Буддизм. Философия `великой религии Срединного пути`

Книга, которая попала ко мне в руки давным-давно и совершенно случайно, но стала одним из самых ценных приобретений для дальнейшего развития в плане понимания книг. Вряд ли кто-то из нас действительно близок к тому дзену, который содержится в этом сборнике коанов. Это невозможно для западного сознания, в принципе, без исключений, даже не стоит пытаться тешить себя своей исключительностью или чем-то ещё не менее высокомерным. Зато на базе этого восточного учения появились вполне удобоваримые для нас западные варианты дзена битников, изгоев и социопатов. Керуак, Сэлинджер, Пирсиг... Бунтарский дзен, неагрессивный бунт. Древняя восточная система с хрустом ломается в их пожелетевших от сигарет пальцах, когда они с силой втискивают её в свои логические рамки, но получившийся результат тоже имеет свои прелести, как зачастую эстетически приятны рваные джинсы, потёртые стены, потрескавшийся асфальт. И чтобы проникнуться всем этим, надо немного "позреть в корень", в первоисточник, почитать коаны и комментарии к ним, понять, почему всё так, а не иначе.

Из чего же состоит собственно это издание, которое так приятно держать в руках? Первая часть — "Сто одна история дзэн". Собственно, это и есть сто один "чистый" коан без каких-либо комментариев (и это хорошо, потому что все остальные истории закомментированы до дыр, так что подумать что-то своё становится мелко и неловко). Большую часть этих историй в своё время распотрошили на всякие уютные дневочки и прочие не особенно обременительные ресурсы, потому что это готовый и романтично выглядящий концентрат мудрости (представляю, как на эту книгу неистово фапамолится Коэльо), так что всякие "как эта ягодка над пропастью была вкусна!" измозолили все глаза и воспринимаются как баян. Но многие истории совершенно незнакомые. Моя любимая, например (не обращайте внимания на ужасный перевод):

92. Дзэн кочерги.
Хакуин имел обыкновение говорить своим ученикам о старухе, державшей чайный магазинчик, — он хвалил её понимание дзэн. Ученики отказывались этому верить и шли в магазин, чтобы удостовериться лично.
Когда бы старуха их не встретила, она сразу могла сказать, пришли они за чаем или же чтобы увидеть её понимание дзэн. В первом случае она любезно поила их чаем. Во втором — просила учеников пройти за экран. Как только они туда заходили, она била их там кочергой. Девять из десяти не могли избежать её ударов.

Дверь без двери. А вот тут уже пошёл старый добрый прообраз Интернета. Коаны переводит некий учитель дзен, который попутно троллит всё, что в них происходит, не стесняясь утверждать, что все великие учителя — идиоты, только один он в белом пальто красивый сидит и вкуривает учение для избранных. Железная флейта идёт ещё дальше, потому что там появляется настоящий срачик в комментиках, который читать довольно тоскливо, да и истории там довольно однообразные. Между этими двумя частями втиснута коротенькая поэма "Десять быков" о стадиях осознания... И вот она действительно потрясающая. Незачем даже читать все эти многочисленные споры, в ней сказано всё.

Хорошая книга, рада видеть её на своей полке, но прочитать её за один присест невозможно и бессмысленно. После десятка коанов, прочитанных залпом, начинается лёгкое дзэн-опьянение и (лично у меня) приступы агрессии к этому учению, с которым толпы лысеньких монахов носятся как с золотым яйцом. Начинает проступать напыщенность от собственного крутого врубания в дзен (особенно в комментариях), поэтому больше пары историй в день — ни-ни.

