Premier amour

У нас дома стоит библиотека в которой около тысячи книг и половина является Собраниями Сочинений. Есть такие, что зачитаны до дыр - Конан Дойль уже откровенно разваливается, в Бальзаке я все время нахожу закладки, а вот Тургенев трещал при открытии... Эти книги никто не читал, а им уж больше 50 лет. Мне стало и обидно и стыдно, потому что одной из любимейших книг школьной программы являются "Записки охотника".

Есть что-то в повествовании Тургенева, что мне так нравится. Какое-то не торопливое действо, не обремененное особо большими описаниями, все всегда к месту и без излишков. Характеры приятные разные, даже если шаблон и затесался, то и он не совсем простой. В "Гнезде.." мне очень понравился Федя. Вот как сразу про детство его рассказали, понятно стало, что он рожден чтобы бороться с жизнью и ничего просто так у него не сделается. И вроде грустно все это, да опять же жизненно. И финал какой-то пустой, но впечатления в сердце остались.

Надо и дальше с хрустом открывать томики книг Тургенева. Негоже 54 года без дела стоять.

Очень рада, что мое знакомство с Тургеневым началось не с "Муму", иначе оно наверняка на этом произведении и закончилось бы.

Аннотация сразу раскрывает карты романа и не оставляет надежды на счастливый конец: читатель знает, что речь пойдет о несбывшейся любви. Но тем не менее, очень интересно наблюдать как в персонажах зарождалось это чувство, почему черт возьми не суждено ему стать сбывшимся. Отдельно хочется похвалить то, как автор погрузился в бэкграунд главных героев: мы становимся свидетелями их жизни с определенной точки, но получаем краткий экскурс в прошлое, для того чтобы понять, как они докатились до жизни такой, почему влюбились именно друг в друга и почему это не сработало. Вообще мне показалось, что Тургенев в этой истории очень трепетно относится к героям, с большой нежностью и чуткостью обрисовывает их черты, раны и мысли. Не проникнуться переживаниями просто невозможно, даже если не разделяешь их взгляды на жизнь. А какие интересные второстепенные герои! Автор уделил им должное внимание, каждый раскрывается со своими причудами, особенностями, мотивами. Очень тронул Лемм.

Сняла звезду в оценке из-за финала. Конечно, я не ждала хэппи энда, но для меня всегда очень... досадно, мягко говоря, когда герои выбирают идти по жизни с максимальными страданиями под девизом "мы так любили, но пожертвовали во имя...". Будто если не страдал по жизни, то и жил неправильно. И ведь часто то, во имя чего герои рушат свою жизнь или жертвуют собой, не стоит выеденного яйца. Звучит цинично и категорично, на деле же (и тем более в жизни, если проецировать ситуацию героев на реальных людей) конечно всё сложнее. Но в данном случае, есть едкое послевкусие от того, что герои сами отчасти выбрали безрадостную развязку событий. Не поняла я ни героя в его выборе, ни героиню. А так хотелось для них счастья.

Слушала в исполнении Владимира Левашёва.

Любопытный психологический роман. Весь сюжет построен на тех приличиях и условностях, которые люди практически перестали соблюдать. Это, с одной стороны, исключает осовремененные толкования и попытки переноса в нашу действительность, делая роман чистым, незамутненным атрибутом века XIX. С другой стороны, оторванность от современности делает роман более цельным, более самодостаточным, почти документом эпохи, образцом нравов. А если более человечно, то борьбу со смущением никто еще не отменял, поэтому бесценна именно авторская интерпретация реакции Лаврецкого на то, что все знают и все говорят (в том числе и ему самому) о грехопадении его жены.

Судя по отзывам современников, всех впечатлила Лиза. Гончаров дулся на Тургенева, так как обдумывал схожий сюжет, Достоевский говорил, что образ ее удачен. Черств я и сух, но что-то ничего в ней не задело меня – просто цветущая девушка, рядом с которой главный герой подумал, что не все еще кончено, что возможен в жизни и второй шанс. Тургенев пытался избавить Лизу от схематичной функциональности, добавлял щедрой рукой подробности, выписывал биографию и склонности, однако ж это не вполне удалось.

Второстепенные персонажи хороши, что тетушка с приживалкой, что хозяйка дома Калитиных, что жена Лаврецкого. Паншин и Лемм усложняют это рагу нотками грусти и приспособленчества. Паншин в этом плане вообще хорош. Не знаю, чем уж так насолили Тургеневу государственные мужи, однако он оттоптался по ним сильно, мощно, с огоньком. Весь Паншин какой-то скользкий, слащавый и никакой. И вместе с тем несет удивительно знакомую чушь – все это в очередном изводе было очень популярно в России в 90-е, во втором издании капитализма. Его слова про то, что нужно просто создать правильные общественные институты, а потом дело само пойдет, можно вырвать из контекста и использовать для троллинга представителей определенной экономической школы. Лемм же просто грустен и мил, продолжая линию автора (явленную в повестях) на некоторую романтизацию немцев, этаких мечтательных тюфяков, предающихся страстям и пускающим слезу от бурной музыкальной фразы.

Лаврецкий же, этот белый цисгендерный мужчина с необоснованными привилегиями, автору откровенно удался. Его взлеты и падения, его мужицкая кровь, его обращение с падшей женой, его надежда, легкая трещина в броне – все это подано автором как-то подозрительно естественно, так естественно, что начинаешь подозревать наличие соответствующего личного опыта у автора.

