Зверобои залива Мелвилла

Август. Незакатное солнце. Дождь... Снег... Лед. Очень много льда. Это ближе, чем Марс. Это совсем, совсем другая Земля. Гренландия.

Льдины под ногами танцуют, то любезно подвозят к желаемой цели, то оскаливаются щелями с бездонной ледяной водой, то в ужасном тетрисе налазят друг на друга, громоздясь в смертельные живые ненасытные горы.

Коле`я на ​​автобусной остановке, ругаюсь на неусидчивых предков. Какого лиха они тащились из ласкового Средиземноморья туда, где снег? (Ага, а немного раньше - слезли с деревьев... и непатриотично отказались от жабр, когда выползли из мирового океана.) Я думала, читать зимой холодное - морозить себя изнутри. Но нет. Мягкие январские минус двадцать да неуклюжая дубленка прекрасно дополняли гренландскую экзотику и аутентику. Имитация сопереживания. Будто и я иду, перепрыгивая с льдины на льдину, мечтая о горячем супе из белого медведя.

Медведей жалко. Судя по этой книге, они не страшные, а страшно наивны. Каждый настоящий мужчина должен иметь белые штаны из шкуры своего медведя, встреча с которым - не чрезвычайное опасное событие, а желанное и манящее. Герои Фрэйхена безжалостно пользуются любопытством зверей, выпендриваются, чтобы заманить их, даже насмехаются, когда медведик, прикрывая лапой черный нос в надежде не выдать себя, подплывает к необычным объектам.

Только подумать, пару сотен лет назад эскимосы инуиты считали себя единственными людьми в мире. И жили исключительно с охоты. Многие животные, которых безжалостно вырезают инуиты, сейчас в красной книге и просто увидеть их - чудо и удача. Но тогда тюлени, моржи, песцы, птицы, белые медведи... автору, европейцу, который сильно сроднился с севером, все это необыкновенно вкусно или в сыром, или в вареном виде. Ему немного не хватает кофе или табака, но он не готов променять свободную жизнь, любимую веселую женушку и охотничью удачу на блага цивилизации.

Сюжет книги нехитрый, документально-этнографический. Автор пишет о себе и своих друзьях-знакомых. Он с парой инуитов сопровождает пятерых белых моряков, затерявшихся во льдах, до того острова, где есть шанс встретить корабль до Европы. По дороге происходит множество мелких и крупных происшествий, которые наилучшим образом показывают быт северян и природу Гренландии. Кроме того, от участников путешествия звучит немало вставных историй о море и севере, более или менее правдоподобных или мифологизированных. Приключения держат в напряжении, детали быта впечатляют, другой взгляд на мир вынуждает удивляться и восхищаться (бывшим?) разнообразием мира, землянами-инопланетянами.

Инуиты кажутся невероятно интересными людьми. Со специфическим чувством юмора, уверенным осуждением чужих обычаев, напускной показной скромностью (это их хорошие манеры), жертвенной взаимопомощью. Обычай делиться с гостем женой шокирует. Но делиться едой, одеждой, транспортом (на границе отрицания частной собственности) с чужаками или соотечественниками - это, наверное, главное, что помогло народу выживать в суровых условиях.

Воспитание детей страшит и умиляет - опасные, страшные игры в шаге от смерти. "Пусть играют, это и нам приносило столько радости в детстве! Станут ловкими и быстрыми". Жестокое безразличие к сироте, его полуголодному, холодному существованию. "Это закалит его. Все лучшие наши воины прошли через тяжелое детство, зато стали самыми сильными. Зря мы балуем родных детей, это делает их слабыми". Европейцы хотят забрать-выкупить-поменять у ребенка игрушку из чистого золота. "Как можно забирать у детей игрушки! Это их имущество. Если захотят отдать - пожалуйста, а забирать нельзя".

Но самое большое впечатление произвели пейзажи. Как можно жить не просто в условиях постоянного холода (сижу в этот момент за компом дома, забравшись наполовину в спальный мешок - мерзну), а в условиях, когда под тобой нет почвы (есть островная земля, но значительная часть жизни проходит во льдах ). Лед каждую минуту может расколоться, вот ты только что спокойно шел по прочному - а уже вынужден обходить глубокую щель. А ближайший айсберг может ни с того ни с сего опрокинуться - и накрыть тебя волной. А из вечных ледников движутся льды, "желая утолить жажду соли", угрожая мгновенно поменять ландшафт, да еще и затереть тебя между складок, совсем не заметив.

