Отзывы о книге Nineteen Eighty-Four

Я оказалась совершенно не готова к столь глубокому разочарованию. Я честно стремилась хоть за что-нибудь уцепиться в этой книге, но увы. Мне не понравился сюжет, раздражала его подача, доводил до тошноты Гг-ой. В каждой антиутопии должно быть нечто такое, что заставит читателя поверить хотя бы в гипотетическую возможность реализации написанного. Нет, Оруэлл довольно неплохо прописал механизмы современных политтехнологий, плоды деятельности которых мы имеем возможность наблюдать сейчас весьма наглядно. Проблема в том, что ничего нового он не сказал даже для 40-х годов прошлого века. Бросилась в глаза ненависть автора к Советскому Союзу. Даже не ненависть, а некий панический ужас перед закрытым государством, о котором он вообще ничего не знает, кроме того, что там однажды свершилась совершенно ужасная и неправильная революция, а потом эти несчастные обманутые пролы довольно дружно выиграли самую кровопролитную войну в истории человечества. У меня сложилось впечатление, что Оруэлл воспользовался одним из самых распространенных способов борьбы со страхами – он просто выплеснул его на бумагу. Дети в таких случаях рисуют мифических чудовищ, а сей прославленный муж создал Океанию… Глава, в которой наш Гг-ой читает книгу Гольдштейна (так я и не поняла, то ли Ленин, то ли Троцкий скрывается за этим образом), нагнала на меня страшную тоску и воспоминания о конспектах марсизма-ленинизма, который во время моей учебы в ВУЗе уже вроде бы и отменили, но совсем отказаться еще не могли, поэтому этот кошмар так и кочевал из одного предмета в другой… Было удивительно, что в книге Гольдштейна вообще не нашлось ни одной новой мысли. Там автор собрал в кучу все те идеи, что были разбросаны по тексту чуть раньше. В финале, собственно, то же самое. Если не пытаться заниматься анализом прочитанного и не проводить никаких аналогий, то история до банального скучна – лично для меня не оказалось ни одного неожиданного сюжетного поворота, стандартные герои, предопределенный финал. Упорно пытаюсь понять, чем сие творение снискало такую бешеную популярность, но, видимо, мне не дано и это знание. Собственно, то, что из 20-томника собраний сочинений автора мы едва ли сможем перечислить десяток, говорит само за себя. Немного об авторе: Начиная читать, я вообще не знала об Оруэлле ничего, но по мере продирания сквозь текст, перед моими глазами довольно четко стал формироваться его образ. Пришлось воспользоваться старым добрым гуглом, чтобы убедиться в собственной правоте – этакий середнячок, так и не сумевший пробиться наверх, несмотря на якобы недюжинный талант. И вот мы видим мир через призму его жизни в английской колонии, участия в совершенно не нужной ему гражданской войне чужой страны, борьбы с коммунизмом и даже его собственного стукачества. Биография оставила столь же неприятный осадок, что и книга.

Резюмируя все вышенаписанное, признаюсь, что антиутопии, незнание которых сегодня принято приравнивать чуть ли не к безграмотности – это не мое. То ли кожа у меня толстая, то ли мозг устроен как-то иначе, но восхищаться тем, что вызывает отторжение, не могу. Пожалуй, на этом чтение антиутопий я закончу.

Как страшно жить! Именно такие эмоции вызывает книга, и страх этот похлеще того, что пытаются вызвать у нас писатели жанра мистики и ужасов. Оруэлл рассказывает о нашей с вами жизни, о том, как мы все живем и к чему движемся. Удивительно то, что книга написаная уже давно и знакомая так или иначе даже тем, кто ее не читал, остается актуальна и по сей день, практически ничего не меняя в людях. Речь, конечно, не о каждом отдельно взятом прочитавшем книгу, а в целом о людской массе. Ведь немногое изменилось, а кое-что усугубилось. Радует, конечно, что не все и не везде так мрачно и полностью ликвидировать надежду на светлое будущее у Оруэлла не удалось. Но теперь читая историю, я буду думать об Оруэлле и Большом Брате, при виде телевизора я тоже вспомню о Большом Брате, при встрече с соседями я тоже вспомню Оруэлла. Забавно, что когда в книге началась любовная линия, я вдруг почему-то (видимо, напрочь забыв, что читаю антиутопию) уже ждала счастливого финала или хотя бы надежду на спасение, веря что любовь спасет этот мир (при этом, кстати, не веря в любовь героев). Но в мире Оруэлла есть сила посильнее любви... Словом, очень страшная книга!