Книга оставила весьма не однозначные впечатления. Отпечаток наложило еще и то, что я читала ее в несколько заходов, с разным настроем, что так же сказалось и на восприятии.
О записках придворной дамы Сэй Сёнагон сказано уже немало, и положительных отзывов больше, чем негативных. Я же, пожалуй, займу нейтралитет.
О плюсах:
Шикарный перевод. Снимаю перед переводчицей со старояпонского(!) шляпу, ибо это ж надо так а! В редких книгах, я заметила, восхищаешься, не сюжетом, а именно мелодичностью слога, плавностью языка, метафорами и искрометным юмором. Почему-то в этот раз я чаще думала о переводчице и о её таланте, чем об авторе.
Зарисовки о жизни. Наблюдения. Рассказы о жизни, о том, что даже, на первый вгляд, не привлекает внимания, а после прочтения заставляет проникнуться.
И самое, на мой взгляд, драгоценное, это отдельные названия глав в стиле "то, что великолепно", "то, что грустно видеть", "то, что должно быть большим". Сразу захотелось создать свой список, только, боюсь, моей фантазии и юмора не хватит и на десяток подобных главок.
О минусах:
Я не люблю историю и едва ли когда интересовалась японской культурой как таковой. Поэтому читать о различных традициях средневековой Японии, о жизни придворных дам да различных куродо шестого ранга было не очень интересно и не всегда понятно. Не хватало сносок после каждого непонятного мне слова и события в жизни японского двора. Как так получилось, что императрица со своими фрейлинами все кочует туда-сюда? У нее не было ПМЖ? (Надобно загуглить, ибо невежественно все-таки).
Некоторые мысли, несмотря на свою оригинальность и откровенность, поражали. Было непонятно, как такая одухотворенная натура, способная восхищаться каплей росы до умопомрачения, может сказать следующее: "Некрасивые люди во сне становятся еще безобразней и потому должны спать ночью...А вставать им лучше всего на рассвете, не оскорбляя ничьих глаз." Вот уж воистину, наглость, Сёнагон! Хотя вполне возможно, что это все мои предрассудки и все от того, что я не знакома с нравами японских фрейлин того времени. В Японии и по настоящий момент многое не все, как у людей, а уж, о том, что в средние века творилось, я даже гуглить не буду.
Сёнагон вообще милая. Остроумная, дерзкая, искренняя. Но немного о себе мнит. Впрочем, она этого и не скрывает, хоть в послесловии и говорит о том, что такой славы не ожидала.
Впрочем, я, наверное, ей просто завидую. Вон она какая была талантливая и любимица императрицы к тому же:)
Итого:
Хорошая книга. Неожиданно, да?
Нет, правда, хорошая. Очень красивая. И необычная. Без особого сюжета, зато о скольком всего сказали! И какими словами...!
И все же, в силу своей непросвященности в японской культуре и прочими моментами, в ряд любимых не войдет.
И, наконец, выражаю огромную благодарность человеку, который, на мой вгляд, эту книгу способен оценить по всем ее достоинствам! Спасибо, Morra! Не посоветовала бы ты мне ее, я бы вряд ли когда сама взяла ее в руки!

Флэшмоб 2010 - Morra

Эта книга меня просто очаровала, хотя в самом начале казалось, что я просто читаю дневник с рассеянными заметками о том и о сем, а всё-таки – нет. Автор стремилась поймать момент, запомнить красоту, сохранить чувства и, в конце концов, остановить время, иметь возможность вернутся в разные моменты своей жизни. Есть здесь веселые и весьма себе язвительные истории, упоминания о растениях, горах, цветах, впадинах, но всё это – занимательный калейдоскоп, в котором неожиданно обнаруживаешь мысли, которые тебе так близки. Иногда они мимолетные:

Бытовые:

Но и есть и волшебные моменты, которые тревожат душу, будоражат разум, а то и саднят:

И ещё огромное множество вещей, которые хочется обнять, а потом – перебирать и перебирать бесконечно. Тот же запах загоревшегося тростника поздней осенью, который навевает тоску, просто не выходит у меня из головы – я вижу его и чувствую, и сердце в этот момент каждый раз сжимается.

Чем дальше продвигаешься в заметках, тем ближе тебе становится тот, кто писал эти строки, тем реальнее её образ: снова мифический, давно умерший автор обретает реальный человеческий облик, а не остается всего лишь именем на обложке. С ней приятно проводить время – она умна, остра на язык, а ещё после знакомства с ней и понимания, что вживую вы не встретитесь никогда, (и правда) невыносимо тоскливо.

А я тоскую и радуюсь одновременно, ведь у меня появилось своё лекарство от меланхолии.

Япония. Ветки сакуры. Прекрасные, возвышенные, а порой и уничтожающие хокку. X-XI века нашей эры. Интересно было бы туда попасть и посмотреть как в то время жилось в этой стране. Но боюсь, что девушкам и женщинам, по мнению Мурасаки Сикибу - придворной дамы императрицы Сеси, пришлось ох как не сладко. Ведь Гэндзи - чума тех времен, этакий соблазнитель и Дон-Жуан, мечта слабого пола. Правда лично я не нашла в нем ничего такого от чего моё сердце растаяло и я пала бы к его ногам или на его ложе. Но времена идут, вкусы и потребности меняются и то, что сейчас для нас плохо или недопустимо, десяток веков назад было вполне адекватным. Гэндзи прекрасен во всём - внешность, манеры, ум, поведение - так читают женщины, окружающие его, но не я. У меня для него лишь одно определение - бабник. Большую часть этого вовсе не маленького романа было ощущение, что я читаю о похождениях одного мужика по бесчисленным женщинам, имена которых ещё и сложно произнести, не то что запомнить. А они, глупышки, терпят его измены и ждут когда же наконец-то его величество соизволит вспомнить о них и навестить. Принц ищет "свою" принцессу и в этих поисках перебирает множество вариантов, постепенно отбрасывая их и понимая, что это не она. Правда есть у Гендзи и положительная черта, в отличие от подавляющего количества бабников: он не забывает своих любовниц и не бросает их, когда даже чувства остыли. Дружеское слово поддержки или материально, но он помогает им. Что это? Остатки совести или особенности азиатской культуры? К тому же он любит маленьких девочек. Нет, не в том смысле, о котором вы могли подумать. Вначале он её вырастил и воспитал, а уже потом не стал теряться...