Жаль погибших во льдах. Жаль уничтоженных животных. Но всё равно немного жаль и того, что описанный жестокий мир потерян навсегда. Мир гомогенизируется, делается однообразным, и современная электрифицированная Гренландия, конечно, более безопасная и туристически доступная, но не такая экзотично-инопланетная, как в книге Фрэйхена.

Па-беларуску...

Тутака...

Жнівень. Незаходнае сонца. Дождж... Снег... Лёд. Вельмі шмат лёду. Гэта бліжэй, чым Марс. Гэта зусім, зусім іншая Зямля. Грэнландыя.

Крыгі пад нагамі танчаць, то ласкава падвозячы да жаданай мэты, то ашчэрваючыся шчылінамі з бяздоннай лядзянай вадою, то ў жахлівым тэтрысе налазячы адна на адну, грувасцячыся ў смяротныя жывыя ненажэрныя горы.

Калеючы на аўтобусным прыпынку, лаюся на няўседлівых продкаў. Якога ліха яны цягнуліся з лагоднага міжземнамор'я туды, дзе снежыць? (Ага, а троху раней - злезлі з дрэваў... і непатрыятычна адмовіліся ад жабраў, выпаўзшы з сусветнага акіяну.) Я думала, чытаць зімой халоднае - высцюджваць сябе знутры. Але ж не. Лагодныя студзеньскія мінус дваццаць ды няўклюдная дублёнка выдатна дапаўнялі грэнладскую экзотыку і аўтэнтыку. Імітацыя суперажывання. Бытта і я брыду, пераскокваючы з крыгі на крыгу, марачы пра гарачы суп з белага мядзведзя.

Мядзведзяў шкада. Мяркуючы з гэтай кнігі, яны не страшныя, а страшна наіўныя. Кожны сапраўдны мужчына мусіць мець белыя нагавіцы з шкуры свайго мядзведзя, сустрэча з якім - не надзвычайная небяспечная падзея, а жаданая і вабная. Героі Фрэйхена бязлітасна карыстаюцца цікаўнасцю жывёлак, выдурняюцца, каб прывабіць іх, нават пасміхаюцца, калі мядзведзік прыкрывае лапай чорны нос, спадзеючыся не выдаць сябе, падплываючы да незвычайных аб'ектаў.

Толькі падумаць, пару сотняў гадоў таму эскімосы інуіты меркавалі сябе адзінымі людзьмі ў свеце. І цалкам жылі з палявання. Многія жывёлы, якіх бязлітасна выразаюць інуіты, цяпер у чырвонай кнізе і проста ўбачыць іх - цуд і ўдача. Але тады цюлені, маржы, пясцы, птаства, белыя мядзведзі... аўтару, еўрапейцу, які моцна зрадніўся з поўначчу, усё гэта надзвычайна смачна ці ў сырым, ці ў вараным выглядзе. Яму троху не стае кавы ці тытуню, але ён не гатовы прамяняць вольнае жыццё, каханую вясёлую жоначку ды паляўнічую ўдачу на выгоды цывілізацыі.

Сюжэт кнігі няхітры, дакументальны. Аўтар піша пра сябе і сваіх сяброў-знаёмцаў. Ён з парай інуітаў суправаджае пяцёх белых маракоў, якія згубіліся ў ільдах, да таго вострава, дзе ёсць шанец напаткаць карабель да Еўропы. Па дарозе адбываецца мноства дробных і буйных здарэнняў, якія як найлепш паказваюць побыт паўночнікаў і прыроду Грэнландыі. Акрамя таго, гучыць нямала ўстаўных гісторый пра мора і поўнач, больш ці менш праўдападобных або міфалагізаваных, ад удзельнікаў вандроўкі. Прыгоды трымаюць у напружанні, дэталі побыту ўражваюць, іншы погляд на свет змушае дзівіцца і захапляцца (былой?) разнастайнасцю свету, зямлянамі-іншапланецянамі.

Інуіты падаюцца неверагодна цікавымі людзьмі. З спецыфічным пачуццём гумару, наўмыснай паказной сціпласцю - гэта іхнія добрыя манеры, самаахвярнай узаемадапамогай. Звычай дзяліцца з госцем жонкай шакуе. Але дзяліцца ежай, вопраткай, транспартам (на мяжы адмаўлення прыватнай уласнасці) з чужынцамі ці суайчыннікамі - гэта, мусіць, галоўнае, што дапамагло народу выжываць у суровых умовах.