Шикарно страшная книга. Если возможно такое сочетание. Второй день не могу собраться с мыслями, чтобы написать об этой книге, которая отправлена в любимые и обязательно будет перечитана. Как бывало и с другими книгами сделала массу закладок, но скорей всего не воспользуюсь ни одной ибо практически вся книга это цитата. То, что в 1949 году было написано как фантастика и предупреждение будущим поколениям к чему может привести власть ради власти, в начале следующего века не менее актуально, чем тогда. И самое страшное, что некоторые не то, что не учатся на истории чтобы не повторять ошибки и не втягивать страны в бесконечные войны "Война это мир", берут книгу Оруэлла за образец как выстроить идеальное общество "Свобода это рабство", в котором люди будут послушной биомассой, будут беспрекословно слушаться и любить Старшего брата ибо будут знать только то, что партию посчитает им сообщить и будут жить только сегодняшним днем "Незнание это сила". Один из моментов на, котором хочется остановиться – это две минуты ненависти и неделя ненависти. Со всех телекранов показываются те кого надо ненавидеть, рассказывается об ужасах, которые они творят. И никто не знает правда это или вымысел, но все в это ВЕРЯТ и тоже вслед за телекранами кричат проклятия и слова ненависти, впадают в яростный раж. Неужели это ничего не напоминает, все то говно которое зачастую льется с наших телеэкранов, когда ведущие или кто-то стоящий над ними решают кого должен ненавидеть народ (пролы), как кого-то обозвать, унизить и оскорбить. Люди задумайтесь, за вас решают другие, а вы только слепо верите. В принципе и любая религия построена на этом же, когда паства слушается своего поводыря. Второй момент, тотальная слежка и доносы. Из века в век ничего не меняется. Общество как наступало на эти грабли, так же продолжает и наступать. Самое страшное когда дети предают родителей, а родители детей. Но взять ту, же библию, не помню уже кто должен был во имя любви к богу принести в жертву своего сына, не оттуда ли истоки предательства близких людей. Переписывание истории. А мы люди живущие сейчас на планете Земля уверены в том, что наша история не переписывалась. Я вот не уверена, ибо в СССР она 100 % переписывалась, да думаю и в Имперской России, и в других странах мира (Англия, Франция, США) было так же, очень много не стыковок в исторических эпохах. Слишком много остается белых пятен, которые пока остались не заполненными. Но есть институты, которые работают над этими вопросами и лет через…. мир может увидеть совершенно другую историю. Восстанут ли когда-нибудь пролы. Восстанут, партия состоит из живых людей, и не смотря на весь их фанатизм, преданность и все остальное, появится человек с измененным геном (ошибка природы) и тогда все может пойти совершенно другим путем. Пытки, унижения и оскорбления. У кого-то в отзыве читала, что книга не похожа на СССР. Посоветую просто прочесть книгу Ивана Багряного "Сад Гетсиманский". Там великолепно показано как в НКВД ломали человека: физически – побоями, пытками, карцером; психологически – унижая, оскорбляя человека, превращаю его в животное. И все ради того, чтобы чувствовать свое превосходство над кем-то. Поэтому в эту часть книги верю. Еще раз напомню книга написана в 1949 году. Оруэлл предсказывает, что к 1984 году останется три страны, основой которых стенет: США, Россия и Китай. Да сейчас не 1984 год, а 2014 (15) – 30 лет разницы, но именно эти страны занимают ведущее положение в мире. Именно эти 3 страны могут устроить передел мира, и самое страшное, что уже устраивают. Страшнее всего оказаться на пограничной территории, когда тебя будут рвать и топтать, ради своей крутости и опять же игры мышц перед своим народом, который давно уже просто биомасса, которая ничего не решает.

ФАНТАСТЫ пожалуйста очень хорошо думайте когда пишите книги, создайте выдуманный мир в котором будет царить гармонию и счастье и тогда может вселенная услышит нас. И фантастика середины ХХ века е станет реальностью ХХІ века.

То, что могло случится с нами. То, против чего восстает Природа. Тотальный контроль и полное подавление воли, мыслей, желаний, эмоций, чувств - всего, что делает нас людьми. Теперь нет личности, нет отдельного человека. Только Партия, состоящая из клеток - людей.

Если ты мыслишь не так, как все, ты болен. Тебя нужно вылечить. Сначала мы покажем, как ты должен мыслить. Не лги нам, мы знаем все твои мысли. Хочешь обмануть сам себя? Ничего не выйдет. Следующий этап - принятие. Партия вечна. Партия - всегда. Ничто не уничтожит ее, саморазрушение ей не грозит. Партия - жизнь. Ты чувствуешь? Ты понимаешь? Ты перерождаешься. Теперь тебя не существует. Есть лишь клетка огромного организма - Партии. И существование этой клетки уже подходит к концу...

