко всевозможным любезностям да остроумию или, уж во всяком случае, не скоро завоюешь без помощи понимания, чуткости и серьезного отношения к предметам серьезным.

- Я им говорил, что ты из тех, над кем привычка властвует значительно сильней, чем новизна...

- Хорошо читать его (Шекспира) вслух — это редкий талант.

— Для англичанина он — неотъемлемая часть души. Его мысли, его красоты растворены в самом нашем воздухе, и мы повсюду соприкасаемся с ними, бессознательно их впитываем. Всякий человек, если он не совсем глуп, открыв Шекспирову пьесу на любой странице, тотчас проникнется ее мыслью.

Лишь красота да богатство внушали ей уважение.

— У прихода существуют нужды и потребности, которые могут стать известны лишь пастырю, живущему там постоянно... Он (Эдмунд) знает, что человеческой натуре недостаточно того урока, который она получит во время воскресной службы, и что, если он не живет среди своих прихожан и постоянным вниманием не проявляет себя их доброжелателем и другом, он делает слишком мало и для них и для себя.

- Я не намерен быть бедняком. Я решительно против бедности.

- Стоит кинуть взгляд на самое заурядное творение природы, и сразу находишь пищу для игры воображения.

- Вечнозеленые! Как прекрасна, как желанна, как удивительна вечная зелень! Если подумать, до чего поразительно разнообразие природы!

Он ни разу на своем веку не встречал подобного человека, столь непостижимо нравственного, столь постыдно деспотического...

— Я разочарована, — тихонько сказала Фанни Эдмунду. — Не такой я представляла домашнюю церковь. Нет в ней ничего, внушающего благоговенье, ничего печального, ничего величественного. Здесь нет боковых приделов, нет арок, нет надписей, нет хоругвей. Нет хоругвей, кузен, что "развевал бы ветер ночи, дующий с небес». Нет указанья, «под камнем сим шотландский спит монарх». -(Цитир. слова Вальтера Скотта и Роберта Бернса).