Выхаванне дзяцей страшыць і замілоўвае - небяспечныя, жахлівыя гульні за крок да смерці. "Хай гуляюць, гэта і нам прыносіла столькі радасці ў маленстве! Стануць спрытнымі і хуткімі" Жорсткая абыякавасць да сіраты, паўгалоднае, халоднае існаванне. "Гэта загартуе яго. Усе найлепшыя нашы ваяры прайшлі праз цяжкое маленства, затое сталі самымі моцнымі". Еўрапейцы хочуць забраць-выкупіць-памяняць у дзіцяці цацку з чыстага золата. "Як можна забіраць у дзяцей цацкі! Гэта іхняя маёмасць. Калі захочуць аддаць - калі ласка, а забіраць нельга".

Але найбольшае ўражанне зрабілі пейзажы. Як можна жыць не проста ва ўмовах увесьчаснага холаду (сяджу ў гэты момант на кампом дома, залезшы напалову ў спальны мяшок - мерзну), а ва ўмовах, калі пад табой проста няма зямлі (ёсць астраўная зямля, але ж значная частка жыцця праходзіць у льдах). Лёд кожную хвіліну можа раскалоцца, вось ты толькі што спакойна ішоў па трывалым - а ўжо змушаны абыходзіць глыбокую шчыліну. А найбліжэйшы айсберг можа ні з таго ні з сяго перакуліцца - і накрыць цябе хваляй. А з вечных ледавікоў рухаюцца льды, "прагнучы спатоліць смагу солі", і вокамгненна памяняць ландшафт, ды шчэ і зацерці цябе між складак, ані не заўважыўшы.

Шкада загінулых у льдах. Шкада вынішчаных жывёлак. Але ўсё адно крыху шкада і таго, што апісаны жорсткі свет страчаны назаўжды. Свет гомагенізуецца, аднастайваецца, і сучасная электрыфікаваная Грэнландыя, вядома, больш бяспечная і турыстычна даступная, але не такая экзатычна-іншапланетная, як у кнізе Фрэйхена.

"Зверобои залива Мелвилла" - очень необычная книга, хотя бы потому, что она про инуитов Гренландии. Ее автор - легендарный датский путешественник Петер Фрейхен, чья биография пестрит удивительными эпизодами. Многочисленные экспедиции на север сделали его своим среди эскимосов. Он научился охотиться на тюленей и белых медведей, приноровился строить дома из снега и шкур, даже женился на эскимосской девушке Наваране. О жизни среди сугробов и льдин, о нраве необычного народа Фрейхен написал ни одну книгу.

Я очень люблю север, он меня вдохновляет, и читая "Зверобоев", я вновь осознала, насколько я сама северный человек. Менталитет инуитов кажется странным, но есть в нем что-то близкое и понятное для меня. Характер, обычаи, ценности эскимосов - самое интересное, что я нашла в этой повести: их отношение к жизни, к суровой природе, к семье, к чужакам, забредающим на их территорию, очень своеобразно и самобытно. Современная Гренландия уже не та, и тем любопытнее было узнать, какой ее видел Фрейхен сто лет назад.

"Зверобоев залива Мелвилла" мне посоветовали в книжной игре как "одну из лучших книг года". Я заинтересовалась и, конечно, ожидания мои были завышены, а в результате оказалось, что книга не моя. Ей так и не удалось захватить меня и унести в снежные дали. Фрейхен пишет о Гренландии с большой любовью и со знанием дела, но чего-то мне не хватило. Насыщенности повествования? Глубины описаний? Большего проникновения в незатейливый быт северян? Возможно, все это есть в других книгах автора, но проверять буду вряд ли.

М.

В одной из недавно прочитанных рецензий автор удивляется , что в начале 19 века в Латинской Америке еще существовала инквизиция. Что там инквизиция. Как вам то , что в начале 20 века существовал первобытно-общинный строй, про жизнь которого мы узнаем из уст поселившегося среди них и ставшего для них родным Петера Фрейхена. В книге описан лишь один эпизод спасения попавших в ледяной плен китобоев. И по мере чтения, мне вспоминалась книга Лескова "На краю света". Там тоже чукчи спасали белых. Один чукча был христианином, другой -язычником, и один из них по дороге съел своего попутчика. А теперь догадайтесь кто? Да, как не удивительно, но это был христианин и он мотивировал свой поступок тем, что наш бог добрый, он прощает все грехи -нужно лишь покаяться.