Есть книги после которых хочется жить. После этой нет желания даже умирать достойно. Есть те, что побуждают к решительным действиям. Эта вызывает тупое обездвиживающее чувство омерзения. Многие заставляют задуматься, переоценить некоторые вещи, пересмотреть взгляды. От этой книги мозг самопроизвольно включал блокировку «Не думать, не думать!». Книга бесконечно правильная, страшно прозрачная, настолько очевидная, что необходима недюжинная сила воли, чтобы ее читать. Дело не в страхе смотреть правде в глаза, дело в осознании собственного бессилия что-либо изменить. Потому и отрицаешь всем существом безаппеляционность заявлений, утрированную, но оттого ничуть не менее жуткую истину. И один вопрос пульсирует в голове «Зачем?». Ну зачем мы роем этот котлован, зачем хороним заживо в себе все человеческое, почему не противостоим, не боремся, не выуживаем из себя все лучшее, чтобы в ростке погубить злость, жадность, жажду власти, зависть. Слабость? Возможно. Ведь пойти на поводу инстинктов и собственных желаний куда проще, чем изо дня в день неустанно бороться со всем тем, что может причинить боль другим.

У всех есть что-то, что для них хуже всего на свете. И по иронии судьбы мой страх в точности совпал с главным страхом Уинстона. Когда я только увидела слово «крысы» руки автоматически сами закрыли книгу. Потребовалось немало времени, самоуговоров и силы воли чтобы преодолеть эту главу. И если на протяжении всей книги чувство физической тошноты не проходило, то здесь накрыло омерзение и парализующий страх перед будущим. У всех есть то, чем их можно сломать, но все тот же вопрос «зачем?».

Я не хочу петь оды идеальному миру, построенному на справедливости и равенстве, я не буду говорить о сказке и верить в невозможное. Просто давайте остановимся. На одну секунду остановимся и зададим себе вопрос «А стоит ли оно того? А буду ли я счастлив, упоенный собственной властью, перешагнувший тысячи трупов, топчась сапогом на чужом лице, обладающий поразительной мощью и силой, но лишившийся всего человеческого?». Я – нет. Очень хочется верить, что никогда не наступит момент, когда я смогу ответить иначе.

Кто страдает в этом мире? Те, в ком чего-то не достает? Нет. Те, в ком есть что-то, чего в них не должно быть. Айн Рэнд

Страшно жить в мире где не осталось светлых чувств, и не просто не осталось, а они караются и истребляются. Страшно быть преданным собственным ребенком, мужем, другом. Страшно никому не верить. Страшно быть круглосуточнопод наблюдением. Страшно засыпать по ночам, т.к. во сне можно сказать что-то неправильное. Страшно жить, зная, что ты обречен. Страшно не помнить. Страшно быть одному против системы - она уничтожает...

Страшно.

Я уже давно решила, что прочту эту книгу. У меня все не доходили руки, но меня никогда не покидало твердое убеждение, что это все же случится. Хоть я и не была до этого знакома с жанром антиутопий. Она страшная. Потому что, несмотря на то, что сегодня используются другие методы манипулирования людьми, это реально. В нашей стране, пусть и не в таком масштабе, было подобное. Ведь тогда мы допустили, что у людей отняли все незыблемые свободы: начиная от права на жизнь, заканчивая свободой слова, ведь докладывали же сын на отца и сосед на соседа, ведь было же, что основная масса жила в постоянном страхе, и ведь любили партию, искренне любили и хранили портреты вождей под подушкой - значит, можем допустить вновь. Но дело даже не в этом. Оруэлл, независимо от того, какие цели он преследовал, показал черты всех форм общественного и государственного устройства: рабовладельческого, теократического, капиталистического, социалистического и т.п. Ведь где не так? Где не чем больше у тебя интеллект, тем меньше интеллектуальной свободы тебе предоставляется, где на человека не пытаются оказывать влияние со школьной скамьи, где, в конечном счете, цель репрессий — не репрессии, цель пытки — не пытка, цель власти — не власть? Должна сказать, мне до последнего момента хотелось, чтобы в конце концов наступила революция и восстановилась свобода и справедливость. Это все мой идеализм)) Если в начале я думала, что буду советовать эту книгу всем, и считала, что ее должны прочитать все люди, которые умеют это делать, в финале я не пожелала бы ни одному человеку того, что испытала сама. У меня не такой уж и богатый читательский опыт, но могу сказать, что что-то примерно подобное я испытывала только при прочтении Стругацких "Трудно быть Богом", и то... у них то справедливость и всеобщее счастие наступит, пусть в далекой перспективе,пусть через тысячу лет, но все же... Я, помню, в середине истории боялась, что книга закончится чем-то вроде: на него смотрел портрет СБ, шел 2984 год или что-то т.п. Но кончилось все тем, что "Он любил Старшего Брата" и это едва ли лучше... Мне было очень плохо. Я думала, что сойду с ума или поседею за эту ночь, читать я закончила в 4 часа утра, заснула в 8 - на пол часа. И еще, у меня не было никаких фобий, а ТЕПЕРЬ Я НЕНАВИЖУ КРЫС и вздрагиваю при всяком упоминании о них.

