Метель

"Доктор едет-едет сквозь снежную равнину..."
Ф.Чистяков, гр."Ноль"

Очередное фееричное творение писателя, стилизованное под русскую классику девятнадцатого века. Как и в "Дне опричника", а потом в "Сахарном кремле" - всё происходит в альтернативном будущем, где Русь, ограждённая от всего остального мира, существует по своему собственному распорядку, по своим внутренним законам - абсолютная монархия, купечество, крестьянство, опричнина и т.д. и т.п., мирно соседствует с технологическими новинками типа голографического радио и какими-то гибридными мутациями реальности: великанами, лилипутами (люди, лошади) и прочими абсурдными атрибутами сюрреалистической будущероссийской действительности. Основное достоинство книги - это, безусловно, прекраснейший язык произведения: ощущения ничем не хуже, чем от старых добрых Пушкина и Тургенева. Разумеется не обошлось и без фирменной сорокинской приправки, но, как это ни странно, тут этого совсем немного, аккурат сколько надобно. Поэтому бросайте всё, что сейчас читаете и скорее за эту книгу, где вас заждалась уже повозка со спешащим на борьбу с боливийской эпидемией, превращающей людей в зомби, дохтуром; где ждёт вас долгая дорога сквозь суровую русскую зиму и метель, навстречу неизвестности.

Как же тяжело дышать в этом огромном, просто безграничном зимнем ночном поле. Весь этот дьявольский путь я проделал вместе с доктором Платоном Ильичем и Перхушкой. Я также сильно переживал и злился, когда ломался самокат. Также, как и интеллигентный с виду "дохтур", я поддавался всем искушениям в пути. И также мне было страшно в эту нескончаемую метель...
Сорокин вновь умело закидывает нас в возможное будущее, которое циклично вернулось на свое историческое место. В который раз. Прекрасный стилизованный язык, кто бы там что ни говорил, - одно из главных достоинств произведения. Текст имеет цвет и вкус. Его ощущаешь физически, обжигая ступни ног о дно горячего котла, в котором тебя пытаются сварить. Ты морщишься от сильного холодного зимнего ветра, беспрерывно дующего в лицо... И бесконечно жаль Перхушку за его крестьянскую простоту, робость, доброту и готовность помочь всем и вся...

Тот случай, когда что-то слышал об авторе, но никак не мог ознакомиться хоть с одним его произведением, поскольку хотелось найти книгу, в которой будет хоть что-то знакомое. И наткнулся на это произведение. О Сорокине пишут, что он больше постмодернист и тоже любит преломлять историю современной России сквозь зерцала безумия и фантасмагории. Поэтому и искал наиболее беззубое в этом отношении произведение. Любовь к судьбам нашей необъятной и сложному языку роднит автора с Прохановым, но Сорокин как будто более земной. Возможно, Я не читал самой лютой его прозы. Но букмейт подписка должна мне с этим помочь. Погружаюсь в чтение, и делюсь с вами впечатлениями и некоторыми мыслями по этому поводу.

Что за странный боливийский вирус вызвал эпидемию в русском селе? Откуда взялись в снегу среди полей и лесов хрустальные пирамидки? Кто такие витаминдеры, живущие своей особой жизнью в домах из самозарождающегося войлока? И чем закончится история одной поездки сельского доктора Гарина, начавшаяся в метель на маленькой станции, где никогда не сыскать лошадей? Повесть Владимира Сорокина не только об этом. Поэтичная, краткая и изысканная “ Метель” стоит особняком среди книг автора. Подобно знаменитым произведениям русской классики о путешествии по родным просторам, эта маленькая повесть рисует большую картину русской жизни и ставит философские вопросы, на которые не дает ответа.

Хочется поговорить о русской классике, к которой человек тяготеет с возрастом. Но без знания классического метода невозможно понять всех ощущений и загадок данной повести. Автор задался целью утопить разум читателя в этом тексте. В какой-то момент действительно начинаешь вязнуть и окунаться в сугробы и привыкать к большим и маленьким, частям и целым. При этом дорога до конечной цели важнее, чем её достижение. Ведь в этот момент врач Гарин рассматривает свою жизнь в нескольких разных плоскостях, давая оценку своим действиям с точки зрения нравственности и сожаления прошлого являются мерилом строгости данной оценки. Перхуша же более простой и самое запоминающееся в нём, как в персонаже - его говор. И Сорокин также пытается учесть диалектологические особенности местности, выводя разные диалекты, давая читателю понимание, что Гарин и Перхуша с местными жителями - это представители разных слоёв. Просты характером, но со своим отношением к жизни, выпуклые как персонажи.