Все это к чему? К тому, что этические начала у человека тем больше, чем меньше он связан с нынешней развращенной цивилизацией , и эта мысль далеко уже не первый раз посещает меня. Ну вот смотрите . Эскимосы вместе с нашим героем отправляются на лодке спасать китобоев, и , заметьте, они каждый день многократно рискуют своей жизнью, да и не все выживают. При этом белые злятся, грызутся между собой, психуют, готовые убить друг друга при одновременной полной невозмутимости эскимосов.

В книге лишь один эпизод, она не очень большая и познакомившись с автором, его жизнь вызывает еще больший интерес и заслуживает многотомного описания и экранизации. Редко встретишь такого человека с богатой и полной опасностей жизни в условиях крайнего Севера , я бы даже сказал очень крайнего, потому что полярные эскимосы являются самым северным народом.

Кроме основной сюжетной линии, в книге присутствуют не менее интересные рассказы из жизни ее героев. Любителям Севера и северной прозы я очень рекомендую эту книгу , ну и вставлю еще фото нашего колоритного автора с третьей женой. Первая его жена, кстати, была эскимоской.

Уже несколько книг прочитано про снега, про льды и людей, живущих в таких жестоких природных условиях. Удивительно, что при том, как я сама не люблю холод и снег, практически все прочитанные такие книги мне очень нравятся. Наверное, потому что читаю-то я их в тепле)))

Как и про предыдущие похожие по жанру книги, про эту надо сказать, что автор, по совместительству и главный персонаж книги (рассказ от первого лица) – сознательно выбрал для себя эту холодную страну для жизни, при этом рассказывает о ней с почти с преклонением перед этой суровой природой, с любовью к особому укладу жизни, который сложно понять городскому жителю.

Здесь, основная истории самого автора переплетается с рассказами разных людей, с которыми сталкивала его судьба. Рассказы действительно увлекательные, и они завораживают сильнее любого фэнтези именно потому что это – настоящая жизнь. Здесь много о могучей, безжалостной природе ледников, где человек совсем не такой могущественный, каким он привык себя ощущать в выстроенных им каменных коробках-городах.

Наблюдения за поводками животных и укладом жизни людей в Гренландии наполняют книгу ярким калейдоскопом событий, где столкновения человека и природы чередуются с рассказами о том, как по-особому сложены общества людей, проживающих в таком отдалении от цивилизации.

Как приятно, когда за окном бушует сильный ветер, дождь или снегопад, а ты сидишь в теплом, уютном доме, укутавшись мягким пледом, с чашечкой ароматного чая в руках и читаешь о далеких странах и отважных путешественниках; в эти моменты время буквально замирает, мысли блуждают далеко-далеко, все будничные проблемы отходят на второй план….
В детстве я очень любила читать романы о первооткрывателях, их нелегкой доле и экзотических странах. С возрастом произведения на географическую тематику как то все меньше стали занимать меня. И вот недавно я наткнулась на очень интересный роман датского исследователя Арктики – Петера Фрейхена. «Зверобои Залива Мелвилла» повествует о жизни инуитов и влиянии цивилизации на сохранение культурных традиций малых народов Севера.
Фрейхен много лет провел в полярных экспедициях и даже был женат на северной аборигенке. Он с большой любовью и уважением относится к культуре инуитов, став сам их частью и полностью разделяя с ними все тяготы их непростой жизни.
Благодаря книге вы познакомитесь с укладом жизни северных народов, их традициями, взглядами на жизнь; получите ценные навыки, например, научитесь разжигать огонь, узнаете тонкости поедания тюленя, о том как наилучшим образом приготовить ту или иную часть медведя/нарвала, какой материал лучше всего сгодится для изготовления детских игрушек, в чем секрет настоящего гостеприимства и т.д. Книга откроет перед вами немало житейских мудростей, над некоторыми можно вдоволь посмеяться:
«Умные эскимосы говорят, что чем меньше пищи оставить женщинам, тем с большей радостью они встречают мужей, когда те возвращаются домой».
«Зверобои…» представляет собой не просто описание традиций, но имеет и свой сюжет, в книге рассказывается о годах жизни Фрейхена среди эскимосов и о множестве приключений, которые случились с ним, его семьей и другими людьми, отважившимися покорить эти суровые края. Описание красивейшей природы Севера также обязательно найдет отклик в сердцах читателя.
Книга великолепна, написана в отличном стиле, приправлена тонким юмором и очень легко и приятно читается.