Японцы удивительны тем, что постоянно пишут письма, да и в обычном разговоре приводят стихи из каких-то им одним известных произведений. Мне сложно себе представить, что я разговоре с подругой или молодым человеком вдруг говорю:

Октябрь уж наступил — уж роща отряхает
Последние листы с нагих своих ветвей;
Дохнул осенний хлад — дорога промерзает.
Журча ещё бежит за мельницу ручей,
Но пруд уже застыл; сосед мой поспешает
В отъезжие поля с охотою своей,
И страждут озими от бешеной забавы,
И будит лай собак уснувшие дубравы.

А.С. Пушкин "Осень"

Странно это выглядело бы, не правда ли? А вот Японская культура совсем другая. Они не стыдятся такого проявления чувств. Хотя вспомнив нашу классику или ту же Джейн Остин или Эмили Бронте, где герои писали любовные письма, можно призадуматься, что сходство всё же присутствует. Жаль, но за давностью лет или кривого переводы переводчиков, мне было сложно оценить красоту стихотворений в этом произведении.

Почти 1500 страниц, объемный такой текст. Кажется, что на его страницах может уместиться очень многое. Но не тут то было. Это не Джей Бонд с погонями и убийствами и даже не "Война и мир". где всё и так ясно из названия. Какие-то действия происходят в романе, только это настолько медлительно тянется, что их особо и не замечаешь. Весна сменяет зиму, люди меняют одежду, годы идут, а ощущение, что всё, как в замедленной съемке.Описывается много различных церемоний, что несомненно добавляет плюсиков к карме автора. Может это стиль того века или страны наложил свой отпечаток, но лично мне от такого повествования хотелось уснуть. А видя сколько впереди ещё ожидает страниц - застрелиться. Но даже смерть главного героя не помешала Марусаки Сикибу продолжить писать роман. Она решила рассказать о детях и внуках Гэндзи. Кто-то пишет в рецензиях, что эта часть стала любимой или просто интереснее предыдущих. Мне наоборот, без Гэндзи стало ещё скучнее читать книгу, хотя я и мечтала прибить его лопатой, ибо нефиг бесить.

Из всех 5 частей, на которые разделен роман, мне больше всего понравилась последняя - приложение, в котором читателю адаптировано объяснены традиции страны, в которой происходит действие. Так называемая историческая и культурная справка Японии. Оно действительно полезно и лучше начинать читать именно с него, а не с первой части романа. Тогда всё становится более понятно. Ну и вообще в тексте много сносок, помогающих понять происходящее. Поэтому это увы, уже не оригинал, который был изначально написан автором.

Япония. Средние века. Двор Императрицы. Министр Двора, его светлость Корэтика приносит Императрице целую гору тетрадей из великолепной бумаги. Императрица недоумевает: зачем ей эти тетради?! И решает подарить их любимой фрейлине... Сэй Сенагон в восторге от подарка - теперь будет где оставлять сокровенные мысли, наблюдения и просто посудачить о том о сем с самой собой! Но в то время ей бы в голову не пришло, что эти милые и остроумные заметки станут "народным достоянием" и пойдут из рук в руки, как весьма любопытное и интересное чтиво.

Это не дневник. Девушка пишет то, что приходит на ум - свои ощущения, чувства, вдохновение от того или иного явления Природы, рассуждает о животных, насекомых, растениях, горах, равнинах и прочих нерукотворных красОтах, о людях и их нравах, поведении, внешности, манере и т.д. Ее зарисовки восхитительны! Читаешь, а перед глазами изысканно-утонченная атмосфера средневекового Востока, Дворец Императрицы, утопающий в богатых убранствах, белолицые миловидные фрейлины в ярких нарядах и цветами в сложных прическах, мелкими шажочками снующие вокруг богини-Императрицы, стройные вышколенные пажи с глянцевыми волосами, умилительные комнатные кошечки и конечно же, нежные звуки музыки, ублажающие слух. Вся эта красота оживает и играет всеми красками, благодаря Сенагон. Ее записки не претендуют на настоящий шедевр или Жемчужину в литературном мире, но они настолько искренни, настолько душевны и ненадуманны, что вызывают улыбку и настоящий восторг.
Вот страница, которая называется "Облака":