Также много раз упоминаются зомби, но фактического их появления вы здесь не увидите, а пирамидка здесь выступает в качестве артефакта, который придаёт всему повествованию ту самую фантасмагоричность, ведь все события, связанные с ней разбавляют стилистику текста как исторической стилизации, но при этом она достоверна. Что для меня также является плюсом.

Теперь немного о том, почему не поставлю этой книге десять. Хотя было прочитано много дифирамбов работе по классике и высокому качеству стилизации. Поскольку это первый текст, с которым я ознакомился, то намерен и дальше читать автора, чтобы понять насколько он попадает в меня. Или я так и останусь заложником массовой культуры, мыслящим шаблонами и категориями. Меня немного испугала трясинность атмосферы ( в том смысле, что она в себя засасывает) и понравилось описание зимы и вкрапление иных культур, хотя текст остаётся русским по сути своей.

В качестве вердикта. Книга стоит вашего внимания, если вы фанат современной отечественной прозы и допускаете осмысление русского культурного кода сквозь призму модернизма и эклектики. Буду думать кому отдать предпочтение - Проханову или Сорокину. Чтобы принять решение, нужно прочитать ещё по одной книге у каждого автора.    Знакомство  было занимательным. Всем здоровья, добра и приятного прочтения!

Две беды у России — дураки (зачеркнуто) мудаки и дороги

Текст повести изящно стилизован под прозу XIX века, но постепенно становится понятно, что действие происходит не в прошлом, а в излюбленном сорокинском будущем, где время в России будто застыло. «Метель» наряду с «Днём опричника», «Теллурией», «Манарагой» и сборником «Сахарный кремль» входит в условный цикл «История будущего». Читать можно в произвольном порядке, ничем кроме антуража книги не связаны.

За основу сюжета взято бесконечное движение к цели (нужно доставить в далёкое село вакцину от страшного вируса) через различные препятствия, главное из которых — метель. Герои едут и никак не могут доехать, день и ночь пробиваясь через метель, они проводят в дороге, казалось бы, целую жизнь, в коей находят место и любовное приключение, и наркотический бред и рассуждения о добре и зле.

Сорокин удивительно образен — с лёгкостью переносишься в описываемую реальность, в это белоснежное безжизненное пространство, нет которому ни конца, ни края...

О, Русь, куда несёшься ты? Впрочем, это уже, кажется из другой оперы.

P.S. Перед прочтением «Метели» Сорокина всенепременно перечитайте «Метель» Пушкина дабы ещё лучше прочувствовать и осознать связь будущего с прошлым.

Случайная цитата:

Как же трудно оценивать такие книги, когда тебе очень нравится как написано, но совсем не нравится, что написано. И не просто «не нравится», а прям отталкивает максимально. Я и так в курсе, что не все люди — лапушки, готовые положить свою жизнь на то, чтобы спасти кого-то, кто им безразличен, и я знаю, что не все врачи должны любить людей или бросать вызов науке и смерти, в конце концов, это всего лишь работа, я все это прекрасно знаю, мне не надо напоминать, как бывают ужасны люди, и что хорошие дела делают не для того, чтобы спасти других, а в первую очередь — для того, чтобы спасти себя. Но автор буквально тыкает носом в пороки, и хоть он не спрашивает «Кто это наделал?!», ты чувствуешь, что вопрос подразумевается.

Так странно говорить, что книга хорошая, когда, закрыв ее, чувствуешь разочарование. И да, я понимаю, что меня разочаровал не автор, а главный герой, но разочарование-то никуда не деть, я его чувствую. Я же... поверила ему, я вместе с ним прошла через эту Метель. Я переживала за него, переживала за людей, для которых он — единственная надежда на спасение. Он же был таким убедительным, казался таким самоотверженным, готовым на все ради людей — посреди ночи поднял всех и вся, не пожалел бы любых деньги возничему, чтобы несмотря на погоду, несмотря на все сопротивление этого мира, успеть доехать до пункта назначения, успеть доставить вакцину! Я была заряжена его энтузиазмом, его верой в то, что у «нас» все получится! Но потом... остались только похоть, алчность, корысть, двуличие... и снег, который заметает весь белый свет, чтобы было лучше видно, какой он на самом деле прогнивший.

