Моэм жил в колониальной Британии, в те времена бытовала пословица - "Солнце не заходит над Империей никогда"- так много земель было захвачено небольшим островным государством... Но, проведя много времени в колониях, писатель, как никто, понимал- какие же разные люди поработители и порабощенные!
Сухие, чопорные, холодные англичане, рабы условностей и светских правил- и племена азиатов- наивные и простые, как дети, но в то же время дикари, со своими племенными обычаями и нравами... Их развратили европейцы- они узнали цену деньгам и виски; тем сложнее складывались отношения с ними англичан на местах.
Характерный пример хороших в целом отношений белого чиновника и туземцев показан в рассказе "Макинтош". Не каждый белый поймет местных и научится общаться с ними без потерь и обид с обеих сторон, искренне полюбит эти земли, их климат и людей, их населяющих.
Чаще англичане, привыкшие к холодным ветрам и туманам родины, мучаются тут: 100% влажность, жара, москиты, отсутствие интересного общества... Моэм писал в предисловии, что местный климат сводит с ума. Такими же непонятными и раздражающими оказываются туземцы...
Эти мучения и столкновения двух рас и показаны Моэмом в его "гавайских рассказах".
А ведь сталкиваются еще между собой и сами белые- такие разные- кто-то перенимает чужие обычаи, кто-то дорожит светскими привычками... Это различие- и в "Макинтоше", и в "На окраине империи" приводит к трагедии...
В рассказе "Заводь" сталкиваются два мировоззрения- туземцы и влюбленный в местную девушку англичанин.
Народы, населяющие здешние места- просты и диковинно прекрасны, как и окружающая природа: гибкая нагая девушка с красным цветком в волосах свободно плавает в прохладной заводи; она- часть природы как будто- прекрасна и простодушна... Ее видит англичанин и влюбляется без памяти. И женится на ней- а значит, и на всей ее родне...
Он слабоволен, великодушен, любит ее больше жизни - а она- как природа: прекрасна, но равнодушна и жестока. В общине понимают только силу и власть денег- туземцы уже испорчены белыми... Конец трагичен, разумеется...
Героям Моэма остается либо спиться, либо покончить с собой ( "За час до файф-о-клока", "Макинтош" , "Заводь" и др.).
Вообще, "Гавайские рассказы" Моэма сильнее воздействуют на читателя, чем многие его другие произведения.

Люблю Моэма и этот сборник очень понравился, да и просто попал в настроение. Красивые, тонкие рассказы, как акварельные зарисовки. Яркие нотки экзотики, прекрасные описания островов, природы.
Но в первую очередь это истории о людях, их судьбах, иногда счастливых, иногда трагических, в чем-то поучительных.
Все рассказы зацепили, но особенно выделю два - Рыжий и Дождь.

Я всей душой люблю произведения Моэма - но этот сборник прошел мимо меня. Вся тропическая тема с туземцами меня в целом никогда особо не интересовала, но было интересно как данный автор об этом напишет. Все истории немного похожи друг на друга. Основной везде является приезд людей из Англии / Америки на острова к туземцам. Кто-то принимает новые обычаи, кто-то пытается навязать свое. 

Так же много темы любви, много какой то грусти и печали. 

Все эти рассказы у меня слились в какую то кашу, напоминали почему то другие произведения которые я читала. 

Действительно мне понравилось два рассказа - «Падение Эдварда Бернарда» и «Заводь». 

У автора получилось передать жару, мошек и бриз океана. Все таки Моэм великолепный писатель. Просто сама тематика рассказов и  их сюжеты прошли мимо меня. 

Я точно не жалею о прочтении данного сборника так как он открыл для меня автора с новой стороны. 

Лучшее в Моэме - это та легкость, с которой он пишет о сложных вещах. Рассказ о подающем надежды молодом человеке, который отринул светское общество, мог бы стать назидательным, поучительным, морализаторским. С другой стороны, вышла бы прекрасная комедия. А может быть драма? Ведь все элементы в наличии: оставленная невеста, верный друг, порочный наставник и сбившийся с пути молодой человек.
Автор усмехнулся, взял всего по капле, разбавил английской иронией и получилась легкая, берущая за душу история.
Проблема соответствия обществу и его запросам не изобретение XXI века. Главные герои рассказа делают выбор следовать его установкам или отринуть их.
Один человек совершает поездку в далекие края, чтобы узнать почему его друг, жених прекрасной женщины, не желает возвращаться в лучах славы на родной берег. Встретив его, Бэйтман Хантер с ужасом понимает как далеко теперь Барнард от идеалов "настоящего мира".
Хитрец Моэм не позволяет читателю окончательно встать ни на чью сторону. Конечно, Эдвард вызывает больше симпатий. Все же его жизнь чуточку честнее, чем у его невесты или бывшего друга. С другой стороны, нет ли в действиях бывшего ловкого дельца излишней расслабленности?
Боюсь, в этом виновен остров, а не дядя бывшей невесты. Цветы и море, бесконечная красота, не заслуживающая стать добычей предпринимателей...
Такое стоит суеты большого города.

Моэма к стыду своему до этой книги не читала.
Но думаю, что исправлю это обязательно.