Оказывается, совершенно необязательно пытаться представлять себе, как люди контактировали бы с какими-нибудь инопланетянами. Достаточно забраться достаточно далеко от высоких домов, водопровода и электричества, от законов и полиции, от условий и маленьких квартир.

Например, в Гренландию. И встретить тут эскимосов, которые будут сгорать от любопытства, но тщательно скрывать свой интерес.

В этом белом холодном мире льда и ветра женщины не понимают, как можно жить в квартирах. Как же тогда они продемонстрируют свою любовь и заботу мужу, если не надо ставить дом, готовить шкуры для него?

В этом мире о женщине, убившей своих детей в период голода, говорят как о героине и образцовой матери.

В этом мире родители считаются хорошими, если разрешают своим детям играть в опасные игры, не дают им слишком много одежды и еды. Дети должны расти сильными, а голод и холод - лучшие учителя.

В этом мире мужчина не должен заниматься всякой ерундой вроде камней и растений. Он должен охотиться. Ведь шить штаны можно только из шкуры пойманного тобой медведя.

В этом мире, как понимает разумом, но не сердцем Пита, датчанин, живущий среди эскимосов, мужчина не должен покупать еду - это позор.

В этом мире игрушки из золота - забава детей, а взрослые предпочитают редкие и старые деревяшки. Ведь костер можно развести только из дерева.

В этом мире чужаков всегда встретят едой и теплом, дадут одежду и помогут добраться домой. В этом мире женщины будут рады принять одиноких путников в свой дом.

Многое в этом мире покажется нам странным, непонятным, возможно, страшным или позорным, но давайте попробуем пожить здесь, и скорее всего мы поймем, что иначе тут нельзя.

Прекрасная книга, наполненная белым безмолвием и теплыми историями. Все герои могут рассказать что-то новое и предстать перед нами в новом свете.

Петер Фрейхен, как мы узнаем из вступительной главы этой книги, датский исследователь, который жил с эскимосами бок о бок долгое время. Он был женат на эскимоске Нараване, и, как он сам говорит в книге, выбрал Гренландию, мир ледяных пустынь и снегов вполне сознательно.

Сама книга представляет собой историю одного путешествия, где писатель выступает проводником для потерпевших крушение китобоев. Но в процессе, чтобы скоротать время или для поучения, все время рассказываются различные истории, так или иначе связанные с жизнью в Гренландии.

Очень интересен взгляд "белого" человека, а эскимосы называют Петера или Пита именно так, изнутри. Хоть автор и выполнил свою миссию, сопроводив китобоев до остова Тома, но он все равно размышляет, в конце, чем же обусловлен его выбор остаться: бегство это от привычного ему цивилизованного мира или нет. Тем самым он проводит границу между собой и коренными жителями ледяного острова. Да и сами они, хотя и почитают Фрейхена, все равно относятся к нему как к человеку внешнему.

Очень интересно то, что автор не только показал нам быт и верования эскимосов, которые и так можно было бы узнать, например, посмотрев чудесный фильм "Нанук с севера", но и изложил их мировоззрение, озвучил многое, что простому путешественнику было и не понять вовсе.

Так, очень показательна история о золоте, которое являлось для эскимосов лишь поделочным камнем, а для пришельцев - источником наживы. Чудесно описаны сцены угощения и охоты. А старый тесть Петера Меквусак выступает таким гуру и носителем истинной мудрости.

А еще поразила меня разумность устройства эскимосского общества, где даже старухам есть место, ибо они, уже беззубые, и именно поэтому, жуют кожу птиц, чтобы из нее можно было шить одежду!!!

Но более всего мне запомнилась история: Наедине с мертвецом". Это такая трагическая глава о дружбе, одиночестве, важности неизменности, и того что требует суровая земля от ее жителей, пусть даже временно находящихся на ней.

" Чем больше эскимосу чего-либо хочется, тем спокойнее и безразличнее старается он выглядеть."