Браво, Владимир Георгиевич! Вы как всегда в своем репертуаре — в хорошем смысле, естественно. Вот умеет человек писать классические по своей форме вещи, которые органично вмещают в себя всю грязь этого мира — от разврата и денег до наркотиков и смерти. И зомби. Да, еще же были (есть и будут) зомби. Кто б мог подумать... Но они так органично вписываются в наш заснеженный пейзаж, пропитанный безнадежностью. Очень атмосферно. Очень к месту.

"Метель" Владимира Сорокина это небольшая повесть в стиле постмодерн, долгая и депрессивная. Хочу отметить, что даже такому литературному дилетанту, как я, видны множественные отсылки в русскую классику конца XIX начала XX веков. Уездный доктор 42-летний Платон Ильич Гарин, в пенсне и с принципами, должен ехать, надо, надо ехать, чтобы за 17 вёрст отвезти вакцину-2 от боливийской эпидемии "чернухи".

Впечатление от "Метели" Сорокина двоякое. Чудесная стилизация под классический язык и сюжетность Чехова, Булгакова, Куприна. И горькая насмешка над маленькой лошадиной силой, и восхищение неубиваемым русским изобретательством и мастеровитостью.

И если первая часть ещё воспринимается, как происходящее в России ушедшего времени, то вторая условная часть это страшный сон от употребления запрещённых веществ. Дураки, дороги, пьянство, непотребный образ жизни, плюс последствия ГМО и "сияние" от витаминдеров - такова Россия будущего по Владимиру Сорокину.

Мой первый опыт прочтения Владимира Сорокина оказался удачным. Остальное - покажет будущее.

Как завораживает метель, когда смотришь на неё из окна. Невозможно оторваться: красиво и притягательно.  Мне повезло: всё время, пока я слушала книгу, валил снег. Рулить в снегопад - дело не самое  приятное, зато получилось полное погружение.  Я   как будто ехала с Перхушей и доктором Гариным на маленьких, размером с перепëлку, лошадках, и дороге не было конца.
Книга детально разобрана и моё мнение не будет выбиваться из общего хора: повесть хороша!
В ней есть что-то от всех русских  классиков сразу. От Гоголя:  "и какой же русский не любит быстрой езды";  пушкинское: "здесь русский дух, здесь Русью пахнет";  тема "маленького человека";
что-то от Булгакова.  Первоначально кажется, что действие разворачивается в конце 19- начале 20 вв. Потому что "барин", "малахай",  керосиновая лампа, уездный доктор, свечи, пенсне, лошади и ямщики.  Имена, соответствующие тому времени: Козьма и Платон Лукич.   А потом переворот сознания:  телефоны, приёмники, атомная бомба и радио, которое смотрят.
Электричества нет, но есть "технологии": растущий войлок, живая и мёртвая вода. Наряду с обычными людьми живут "большие"  и "маленькие".  Лошади размером с трёхэтажный дом уживаются с обычными и "маленькими".  А ещё разразилось опасное заболевание, от которого нужно вакцинироваться, иначе превращаешься в зомби.  Целый водоворот событий на фоне  снежного вихря.
При этом такой мир органичен. Всё к месту. Хорошо продуманные образы:  речь, манеры, описания характеров и внешнего вида помогают не только  представить каждого героя, но и понять его.
Прекрасная озвучка Ивана Литвинова добавила реалистичности. Кстати, перепроверив по тексту, поняла, что нюансы речи - это не находка чтеца, так НАПИСАНО.
Для себя охарактеризовала книгу как производное стимпанка. Да, с натяжкой, но где-то очень близко.
Такая хорошая уютная фантастика.
Повесть, как головоломка.
Конечно рекомендую! Особенно аудиоверсию.

Читая «Метель» я несколько раз обращался к обложке книги, чтобы увериться, что меня не обманули. «Это Сорокин?», - спрашивал я сам себя и смотрел на обложку. «Хм, может однофамилец?», - мелькнуло в голове, и я решил поискать информацияю по этому поводу.