Обстоятельства и нормы изменились, характеры остались. Поэтому читать этот отточенный литературный русский удивительно приятно.

Из всего творчества Тургенева я читала только Муму, которая мне не понравилась. У нас всегда были собаки и для меня финал был зверством. Каждый раз при столкновении с автором в памяти всплывала несчастная собака и произведение благополучно исчезало из моего поля зрения.
Дворянское гнездо это рассказ о людях, которые не смогли стать счастливыми. Поколение за поколением и у всех богатое, но жалкое существование. Каждый находил для себя утешение и мелкие радости, но по сути лишь создавал иллюзию.
Из героев мне никто не понравился. Это не те персонажи, которыми можно восхищаться. Местное общество, настроения людей, характеры, образ и обстоятельства жизни описанные автором рисует полную картину событий. Закрыв книгу у меня не было вопросов, только лёгкая грусть из-за отсутствия счастливого конца.
Осуждать никого не хочется, да и не стоит. Они жили в том, что дало им их гнездо. Семья играет основную роль в становлении личности. На что смотрели дети в детстве, тем и стали. На Лаврецкого повлиял отец с теткой, а на Лизу религиозная няня. Могли они изменить свою жизни? Нет, потому что не умели.
Со временем возьмусь и за другие произведения Тургенева.

В начале романа при представлении семьи Калитиных и их друзей полезла смотреть, не перепутала ли роман. Очень похоже на прочитанного год назад "Рудина" и другие классические русские романы. Глуповатая и ленивая барыня, не обременённая думами о хлебе насущном. Похоже, что возле каждого большого помещичьего семейства крутились полуприживалы, подобные Гедеоновскому. Почему полуприживалы? Спят у себя дома, а кушать и распространять сплетни ходят по соседям. Фамилии персонажей "Рудина" начисто выветрились, но и там были спорщик, хлыщ и прочие. Приезд Лаврецкого смазался.
Несколько глав о четырёх поколениях Лаврецких - это настоящая семейная сага в миниатюре и самая интересная часть книги. Биография Лизы не так блестяща, сама тусклая Лиза до конца повествования не высветилась.
Сплетник Гедеоновский, дилетант Паншин, музыкант Лем - все затмевают главную пару и их чувства.
Правильным решением было сперва слушать спектакль, а потом аудиокнигу, сверяясь с текстом. Актёры расцветили роман, а режиссёр умело сократил его. Удача, что он убрал сентиментальнейшую бредовую сцену вымаливания прощения.
Примой спектакля и романа в целом для меня стала Марфа Петровна. Тургенев наделил её яркими речевыми характеристиками и житейской мудростью. В отличие от Лаврецкого и Лизы, старушка - цельный персонаж. Даже шумливый спорщик Михалевич своими эпитетами "байбак", "скептык" и "цынык" затмил слабохарактерного Лаврецкого.
Не понимаю, что в Лизе нашёл петербургский хлыщ Паншин. Да в столице у него 150 таких Лиз и ярче. Мария Дмитриевна уцепилась за хорошую партию для дочери, но неужели он не понимал, где столичный свет и где Лиза.
Варвара ни в чём не уступила своему отцу, а даже превзошла его. Только жизнь испортили никому не нужному ребёнку. Интересно, фельетонист Жюль ошибся нечаянно или намеренно дезинформировал своих читателей ради пиара особы.
Эпизоды с музыкой намного выиграли на сцене. После спектакля по тексту их было намного легче представить.
По нынешним меркам переполошение Лизы не стоит и комариного писка, а Марфа Тимофеевна мыслит современно. Понадеемся, что после ушедшего поколения Леночке с женихом повезёт больше.
Никак не могу полюбить романы Тургенева, а попыток остаётся всё меньше.

Вот люблю я Ивана Сергеевича нежной любовью. Всегда его книги попадают мне в самое сердце. Причем, что мне безумно нравится, ему не требуется масса страниц, чтобы этого добиться. Он такой тонкий психолог, такой потрясающий рассказчик, что диву даешься, как он умудряется в таком небольшом объеме рассказать так много.
Каждый раз, закрыв очередное его произведение, меня накрывает буря эмоций и еще долгое время хожу и перевариваю, анализирую, размышляю. При этом ему совсем не нужно каких-то уж очень вычурных образов, сложных сюжетов и трагедий. Всё крайне жизненно и правдиво. Зато есть о чем подумать. Несколько смущает "грязное белье", в которое нас тыкает носом автор, но, опять же, чего только в жизни не случается. Да и кто из нас без греха?!
Мало того, я даже поностальгировала. Это же потрясающие чувства - первая влюбленность! Такие эмоции никогда не сотрутся из памяти. Неуверенность в себе, ревность, колотящееся сердце, туман в глазах, обожествление предмета своего обожания. И вот тут Иван Сергеевич нам обо всем этом напоминает. Совершенно простая, но в то же время глубокая история. Всем читать!
А какой великолепный язык написания...

P.S. Кстати! Увидела в тексте несколько фраз и сцен, которые вчистую повторяются в обожаемой мною "Неоконченной пьесе для механического пианино" Никиты Сергеевича Михалкова! Хотя, знаю, что фильм снят по Чеховской пьесе "Безотцовщина". Видимо, мой любимый Александр Адабашьян что-то оттуда слизал-таки, хотя информации нигде не нашла :)