Цитаты из книги Птицы

Убежденный холостяк, я понял, что потерял самого близкого друга, готового теперь погрязнуть в мелочах семейной жизни.

Богохульство для одного столетия становилось священной истиной в следующем, а ересь сегодняшнего дня – убеждением завтрашнего.

Жизнь жестока, потому что жестока и не знает жалости сама природа.

Чайки определенно держали курс на ферму. Они кружили гораздо ниже, и черноголовые были впереди. Черноголовые возглавляли атаку. Значит их цель - ферма.Туда они и летят.

- Ну как вам это все нравится? В городе ходят слухи, что это русские виноваты. Окормили птиц какой-то отравой. - Каким образом? - Почем я знаю! Кто-то сболтнет и пошло.

Молодежь при встречах больше всего любит говорить о том, что ей знать не положено.

Самое счастливое время - что может быть лучше Рождества? Что может сравниться с мирными радостями домашнего очага?

У меня сжалось сердце от его веры в Анну, от преданности ей, пронесенной через годы.

Религиозные вероучители расходились в попытках обосновать различие между добром и злом: то, что одному представлялось чудом, другой считал черной магией. Пророков побивали камнями, но та же участь ждала и колдунов.

То, что в одну эпоху объявляют богохульством, становится святым речением в следующую, а сегодняшняя ересь может завтра превратиться в церковный догмат.

«Сегодня любой человек способен купить билет на самолет и почувствовать себя хозяином небес. Пусть так, но он никогда не ощутит ни выступа скалы у себя под ногами, ни ветра, бьющего в лицо, не познает он и тишины, которая нисходит только с вершин».

Я забыл, как целительно может быть
одиночество.

...покажут и тела в их истинном виде. Вот в чем разгадка. Синие линзы показывают только головы....

Наверху, в спальнях, все было тихо. Ни скрежета, ни стука в окно. Затишье в ходе битвы. Перегруппировка сил. Так это, кажется, называлось в сводках военных лет? Ветер, однако, не успокоился. Нат слышал гул ветра в дымоходах, слышал, как море бьется о берег. Скоро начнется отлив. А может, дело в приливах и отливах? Может, затишье наступило как раз в связи с отливом? Птицы подчиняются какому-то закону — и, наверно, свою роль тут играет восточный ветер и чередование приливов и отливов.

«Такая же, как все, — подумал Нат, — ни до чего нет дела. Может, ей целый день звонят, надоедают. А ей охота вечером пойти в кино. Повиснет на каком-нибудь парне и будет ахать: „Ты только посмотри, сколько птиц!“ Ничем такую не проймешь…»

Горы очень требовательны. Им надо отдать все.

Никто из тех, кого позвали на Монте-Верита, обратно не возвращается.

Помню, что меня охватила глубокая тоска, и я впервые увидел себя со стороны – никчемного, заурядного человека, много и без особой цели разъезжающего по миру, занимающегося ненужными делами с такими же никчемными людьми только для того, чтобы быть сытым, одетым и всю жизнь жить в комфорте.

Её нельзя было понять, как музыканта, родившегося в весьма заурядной семье, или поэта, или святого.

Богохульство в одном столетии - святое речение в следующем, а сегодняшняя ересь завтра становится непреложной истиной.

— У меня странное чувство, будто тебя прислала сюда Анна.

— Может быть, — сказал я. — Либо Анна, либо то, что ты называл моей горной лихорадкой.

— А это разве не одно и то же?