Ага, Со-ро-кин Вла-ди-мир Ге-ор-ги-е-вич-ъ. «Метель», 2010. Как и обещали – «другой Сорокин». Единственное, что после прочтения «Теллурии» и некоторого предыдущего знакомства с его творчеством, я всё же убедился, что это именно он. Пойду заварю кофе, мне нужно немного времени это осмыслить.

Вот же… а где кишки? Где кровь, расчленёнка и фекальные массы? Бывает же такое, что этого милого набора у него не встретишь. Талант автора раскрывается в создании контраста – это мой критерий оценки творческого потенциала. Контраст может быть между героями в рамках одного произведения. Контраст может быть между двумя разными произведениями.

Это похоже на то, что ты поехал в самую жё…, самое сердце африканского континента поохотиться на носорогов, дабы предаться с ними самым неестественным утехам, но в итоге в первый же день наткнулся на бунгало с книжным клубом, и вместо охоты все две недели провёл там, попивая холодный чай и мило беседуя на литературные темы. Винтовки мирно ржавели в дальнем углу, бондажи так и не были достаны из чемодана. В итоге уехал домой без рогов, без шкур, без шрамов, но всё равно хорошо провёл время и привёз целый чемодан подаренных книг.

После первой десятки страниц я переключил в плеере Slayer'а на фортепианные концерты Баха, скинул футболку с надписью Pain и влез в свой старый фрак. Поправил бабочку и с аристократическим выражением всего своего тела уселся в старое вольтеровское кресло, мягко освещяемое настенным бра с бархатным абажуром.

Сорокин бывает другим. Вот подлец. Удивил. Пришлось и самому на какое-то время меняться.

Замечательная, зимняя повесть, написанная в лучших традициях нашей классической литературы с одной стороны при добавлении некоторых фантастическо-фэнтезийных оттенков с другой. И, хотя я знала, что повесть написана в жанре магического реализма, столкнувшись с ним, я даже и не сразу поняла, что это, откуда и почему так происходит - настолько я была убаюкана настоящей пушкинской метелью. Вообще удивительно и даже дико смотрится эта смесь сюжетов XIX века с новоявленными примочками и едва ли не магическими заворотами! Читаешь привычную повесть, о таком привычном и понятном мире и тут на тебе - временно-пространственное завихрение, которое вместо чадящих автомобилей выдумало маленьких лошадок размером с куропатку. Натыкаешься на такое и еще не сразу вписываешься в происходящее, будто бы вырвали из привычного контекста.

Но не только своими дикими элементами интересна повесть. Она интересна в первую очередь темой борьбы со стихией, горячим желанием выполнить во что бы то ни стало свой долг - прорваться сквозь метель и бурю и спасти людей от ужасной смерти, от жуткой болезни, а новые препятствия все встают и встают на пути у врача и проводника. Стихия не любит, когда с ней шутки шутят. Я читала - не отрываясь, да и что там говорить, такую повесть можно прочитать за одну достаточно долгую дорогу на метро, и она того стоит. Особенно увлекательно читать при настоящей осенней, промозглой и дождливой погоде. За окном автобуса или квартиры дождь, а ты открываешь книгу и погружаешься в стужу, в метель, теряешь дорогу и снова находишь, срываешься в буераки, переправляешься через стылые речки... Возникает двойной диссонанс - между реальной погодой и книжной и между реальным историческим миром и книжным.

Увлекательно и хорошо написано! Не говоря уже о том, что саму книгу приятно держать в руках! И все-таки, все-таки после такой повести я неумолимо погружаюсь в меланхолию. Хочется чего-то теплого, солнечного, летнего! Стужа пробрала меня до костей.

Такой сюрреализм не для меня. Еще один автор, который отправляется в черный список. Мне нравится абсурдность, но не абсурд ради абсурда. Автор соорудил несъедобный коктейль. Зомби и русская деревня, все равно что соединить джин с простоквашей. Потом стилизация под русскую классику, поклонницей коей я не являюсь тоже не добавила плюсов книге, хотя многим именно это нравится.
И русское авось как-то все будет и финал. Ну почему у русских авторов обязательно в конце должен кто-то помереть.
Герои все какие-то незаконченные как и сама повесть. Вакцину лекарь так и не довез.
О книге можно сказать словами автора: