Лялин дом

Впервые я взяла в руки томик Улицкой лет в 16. Это был "Искренне ваш, Шурик", роман, который женщины в моей семье передавали из рук в руки и затем бурно обсуждали. Передавали не оттого, что его нельзя было достать в книжных, а нарочно, чтобы наверняка прочли, не отложив в долгий ящик. Сначала я, было, втянулась, а потом чуть не швырнула книгу в телевизор - благо, дело было ночью, и мне не хотелось всех перебудить. Наутро за завтраком я бурно возмущалась - да как такое вообще читать можно, да это же мерзость. Мама улыбнулась и аккуратно посетовала, что, видимо, не стоило-таки мне "эту мерзость" давать.

В свои 16 я была барышней романтически настроенной, максималисткой и различавшей только белое и черное. С тех пор прошло почти 10 лет. И я снова взялась за Улицкую, и снова с опаской. Но на этот раз меня пугало совершенно другое: Людмила Евгеньевна называет Россию "страной несчастных женщин". А я не люблю читать про несчастных женщин. Вернее: про русских несчастных женщин, тем более словами русских же женщин. Но "Медею" я не прочесть не могла, потому что тут Крым. А Крым для меня - место заветное, родное, ни с чем больше на свете не сравнимое. И у Людмилы Евгеньевны он прекрасен: живой, выпуклый, наполненный до краев ароматами, красками, звуками.

"Медея и ее дети" - это сага о большой таврической семье, которую разбросало по свету, но сердце которой неизменно билось в окрестностях Феодосии - в залитом солнце дворе с видом на столовые горы и розовеющий тамариск, где Медея растирает тыльными сторонами ладоней тесто для пахлавы. Всякое выпало на долю этой семьи: от тягот и трагедий революционного, а потом и военного времени, до вполне себе бытовых, о которых не принято говорить, но все почему-то о них знают. Словом, грязного белья и скелетов в шкафу в этой истории предостаточно. Но рассказано это без надрыва и заламывания рук. Хоть повествование ведется не от лица Медеи, но во всем чувствуется ее житейская мудрость и умение принять то, что выпадает на долю:

И вот что вышло: пишет Улицкая о несчастьях в этом романе, много пишет и подробно. Но общего ощущения несчастья нет. А есть напротив уверенность, что жизнь продолжается. Жизнь как она есть с семьями и отношениями между близкими людьми как они есть. Без прикрас и преувеличений.

Чтение Улицкой напомнило мне разговор с очень взрослой родственницей, которая сильно старше тебя. В 10 лет тебе скучно, в 15 хочется спорить до хрипоты, в 25 - внимать каждому слову, в 45 - жалеть, что о многом так и не было говорено.

А "Шурика" я таки прочла, в 21 год. Побывав участницей или просто свидетельницей всяких разных невыдуманных историй. И тогда он мне понравился.

Эту маленькую, толстую и поперечно-полосатую книгу предваряет небольшое, в два абзаца, вступление от лица Людмилы Улицкой. Что она, значит, хотела сказать этой книгой и чего не хотела. Прочитайте вступление (оно же аннотация) — и саму книгу после этого можно, в принципе, и не читать.
Это моё скромное мнение.
Ладно, допустим, я не поклонник семейных саг, а словосочетание «семейные ценности» у меня всё ещё вызывает непонимающую улыбку. Допустим. И всё-таки «Медея и её дети» даже как семейная сага никуда не годится.

От книги с такой аннотацией — «памятник ушедшему поколению», шутка ли — ожидаешь монументальности, всеобъемности, красочного полотна, отображающего ход истории, преломляющего и отражающего её, чтобы показать в одной семье. И что-то подобное, действительно, просачивается намёками сквозь первые страницы книги — сквозь, может, страниц сто из пятисот с лишним. А потом всё начинает тонуть в мелких семейных дрязгах, осточертелых любовных конфликтах. Измена на измене, а на измене измена, так себе памятник-то.

Но и не только в этом беда, а ещё в том, что самого по себе течения времени сквозь семью Синопли не получилось. Казалось бы, вот он, генетический материал, аж генеалогическое древо на первом развороте понадобилось, — а на деле большинство «детей» бездетной Медеи не удостаиваются не то что истории, а даже и описания. И тут дело, конечо, не в цвете глаз-волос, и не в том, что я жду, что в таком относительно небольшом тексте найдётся место для каждого — однако бывает, что персонажу даётся краткая характеристика, но такая ёмкая, что образ сам рождается в голове. Здесь не найдётся этого. Здесь все побочные персонажи пройдут серой стеной, а за главными будет волочиться шлейф характеристик, словно выпавший из тезауруса: повтори да закрепи…

Однако самое удручающее впечатление произвела на меня вторая часть книги: история любви-одержимости Медеиной внучатой племянницы. Тут у меня и личное (не нравится мне трактовка любви как тяги к красивой шкуре), и лично-читательское: очень уж похожа эта часть на любовный романчик, притом не очень красивый. А уж сцену, в которой страстно влюблённая Машенька читает этому своему Казанове стихи, пока он мучается поносом, и вовсе всерьёз воспринимать нельзя. Тут уж не любовный бред даже, а обычный.
Может быть, эта часть дана, чтобы жизнь Медеи казалась выше и порядочнее в сравнении с молодым поколением, но если она присутствует исключительно ради контраста, то занимает слишком много места. А если не для контраста — то для чего?

И в целом роман оставляет именно такое впечатление: для чего?
Для чего она Медея (кстати, Word, похоже, считает это слово деепричастием), если миф там никак не обыгран? Для чего выбирать формат семейной саги, если ты воспеваешь стойкость одной-единственной личности? Для чего вводить персонажей, которых читатель будет знать только по именам? Для чего писать такие ужасные стихи?

Одно в книге хорошо: Крым. Красивый, яркий, полнозвучный, он и был главным героем романа.
Всё остальное — пустые людишки со своими глупыми смешными страстями.

Книга лежала где-то...Вот прямо реально где-то, откуда не могла до меня достучаться... Телефон что ли отключили?...Однажды начатая, была низвергнута в невидимое "напотом", откуда была вызволена пару дней назад.
Книга - просто песня. Такие живые образы, прекрасный слог. Что уж говорить про живописные пейзажи Крыма! Отданные в яркое сплетение повествований.
Медея - костяк семьи. Пожилая бездетная женщина, привещающая всех многочисленных родственников у себя дома в Крыму на период летних каникул и период отпусков. В книге достаточно подробно описывает путь жизнестановления Медеи: от безоблачного детства к умудрённой старости. Сама написала - самой же и звучит дико... Она-то, конечно, старость "умудрённая", но если подумать, что скрывается за этими словами.
Но не так задела судьба Медеи в данном произведении, как судьба Маши. Вот вроде нет ничего особенного в этой девушке, но чувствуешь - она, вот она героиня романа!..Маше не повезло, потеряв обоих родителей в автомобильной катастрофе, ей приходиться остаться с бабушкой и дедушкой по маминой линии. Слишком, слишком поздно убитые горем родственники осознают свою ошибку, оставив маленькую Машу в той семье.
В книге много семейных историй. Да и не только семейных, даже лишь слегка перекликающихся с семейным древом. Если честно, я даже иногда путалась в родственных и не очень связях.
Что я вынесла для себя: люби и будь любима!

Огромная семья, десятки судеб, половая распущенность. Вот что я вынесла из книги по итогу.

Конечно я понимаю, что посыл автора был явно не такой, но что поделать, запомнилось в основном это. Удивительно, как на такое малое количество страниц впихнуть такое огромнейшее количество жизней, к концу даже начала путаться кто кому кем приходится, слишком огромная семья с четвеюродными братьями и сестрами.

Основное связующее звено - Медея, с первых страниц мы узнаем о ее отце, матери, многочисленных братьях, сестрах и их детях. Я не понимаю, как можно родить столько детей, но догадываюсь, что раньше рожали без остановки. Медея счастливая женщина и несчастная одновременно. Даже словами описать ее жизнь сложно, но выглядит все очень реалистично.

Скажу честно, во многих моментах мне было грязно и неприятно, это касается половой распущенности. Причем такое ощущение, что абсолютно всех. Муж, сестры, еще там какие-то родственницы. А уж две любовницы за одну ночь, переходя в другую дислокацию, для меня вообще было омерзительно. Мужик находчив, не поспоришь.

Могу рассказать и самый горестный момент. Нет-нет, и это даже не письмо, которое нашла Медея после смерти любимого мужа. Хотя было ощущение, что плюнули в душу. Это история девочки Маши. Жизнь этой Маши трагическая, но детство... Врагу не пожелаешь. Я бы сошла с ума! Ненависть родной бабки, шепот проклятий каждый день, особенно перед сном маленькому ребенку.. Пишу, и так гадко на душе.

Несмотря на огромное количество судеб необъятной семьи Медеи, в каждую веришь. Будто герои живут в соседнем доме, а я слушаю сплетни бабулек на лавочке. Если вам понравилось, посоветую вам почитать книги Абгарян, еще книги Жанна Вишневская - Дети Воинова и Елена Минкина-Тайчер - Время обнимать

Как-то всё грустно очень. Да и нельзя сказать, что рассказ на позитиве начинался, а потом скатился в грусть-тоску. Там всё сразу грустно было. Начинаем с проблем экзистенциальных: отцы и эти. Тут прям любому психоаналитику - непаханное поле работы. Мама Анны Федоровны, прозванная домочадцами Мур, - колоритнейший персонаж. Властолюбива, эгоистка до мозга костей и социопат, хотя кажется наоборот. В общем, выражение "Гитлер в юбке" как раз про неё.

Сама Анна Фёдоровна всю жизнь прожила в тени матери. С мужем отношения не сложились. Он уже давно живёт в далёком Йоханнесбурге, имеет другую семью и ни разу не видел своих внуков. Да, несмотря на костантное присутствие матери, Анна Федоровна все-таки умудрилась родить дочь Катю. Мать и дочь нежно любят друг друга, но сильно проявлять свою любовь не смеют, дабы не вызвать у Мур приступы необоснованной ревности.

Единственный мужчина в этом бабьем царстве - восьмилетний Гриша, которого в принципе все устраивает. Но вот из далёкого Йоханнесбурга прилетает по делам Марек, бывший муж Анны Федоровны и по совместительству - дедушка Гришы и Леночки. Он жаждет познакомиться с внуками и за несколько дней буквально влюбляет в себя всё семейство. Дрогнула даже безкомпромиссная Мур.

Когда Марек приглашает внуков к себе в гости - восторгу последних нет предела. Но Мур была бы категорически против. И тут Анна Федоровна наконец-то решается на неслыханную для неё дерзость - заняться документами и отправкой Лены и Гришы в тайне от матери. Это прорыв, восстание - если не сейчас, то больше никогда! Хочется для внуков лучшей жизни. Хотя бы пусть они мир увидят, ведь не каждый день судьба дарит такие шансы. Пусть и в лице бывшего мужа. К сожалению, Господин Случай, а в частности пакет молока, внёс свои коррективы в будущее Анны Федоровны и её семьи.
Рассказ однозначно понравился, рекомендую любителям жанра.

Автор долго раскачивает вначале повествование и вводит такое количество действующих лиц, что сперва трудно )) запомнить, кто есть чей муж, жена, сестра и т.д.))
Далее картина представляется уже более гармоничной, когда о каждом герое следует небольшой рассказ, который нас знакомит с детского возраста по день, о событиях которого, собственно, мы и читаем.
Я коротко.)) В кратком содержании книги написано, что Медея, главная героиня, любит всех своих многочисленных родственников и всех сплачивает между собой. Моё личное мнение, после прочтения, что про любовь Медеи к кому бы то ни было в книге вообще не ведётся. Возможно, она и любит, но только внутри себя и без эмоций.
А вот про любовь трагическую Маши, одной из внучек Медеи, очень сильно написано, а сильно потому, что не сто́ит так, простите, сильно любить, чтобы от вот таких чувств сойти с ума.
Муж Маши, Маша, любовник Маши - Бутонов, сумасшедшая любовь Маши к любовнику, терзания, враньё и маниакально депрессивный синдром, который у Маши тем хорош, что она пишет потрясающие стихи, которые в дальнейшем, муж Маши - Алик, издал в США ...
Так вот, главы про Машу, Бутонова, и мужа Маши - Алика, для меня были самыми интересными.
И советую не пропускать стихи Маши. Они очень красивые и необычные.
В конце книги, я думала, что автор напишет, как зачастую бывает : "стихотворения в книге того-то и того-то", но этого не было. Напротив, эпилог, я так поняла, Людмила Улицкая, написала от своего имени и подробно рассказала как каждый из героев живёт по сей день и что она очень благодарна за то, что была вхожа в эту большую семью. Может я чего-то не поняла, но мне кажется, что эта книга - быль. Да, и стихи, скорее всего этой Маши.
Отзывы, которые пишут про пошлость и что Улицкая описывает беспорядочные половые связи между героями, такое себе.
Каждый видит то, что хочет видеть и уделяет внимание тому, что ему интересно и привлекает его.
Спасибо всем, кто прочитал. Люблю короткие отзывы, но коротко не получилось.))

Ну наконец-то я прочла хотя бы один рассказ Улицкой! Очень понравился её стиль, было такое чувство, будто читаю классику. Да, рассказ совсем небольшой, но в целом мне понятен литературный стиль писательницы. Появилось большое желание прочесть "Казус Кукоцкого", который стоит на полке уже года 2.

Сюжет одновременно прост и необычен. Однажды в доме Нины, которая потеряла и мужа, и мать и страдает от постоянной тоски, появляется кот. Да такой наглый, что никак его выгнать невозможно. Что бы ни делала Нина, он всё равно каждый день поджидает её в одном и том же месте. И как только она ни боролась с ним! Всё бесполезно.