Или вот еще, страница "То, что разгоняет тоску":

Какие незамысловатые, но в то же время близкие душе, заметки! Вся книга вот в этом же духе. Легкая, ненавязчивая, приятная для глаз и слуха, манера, уютная, теплая, нерасфуфыренная. Есть страницы, которые актуальны и в наш 21 век. Например, "То, что редко встречается", "То, что неприятно слушать" и еще несколько глав о людских нравах, которые Сенагон описала совсем не вычурно, но метко.
Есть страницы, которые глубоко впали мне в душу: "То, что глубоко трогает сердце", "Покидая на рассвете возлюбленную...", "Была ясная лунная ночь" и другие, в которых Сенагон в нескольких строчках обнажает свою душу. Именно по ним создается образ самОй девушки, сияющий одухотворенной красотой и трогательной нежностью.

Эту книгу я назвала бы отдыхом для души. В нее вплетаешься, с ней обретаешь покой, невозмутимость. Она приближает к Красоте, смывает весь негатив. Строчка за строчкой на сердце нисходит умиротворение и блажь.
Советую!

Дальше...

Так сама Сэй-Сенагон говорит о своей книге. И эта цитата, пожалуй, дает наиболее полное представление об этом произведении.

Да, это случайные записки, небрежные наброски обо всем, что происходит в душе и жизни придворной дамы. Там запись о птицах, здесь – о цветах, какой чем хорош, какой больше по душе и почему. Тут описание какой-нибудь забавной сценки из жизни обитателей дворца, которой Сэй-Сенагон стала свидетельницей, а часто и участницей. Следом пометка о красоте неба, потом – досадливая запись о том, что вызывает раздражение, как плохо делать то-то и то-то. И снова – как прекрасно утро, как чудесен пробегающий мимо ребенок.

Все эти записи как-то по-особенному наивны и воздушны, каждая из них вызывает умиление. У автора завидный запас оптимизма, она склонна подмечать в основном то, что вызывает положительные эмоции, без всякого стеснения, мило и вдохновенно радуется каждой мелочи. Как прекрасен этот мир, посмотри.

Хотя при этом, сказать честно, в чем-то книга вызвала гнетущее впечатление. Меня не оставляла мысль, что записки эти делаются смертельно больным человеком, который знает, что скоро покинет грешную землю, и потому стремится запечатлеть как можно больше моментов своей ускользающей жизни, вычленить и зафиксировать все самое-самое хорошее, чтобы перечитать и вдоволь насладиться прожитым. Впрочем, сдается мне, что это моя личная неспособность предаваться пустому оптимизму и склонность чувствовать в самых обыкновенных вещах подвох.

Книга вызывает ассоциации с только что сплетенной паутинкой, покрытой утренней росой – легкая, изящная, свежая. Безусловно приятная для чтения вещь.

"Неужели хоть один человек скажет, что цветы вишни ему примелькались, потому что они распускаются каждый год"...

Никогда бы не подумала, что мне так понравится книга данного жанра, и все же, наткнувшись когда-то в какой-то подборке на аннотацию, где обещали утонченные, наполненные изысканными образами афоризмы, добавила ее себе в список для прочтения, и благополучно отправила в долгий ящик ждать своей очереди.
Так уж вышло, что очередь ее настала именно сегодня. И то ли месяц погружения в себя, то ли проливной дождь за окном, который только добавил еще больше атмосферы для прочтения этой книги, но я осталась в большом восторге от красоты и мудрости написанного.

"То, что пролетает мимо
Корабль на всех парусах
Годы человеческой жизни
Весна, лето, осень, зима... "

Это действительно просто записки у изголовья. Как будто читаешь наброски мыслей, действий японской фрейлины, живущей в средневековье. Но тем еще удивительнее. Эти наброски как будто вне времени. Если отбросить все термины и атрибуты японских традиций, ощущение и восприятие оказываются крайне близки тебе.

"Те, кто напускают на себя уж очень умный вид: глупцы... Они очень любят поучать тех, кто по-настоящему умен".

Конечно, эти записки не являются шедевром мировой литературы, но они такие душевные, светлые, заставляют тебя то улыбнуться, то немного взгрустнуть. И хоть, скорее, эту книгу стоило бы отнести к разряду "на любителя", я бы все же рекомендовала ее к прочтению, особенно девушкам