Как сделать человека послушным исполнителем? Извратить его понятие обо всем: мыслях, чувствах, отношениях, понятиях. Шаг 1. Ограничить человека в доступе к продуктам и предметам первой необходимости. Заставить его постоянно испытывать легкое чувство голода (даже после того, как поест какую-то бурду, называемую едой); носить униформу несколько лет к ряду; бриться тупым лезвием; не иметь личных вещей, безделушек, так радующих взор и создающих атмосферу тепла и уюта. Шаг 2. Ни где и ни с кем человек не должен чувствовать себя в безопасности! Даже в собственном доме (мой дом — моя крепость?!) он должен находиться под неусыпным контролем. Даже здесь он не сможет расслабиться и быть собой, даже во сне он должен контролировать мысли и чувства! Шаг 3. Лишить его прошлого, истории, корней. Извратить понимание семьи, любви, дружбы. Сделать его одиноким в толпе. Оставить без доверия. Шаг 4. Всех уравнять. Человек не гениальное творение природы, не индивидуальность, наделенная своими особенными качествами, а один из миллионов винтиков в машине государства. Шаг 5. Никаких личных целей, свободы выбора, духовного и интеллектуального развития. Разрушенная Пирамида Маслоу в чистом виде. Но самое страшное, когда человека хотят лишить его внутренней свободы. Всегда можно приспособиться к внешним лишениям, ограничениям, но быть свободным внутри. Точно знать, что дважды два равно четыре, а не пять, что Земля вращается вокруг Солнца, а не наоборот; что существует любовь; что есть надежда, надежда изменить окружающий мир. Что останется от человека, если и это у него отобрать?! Призрак, тень, оболочка?! Это одна из самых страшных книг, прочитанных мной.

Книга пронзительная! Никогда не любила книги, связанные с политикой, но эту нельзя не прочитать! Она произвела пугающее и даже такое двойственное впечатление - когда и страшно и противно читать дальше, но и оторваться не можешь. Сначала мне показалось, что автор пишет этакую пародию на советский сталинский режим (Сталин - Большой брат). Но потом это чувство пропало - автор доказывает, что это может случится в любой стране и в любое время, если вдруг создастся партия, которая убедит обычных людей ("пролов", по Оруэллу), что ИДЕЯ - выше Бога. Догматы ангсоца, изложенные в довольно скучное канцелярско-офисной манере, читаешь тоже, затаив дыхание. Герою сочувствуешь. До конца книги не известно, что стало с героиней, которая пошла против партии, и тайно хочешь, чтобы автор об этом умолчал - страшно.

Эта книга будет актуальна в любое время и в любой стране. Стоит прочитать и усвоить раз навсегда ужас тоталитарного режима... Это когда везде стоят экраны и за тобой наблюдают. Это когда ты не уверен, что твои мысли не читает сейчас партия. Это когда ты вынужден делать все, что делает толпа, чтобы не показаться подозрительным. Это когда прошлогодние новости переписываются под требования партии. Это когда человек готов сознать во всем, чего он не совершал, даже в том, что дважды два пять, лишь бы его не наказывали.

Подлинным их оружием был безжалостный многочасовой допрос: они путали его, ставили ему ловушки, перевирали все, что он сказал, на каждом шагу доказывали, что он лжет и сам себе противоречит, покуда он не начинал плакать — и от стыда, и от нервного истощения. Случалось, он плакал по пять шесть раз на протяжении одного допроса. Чаще всего они грубо кричали на него и при малейшей заминке угрожали снова отдать охранникам; но иногда вдруг меняли тон, называли его товарищем, заклинали именем ангсоца и Старшего Брата и огорченно спрашивали, неужели и сейчас в нем не заговорила преданность партии и он не хочет исправить весь причиненный им вред? Нервы, истрепанные многочасовым допросом, не выдерживали, и он мог расплакаться даже от такого призыва. В конце концов сварливые голоса сломали его еще хуже, чем кулаки и ноги охранников. От него остались только рот и рука, говоривший и подписывавшая все, что требовалось. Лишь одно его занимало: уяснить, какого признания от него хотят, и скорее признаться, пока снова не начали изводить.