Петер Фрейхен с женой Навараной и детьми в Дании

 Взгляд на жизнь эскимосов изнутри глазами белого человека. В 1911 г. Фрейхен женился на эскимоске Мекупалук (Mekupaluk), взявшей имя Наварана.  Фрейхен повествует о своей жизни и о бытовых буднях эскимосов. И в повествованиях этих чувствуется сразу привкус эдакого нацизма. Выясняется, что эскимосы не такие уж и простачки. И они совсем не «эскимосы», а «инуит», что значит «настоящие люди». «Эскимосами» первоначально назвали инуитов не европейцы, а североамериканские индейцы, что в переводе с их языка значит просто: «пожиратели сырого мяса». Эскимосы же называли индейцев севера Канады еще проще: «разводящие гнид». Прозвище белых — кавдлунаки, в переводе с инуитского означает «собачьи дети»!

Справка: эскимосов Гренландии нельзя называть «эскимосами», а только гренландцами. Иначе те могут подать в суд.

Так вот, жизнь у этих «настоящих людей» совсем не соответствует привычным понятиям нормального человека. Логика выкручена наизнанку, а настоящий хороший эскимос – это тот эскимос, который хорошо умеет притворяться, лицемерить и кривить душой. Слова должны расходиться с делом и это их принцип. Хотя, на первый взгляд, именно белого человека эскимосы обычно винят в обмане и нечистоплотности (нечестности). Король Дании выплачивал пособия эскимосам, но они считали ниже собственного достоинства покупать себе на эти деньги мясо. Но, для них было в порядке вещей подвергать удачливого охотника насмешкам и оскорблениям до тех пор, пока тот не сдастся и не отдаст часть своей добычи насмешникам... Они считают ниже своего достоинства собирать птичьи яйца, но не постеснялись уничтожить почти все запасы Фрейхена, а это больше 200 штук птичьих яиц, которые он собирал, подвергаясь насмешкам эскимосов.

«Я понимал, что речь идет о яйцах из моих запасов, и знал, что возражать бесполезно. Съедят по меньшей мере две сотни, но если я начну возражать, то это будет означать, что у меня их мало и что моя жадность и любовь к этой пище сильнее чувства товарищества. Много дней по моему адресу будут отпускать иронические замечания; этот случай запомнят и станут обсуждать в племени.»

Угощая гостей, надобно всегда кланяться и извиняться, прибедняться и унижаться, просить прощение за недостаточно богатый стол, хотя гостям было отдано буквально все съестное. Самый удачливый и умелый охотник получал в благодарность возможность отказаться от лучшего куска убитого зверя в пользу гостей... Жена Фрейхена страдала от того, что ее белый муж, которым она так гордилась вначале, совсем не мог порадовать гостей хвостом убитого им нарвала, так как охотник он был плохой. И снова не понятно: ведь здесь бы ей можно было бы сыграть роль несчастной и ее бы все жалели. Но нет – эскимосы жалеют только тех, кто не нуждается на самом деле в жалости!

«Эскимосской женщине доставляет огромное удовольствие играть эту роль, умаляя свои достоинства: чем вкуснее и редкостнее пища, которой она угощает, тем старательней хозяйка подчеркивает свое ничтожество. Аппетит гостей и их возражения против извинений хозяйки дома увеличивают славу ее мужа. Такое пиршество долгое время служит темой для разговоров в стойбище. В мире, наверное, немного таких уголков, где аппетит гостей и их похвалы вкусным угощениям помнят и обсуждают так долго, как в Гренландии.»

А вот ребенка сироту, который вынужден добывать пропитание себе тем, что бросается во время кормежки собак в самый центр стаи и, как Маугли, выхватывает куски мяса из пастей собак, эскимосам не жалко. Не жалко им и стариков, которые падают в прорубь. Их не спешат спасать, ведь охотники из стариков никудышные, как правило. А вот старухи эскимосам нужны. Нужны для того, чтобы те своими беззубыми ртами размягчали кожу...

«Птичья кожа шла на рубахи, и это велось из поколения в поколение. Старые женщины хорошо выжевывали весь жир из кожи и она становилась мягкой — ведь у старух зубы стерты до десен и они не могут прокусить кожу.»

Странно, что дядя Гиммлер не перенял такой опыт и не внедрил его в концлагерях. При всем неприятии белых людей, эскимосы обычно стремятся завоевать их доверие ради получения какого-нибудь подарка. А получив его, всякое уважение исчезает. Но, снова «но», никто не возмущался, когда белый человек, американец Пири приказал отдать чужую жену другому эскимосу.

