Лялин дом

С первых страниц появилось и не исчезало ощущение: "Какая вкуснятина!". Восторг вызывало все - язык, сама праведница (другого слова не подберешь) Медея, живой, вплоть до запахов, Крым - греческий, татарский, русский, украинский, советский.
Семейная сага - не самый простой и популярный жанр, который начинает нравится в возрасте за сорок. Подростки обычно начинают плеваться и засыпают во всем этом.
Во второй половине все сильнее понимаешь, что это женский мир, в котором мужики нужны только для того, чтобы героиням было не скучно. Поэтому Медея с сестрами, племяницами и даже подругой - живые и разноцветные, а вот братья, племянники, мужья, зятья и прочие Бутоновы, пусть не картонные, но вполне себе деревянные.
Тем не менее, начитавшись благодаря списку 200 книг BBC, разных эталонных женских романов, хочу сказать что всяческим Бронте и Остен до Улицкой далеко.

Тяжело писать отзыв на понравившуюся книгу - одни восторги - ругать намного легче).

Книга, действительно, великолепная. Эта не история семьи на фоне эпохи и не эпоха на фоне семьи. Это характеры, характеры - много людей, много судеб и их бесконечное переплетение. Бездетная вдовая Медея объединила вокруг себя всю свою бесчисленную разновозрастную родню. Мудро наблюдая за ними, замечая то, что им станет понятно много позже.
Мне кажется, каждый найдет здесь себя или близкого, или что-то для себя. Вдруг поймет как следовало поступить в мучительной ситуации.
Любовь, доброта, прощение - пусть всегда они присутствуют в Вашей жизни как подарок от незримой Медеи...

«Медея и её дети» (1996) — один из самых тонких и многослойных романов Людмилы Улицкой. Это не просто семейная сага, а размышление о памяти, родстве, женской судьбе и хрупком равновесии между традицией и современностью. Название отсылает к античному мифу, но героиня Улицкой — не мстительница, а тихая хранительница, чья сила — в способности любить и принимать.

В центре повествования — Медея Синопли, пожилая женщина, живущая в Крыму. У неё нет своих детей, но есть большая родня: племянники, внуки, правнуки, дальние и близкие. Её дом становится местом притяжения для всех, кто ищет утешения, тепла или просто хочет остановиться и перевести дух.

Через судьбы разных поколений Улицкая рисует панораму XX века: революции, войны, депортации, утраты корней, миграции, смену укладов. Но история страны здесь — не фон, а живой контекст, который формирует характеры, привычки, страхи и надежды героев.

Удивительная семейная история, пропитанная теплом крымского солнца, телом моря  и песка, теплом свежеиспеченных домашних лепешек, а главное теплом сердец. 

Так получилось, что  читала книгу параллельно с романом «Сто лет одиночества» Габриэля Гарсиа Маркеса и в них столько похожих моментов: 

1. В центре повествования большая семья, много поколений

2. По очереди описывается история каждого героя от детства, до взрослой жизни 

3. В эпицентре мира каждого романа  дом: в Феодосии и в Макондо 

4. Вся семья держится на 1 женщине (Медее и Урсуле) и автор рассказывает нам весь ее жизненный путь

5. Повтор судеб в рамках одной семьи

Есть даже схожие сцены и эпизоды.

Но если в романе о Медее семья с годами становится все больше и больше, то у Маркеса наоборот мы видим постепенное затухание рода.

В итоге хоть и не специально, но получился очень интересный опыт.  

Впервые прочитала роман еще в школе, но тогда в силу возраста не было полного понимания сложных взаимоотношений, какие могут сложиться между мужчиной и женщиной. Помню при первом знакомстве с книгой сильно впечатлили эротические сцены, наверное это была чуть ли не первая книга, будоражащая юное воображение.

С тех пор прошло много лет, я была в Крыму два раза, изъездив весь южный берег. Да и за плечами богатый опыт общения с мужским полом: радужные влюблённости, горькие расставания, длительный брак.
Тем не менее порой мне сложно понять поступки книжных героев, особенно их распущенность и вседозволенность, отсутствие каких-то моральных рамок и ограничений. Хотя быть может во мне говорит ханжа, Медея вот сохранила равнодушие, гости приезжают и уезжают, а уж что ночью творится - не её дело. Не знаю приходит ли это с возрастом, но она мне на протяжении всего романа казалась какой-то отстранённой.
Машу жалко, слишком чувственная и восприимчивая, слишком тонкая и ранимая, сломалась под гнётом бушующих страстей. Именно её сюжетная линия меня тронула больше всего.

Эта первая книга Улицкой, которую я прочитал. Уж очень долго я откладывал знакомство с её творчеством. С первых же страниц нас встречает простой, но не сухой слог и реалистичные персонажи, описанные размашистыми небрежными мазками. Затем мы наблюдаем хронологию из жизни семейства греческого Синопли. Сама же Медея - вдова, что жила в Крыму. Спокойно, одна и без детей. Разве что гостей принимает по определённым датам. Родственники одаривают её подарками, да и сама повидала многое - обоих её братьев убили во время революции, пережила войну и многое повидала на своём веку. Да так и проходит её одинокая жизнь. Ухаживала за мужем, который тяжело заболел. А после его смерти узнаёт, что он изменял ей с её младшей сестрой Сандрой. И от неё родилась Ника - племянница Медеи, в которой та души чает.

У Сары кстати появятся ещё несколько детей и она несколько раз выйдет замуж. Но проблема неверности раскрывается не только через Медею. Другие члены этой семьи тоже сталкиваются, как и со смертью. Так же как и некая жертвенность, которая присуще и Медее и её подруге Елене. В книге чётко показано, что можно на жертвенный алтарь класть что угодно, только пользы от этого никакой. Так же много странных постельных сцен, даже не знаю кому в принципе могу рекомендовать эту книгу. Разве что любителям аллюзий и древнегреческой мифологии.

Не смогла проникнуться этой историей. Слишком неправдоподобна, но при этом с претензией на большую трагедию.
С этого рассказа я вспомнила, почему в свое время решила закончить знакомство с писательницей после первого же романа. Да, очень богатым языком написано. Но в данном случае это скорее минус, чем плюс. Усложнено искусственно. Это как у певцов: кто-то поет словно изнутри, и голос льется переливами, вызывая у слушателя мурашки. А другой берет "тренировкой" и надрывается у микрофона, выжимая все возможное, как Полина Гагарина. Вот здесь такое же ощущение не покидает.
Получается, что рассказ написан ради другой ценности - красивости языка. А не ради проникновенности истории.