Вообще я не очень люблю сборники рассказов - мне в них всегда чего-то не хватает.
Но Моэм - это нечто особенное.
Рассказы, между собой несвязанные, плавно перетекают один в другой, окружная читателя прочной паутиной любви к островам, к их колориту, к их странным жителям.
Чужаки и местные, воры и герои, океан и острова, честь и слабости - у Моэма в каждой истории есть нечто поучительное и цепляющее.
И конечно магия островов! Наверное нужно быть немного гением, чтобы смочь на бумаге написать так, чтобы околдовать этим далеким и диким миром! У Моэма это получилось!

Можно было бы сказать, что Эдвард - красавчик, а повесть - о настоящем счастье и условности общественных норм, если бы этот "красавчик" несколько ЛЕТ не морочил голову девушке. Которая считалась помолвленной, строила планы и никого не искала взамен. А учитывая девушку, Эдвард - просто слабохарактерный подлец, который все решения перекладывает на окружающих и судьбу. Не встреться ему "дядюшка", он бы там и загнулся на Таити. Случишь что с дядюшкой - он загнётся также. Так себе муж для дочери, дядюшке стоило бы пораскинуть мозгами. Впрочем, наверное, у полукровки могут быть сложности с браком в обоих народностях, а этим - легко управлять.

История написана легко и хорошо.

Новогодний флэшмоб 2025: 5/35.

Величайшее счастье и глубочайшее горе разделены лёгким трепетом листа.

Шикарно. Блистательно. Великолепная жемчужина творчества Сомерсета Моэма. Шесть небольших рассказов, читая которые я не находила слов, чтобы описать их смысловую и словесную силу на фоне невероятной полинезийской красоты. Я делала перерывы в чтении, потому что от избытка эмоций могла лопнуть и рассыпаться цветами из гавайского венка. Особенно разорвали моё сердце рассказы «Рыжий», «Заводь» и «Дождь». От первого я плакала, второй распотрошил на мелкие кусочки, от последнего меня до сих пор трясёт.

Интересно отметить, что Моэм мастерски держит баланс, перемежая кровавые рассказы о побоях, бесконтрольной выпивке и смертях описаниями настолько красивой в своей первозданности природы, что я замирала с книгой в руке. Закрывала глаза и рассматривала Тихий океан, пленялась рассветами и закатами под журчание воды и туземский смех. Наполнялась приятным теплом полинезийского солнца, пока не сменялся сезон, и бесконечный дождь не пугал меня, заставляя очнуться в суровой снежной реальности января.

Есть в этих рассказах ещё и нечто магическое. Природа заколдовывает персонажей. Они растворяются в её бесконечном созерцании и безделье или от иррационального липкого страха стараются как можно быстрее оттуда сбежать. Зачастую у них получается только обменять жизнь на смерть. Острова не готовы отпускать.

И каждый рассказ забирается внутрь, рассиживается там, устраивается поудобнее. «Макинтош», скорее, сюжетный, печальная история управления туземным островом. «Падение Эдварда Барнарда» первым открыл мне гипнотическую красоту Полинезии. «Рыжий» это история юности, любви и чистоты, с годами увянувшей и выброшенной за ненужностью в океан. «Заводь» страшен своей безысходностью. На «Гонолулу» можно сделать перерыв и послушать таинственную историю с неожиданной концовкой. Чтобы подготовиться к бесконечному «Дождю». Яростному и буйному наставлению на путь Христа вопреки.

Сомерсет Моэм гений, который всегда, каждой своей книгой одевал меня в ярчайшие эмоции. Но этот маленький сборник рассказов превзошёл даже мои самые смелые ожидания. Настоящий, неотвратимо красивый шедевр.

«Дощ» - це про те, що я люблю: розкриття людських якостей та почуттів у замкненому просторі. Дві подружні пари подорожують до одного з островів Океанії. Макфейли – звичайні британці, чоловік – лікар, дружина – його тил. А от Девідсони – місіонери, вони вже не новачки у цих місцях, вже багато років вони несуть слово Боже невдячним тубільцям. Через спалах кору на острові, де мала буди пересадка, всі тепер вимушені очікувати тут кілька карантинних тижнів. Умов – жодних, компанія – лише ці четверо та одна ж пасажирок 2 класу, міс Томсон. Звісно, 2 клас – то не відповідне середовище, а тим більше, що Седі – не хто інша як повія, яка втекла від поліцейської облави. З мого враження, Макфейли спілкувалися із Девідсонами скоріше вимушено, ніж через задоволення, бо місіонерський пил останніх не викликав захоплення. Згадувані у розповідях містера Девідсона засоби навертання нових вірян специфічні. Шантаж, штрафи, примушення… Чи дійсно саме так має проваджуватися «релігія любові»? Тому для мене не було дивиною, що містер Девідсон взявся за бідолашну дівчину мертвою хваткою. Ідея повернути її на правильний шлях – стала його метою на ті дні, що вони проводили під постійною зливою, адже на острові почався сезон дощів. Так само як лютує природа навкруги їхньої домівки, вирують людські емоції в її середині. Релігійний фанатизм містера Девідсона підноситься на наступний щабель кожен раз як поступається міс Томсон. Його відчуття рятувальника душ, почуття влади майже досягнуло вершини і останній крок, апофеоз і тріумф - завтра Седі відправиться у подорож для спокути своїх гріхів… Але… але…

Фінал мені сподобався. Просто тому, що я не люблю фанатиків, не люблю тих, хто прикриваючись добром, несе зло, хто задля «великої мети» принижує, пригнічує, топче інших. Хто, несущі любов, виявляється бездушним.