А в остальном, книга полна разных живописаний особенностей чревоугодничества эскимосов. И снова ловишь себя на мысли, что у них все не так, как у нас.

«В тюленьем мясе есть множество лакомых кусочков, о которых непосвященный и не подозревает. Многие эскимосы любят глаза. В глазном яблоке делается небольшое отверстие, из него высасывают прекрасное желе. Хрусталик нельзя прожевать, он слишком жесткий и его не раскусишь, но это чудесная игрушка. Когда он просыхает, то делается непрозрачным и «похожим на облако». Но если его положить в воду, он сразу становится светлым и прозрачным.»

Интересный факт: эскимосы очень охотно едят печень животных. А вот сами животные – ни креветки, ни птицы – не едят печень. Полярная креветка никогда не ест печени. Эскимосам часто приходилось находить тюленей, съеденных креветками. Они обгладывали все мясо с костей, но в грудной клетке всегда находили нетронутую печень.

Интересный факт: эскимосы спят голыми потому, чтобы не в одежде не завелись вши, коими кишит их жилище. «Все разумные эскимосы снимают на ночь одежду, связывают ее и вешают под потолок, чтобы туда не забрались вши.»

Прожив много лет среди эскимосов, Фрейхен уедет-таки на родину. Здесь можно было бы предположить, что уехал потому, что ему, как не очень хорошему охотнику, очень редко доставались деликатесы: мозг, глаза и губы тюленя — самое вкусное...

Его жена умрет, и он сперва женится на одной не простой женщине, а потом и на американке Дагмар Кон, работавшую иллюстратором в модных журналах Vogue и Harper's Bazaar. Она оформила Фрейхену пропуск в мир американской богемы. А ведь Фрейхен дважды побывал в Советском Союзе — в 1928 и 1937 годах, где сдружился со знаменитым советским полярником Отто Шмидтом и принял участие в двух его арктических экспедициях. Но, капитализм снова победил «Капитал» Маркса... Аминь!

Петер Фрейхен — со своей третьей женой Дагмар Кон.

Петер Фрейхен - датский путешественник. В начале XX века он несколько лет жил в Гренландии в поселении эскимосов. Народ принимал его как своего, и даже его первая жена была инуиткой по имени Наравана. "Зверобои залива Мелвилла" рассказывают историю того, как Петер помогал спастись пяти китобоям, потерпевшим кораблекрушение, а именно добраться через снег, лед и открытую воду до острова, с которого их бы смог забрать какой-нибудь корабль. Петер, китобои и три эскимоса продвигаются на лодке по трещинам во льду, ночуют в пещерах или палатках, сооруженных из все той же лодки и шкур, охотятся на медведей и рассказывают истории. Основной сюжет, достаточно однообразный сам по себе, перемежается рассказами эскимосов и мореплавателей. Например, о том, как белые люди сошли с ума из-за водного камня, который настолько мягок, что не представляет никакой практической ценности - из него только игрушки для детей делать. Наверно, белым людям нравится его блеск и они сами еще немного дети. Или о чуде португальского корабля, который сначала затонул, а потом после долгих молитв всплыл обратно.

У меня смешанные чувства по поводу этой книги. Я не могу сказать, что читать ее было супер интересно. Но тем не менее, в один из вечеров я поймала себя на том, что увлеченно пересказываю всем, кто готов слушать, забавные факты о жизни эскимосов. Их в книге, действительно, немало: о еде, об охоте, о традициях, немного о верованиях, намеками о сексуальности и т.д. Но у меня сложилось впечатление (не без помощи комментатора моего издания), что Петер несколько инфантилизирует эскимосов. Поэтому чем дальше в книгу, тем больше у меня развивалось какое-то недоверие к рассказчику. Не могу даже до конца сформулировать причины - дело скорее в мелочах, в диалогах... Особенно характерна ситуация с золотом - якобы эскимосы не поняли, что белых людей интересует сам материал, а не куклы, которые из него сделаны.

На мой взгляд, это книга не об эскимосах, а о белых людях, взаимодействующих с эскимосами. Половина побочных историй, рассказанных на привалах, говорит непосредственно о белых людях, а вторая - о том вреде, который они принесли северному народу. Вторая группа историй показательна, но мне осталось не до конца понятна необходимость включать, например, рассказ о португальском рыбаке в книгу о гренландских эскимосах.

В общем, было интересно, но я рада, что книга небольшая.