Но рассказ не настолько прост, как может показаться. Автор уделяет основное внимание теме одиночества, показывает, что испытывает человек потерявший близких и как ему больно, когда он сталкивается с бестактностью окружающих.

Пока о творчестве Людмилы Улицкой сложилось только хорошее мнение. Думаю, почитаю и другие рассказы, а потом можно переходить к романам и повестям.

ЭТО ЛЮБОВЬ
Мне говорили, что "Медея и ее дети" самое лучшее у Улицкой. Честно говоря, мне особо сравнивать не с чем. Я читала только "О теле души". Это рассказы. Прекрасные рассказы, которые пробирают до глубины души. До сих пор помню "Алиса покупает смерть".

"Медея" это целостный роман, с плотным, насыщенным текстом. В него проваливаешься, его смакуешь, в нем живёшь.
"Медея" это прекрасный образец российской (советской!) саги и не важно, что практически все герои греки. Это только добавляет колорита, изюминки, шарма.
"Медея" это много героев. И к концу романа, каждый член большой семьи, - тебе родной. Ты становишься причастным к их жизни, знаешь кто где учился, работал, кто кого любил и нет, с кем спал, с кем изменял, о чем сожалел, мечтал, во что верил.
"Медея" это слишком жизненно и лично. Это оголённые души "застывшие" перед превратностями судьбы.
"Медея" это настолько реалистично, что иногда даже стыдно. Потому что, чёрт побери, в одной даме я могла увидеть себя, года четыре назад.
"Медея" скатилась по закоулкам моей души, осев там где-то на самом дне, обещая напоминать ещё долго, тихо, шепотом, о том, как в этом романе мне было хорошо.

Свое знакомство с творчеством Людмилы Улицкой я начала с этого романа, и он мне понравился. Здесь вы не найдете динамичного сюжета, интриг, неожиданных поворотов сюжета. Повествование размеренное, неторопливое. Книга хорошо зайдет тем, кто никуда не торопится. Тогда вы обязательно получите удовольствие от чтения.

В центре повествования - Медея Синопли, гречанка, имевшая мужа-еврея-дантиста и проживающая в советском Крыму. Она рано стала вдовой, детей не имела и для местных жителей и туристов уже давно стала местным достоянием. Семья у нее огромная (в конце книги есть генеалогическое древо чтобы не запутаться). Бесчисленная родня начинала приезжать к Медее с мая и, несмотря на казалось бы одинокую жизнь вдовы, одинокой она все же не была.

В доме Медеи сохранился старый, веками сложившийся уклад жизни, она очень редко выезжала дальше своего поселка.

Так как у Медеи и ее мужа детей не было, она всю жизнь занималась воспитанием своих братьев и сестер, племянников и племянниц. В ее доме происходили семейные драмы, супружеские неверности, задушевные беседы и масса других интересных событий. Медея научилась за свою долгую жизнь никого не осуждать, даже обижаться разучилась. Считая обидчивость своим самым серьезным недостатком и всю жизнь с ним борясь, она даже забыла, когда последний раз на кого-нибудь обижалась. Медея - сильная женщина, на ее долю выпали серьезные испытания, но они не сломили ее, а сделали сильнее.

Финал оказался для меня совершенно неожиданным, ничего не предвещало такого поворота событий. После прочтения книга еще долго не отпускала.

Интересным оказался тот факт, что Людмиле Улицкой Медея Синопли приходится дальней родственницей, и с некоторыми из героев романа она с мужем встречалась лично.

Советую к прочтению всем любителям "семейного романа".

Большие семьи часто держатся на одном-единственном человеке, который своим характером и своим внутренним светом объединяет и скрепляет разрозненные кусочки в одно большое целое. Иногда такой человек - очевидный лидер, иногда он тихий и незаметный, но когда он умирает, семья мгновенно распадается на маленькие ячейки, если только другой член семьи не возьмёт на себя роль объединителя. Медея - именно такой человек для своей большой интернациональной семьи, ее крымский домик притягивает к себе членов семьи со всех уголков Советского Союза. Медея - замечательный персонаж, и мне было жаль каждый момент книги, в котором ее не было.

И здесь я перейду к сути моего недовольства.

Мне очень нравится, КАК Улицкая пишет, но у меня вызывает недоумение ЧТО она пишет. Она мне кажется очень самодостаточной, и у меня нет сомнений в том, что она пишет именно то, что хочет написать, и так, как считает нужным. И, наверное, с моей стороны не правильно указывать ей КАК НАДО и просто признаться себе, что нам с ней не по пути. Ведь у книги есть своя суть (что жизнь - это жизнь, такая какая есть, и нужно принимать ее как благодать, что дети твои растут-влюбляются-женятся-ссорятся-мирятся-умирают, но жизнь по-прежнему берет свое), но все равно «все не то, давай по новой».