Избранное

Анекдот советских времен. Собрание во вновь образованном колхозе, на повестке дня - обсуждение названия. - Предлагаю назвать наш колхоз "Заветы Ильича", - встает доярка тетя Маша. Все кивают, но без энтузиазма - Предлагаю назвать наш колхоз "Путь к коммунизму", - молодой тракторист Парфенов. И снова нет большого отклика. Слово берет дед Степан: "Предлагаю назвать наш колхоз именем Рабиндраната Тагора". Неожиданно бурные аплодисменты, вопрос ставится на голосование, большинством голосов принято. После заседания председатель подходит к деду: - А скажи, Степан, кто такой этот Рабиндранат Тагор? - Да хрен его знает, очень уж на "Ёдрит твою мать!" похоже.

Не-а, не похоже. А вовсе другие ассоциации возникают при звуке этого имени. Далекая и невообразимо прекрасная песня на два женских голоса о том, как ветер развеет старое имя и нет мне дороги в мой брошенный край, а попытаешься увидать - не разглядишь. Прощай. Не то, чтобы до того не нравилась мне какая-нибудь музыка, как можно? Песня о розовом слоне. например. Или как пропала собака по кличке "Дружок". Они все были минорными, жалостливыми в сути своей и мы переписывали их в песенники, украшая вырезанными из журналов картинками (для пущей красоты еще фламастером обводили по контуру). Но эта, в сравнении с прежними, была как вспышка сверхновой на привычном небосводе.

Случались и в советское время примеры грамотного промоушна. Потому что эта песня прозвучала в каком-то праздничном концерте задолго до выхода на экраны фильма "Вам и не снилось". Или в "Утренней почте"? До сих пор помню имена исполнительниц: Ирина Оттиева и Вера Соколова. И я была готова слушать ее все время, с утра до вечера и с вечера до утра. А магнитофона не было тогда у нас. И на пластинке отчего-то не выпускали. И оставалось смотреть все подряд концерты в надежде - поставят. К слову, ставили часто. Составители программ тоже любили, наверное. Фильм, который шедевр и ничто не убедит меня в обратном, шла смотреть все-таки из-за песни.

И Алексея Рыбникова на веки вечные полюбила за нее же.Ну и как, скажите, не поинтересоваться было автором текста? Да, в библиотеке. Томик, включавший лирику и два романа. Не было того стихотворения. А то, что было, показалось неинтересным, тяжеловесным, неудобочитаемым. Ну и ладно, тут же еще романы. Ой, ну как вам сказать. В десять лет это рано читать. В смысле (простите-простите, Рабиндранат Тагор) я и в сорок пять такое не стала бы. Н-ну потому что бесконечно далеко все от меня. История бедной красивой девушки, которая выдана была замуж за старика, а после смерти его не унаследовала состояние (как это было бы в Европе). Скажите еще спасибо, что на жертвенный костер не пришлось взойти, недалеко то время, когда в порядке вещей такое было. И она возвращается к дальней родне кем-то вроде экономки, а там муж работодательницы и лучшей подруги.

И так все хитросплетено, такие сложносочиненные отношения. Этот мальчик прежде увлекался ею, но соображения материального характера (умгум) не позволили жениться. А теперь страсть. И живем под одной крышей. Но как быть с подругой? Для нее муж - свет в окне и ее тоже люблю. И к тому же, она ждет ребенка. Так и осталась "Песчинка" непонятой и отдельно от других историй стоящей. Надо бы судить, да жалко. Надо бы жалеть - да мерзко. Второй под той же обложкой "Крушение" начала, отвлекло что-то, более подходящее по возрасту. Такой мой Тагор.

Сейчас посмотрела в Вике, есть балет "Читра" по его поэме "Читрангада". О дочери раджи, девушке отменных душевных качеств и прекрасной наезднице, и умелой охотнице. Красоты вот только не дали боги. Да ей и без надобности, скачет по лесам, тем счастлива. Но встречает как-то отшельника Арджуну, в прошлом отважного воина и любовь к нему вспыхивает в ее сердце. И не в силах противостоять медленной муке, молит бога любви Мадану о даре красоты. И, девочки, чудо случается, она становится прекрасна. Все так хорошо у них, только сознание того, что счастье получено обманом, терзает Читру. И в один день, не в силах жить во лжи, она признается супругу, что любит тот не ее, а сверкающую оболочку. В тот же миг красота ее истаивает, но Арджуна продолжает любить жену. Теперь он уже знает ее прекрасную душу.

Ах, какая чудесная история. "Читра" - сверкающая на санскрите. И это название одной из двадцати семи накшатр в ведической астрологии, Джйотиш. И у меня в Читре Юпитер. Как причудливо тасуется колода.

Флэшмоб 2014 4 из 16
В 1913 году в жизни индийского народа произошло важное событие – лауреатом Нобелевской премии мира по литературе стал никому не известный в Европе поэт Рабиндранат Тагор. Впервые эта премия была присуждена представителю Азии. Вряд ли стоит говорить, с каким восторгом и воодушевлением народ встретил такое решение, видя в нём признание индийской культуры на Западе.
Великий индийский писатель и поэт родился в одном из самых развитых и населённых областей страны – в Бенгалии. Именно она стала очагом всех новых явлений и веяний, что проникали в Индию, именно здесь национально-освободительное и патриотическое движение обрело свой пик. Через творческий путь Рабиндраната Тагора можно проследить развитие индийского национального движения конца 19 – начала 20 века. Его романы, повести, рассказы, пьесы были направлены против феодальных и религиозных пережитков, бесправия женщин, самой кастовой системы. При этом на начальном этапе своего творчества (1880-90-ые годы) Р. Тагор наивно полагал и видел в английской власти гаранта этих новых перемен, защитника Индии от старых изживших себя пережитков. Особенно чётко это прослеживается в его рассказах той эпохи.
В «Карточном королевстве», например, явно прослеживается аналогия затерянного в море королевства (где жили тузы, вольты, десятки и восьмёрки по своим особым правилам, источника которых уже давно никто не помнил) с кастовой системой самой Индии. По сюжету рассказа на этот остров волей судьбы попадает царственная чета из неведомой заморской державы. Она объявляет себя правителем и отменяет старые порядки, что лишь вводят в это королевство неурядицу. Из истории известно, что в 1877 году – всего лишь за несколько лет до написания «Карточного королевства» британская королева ликвидирует Ост-индскую компанию и принимает титул королевы Индии.

Рассказы «О чём рассказал берег Ганги», «Расчёты», «Состязание» повествуют о бесправном и нелёгком положении женщины в индийском обществе той эпохи. И опять Рабиндранат Тагор с надеждой смотрит на британскую администрацию – оплота просвещения и новых веяний:

Впрочем, как известно, надежды эти не оправдались. В 1905 году Бенгалия была разделена британской администрацией по религиозному признаку, что вызвало волну протеста самих бенгальцев, многочисленные акции неповиновения. Уже через шесть лет англичане были вынуждены этот закон отменить, но насильственные меры продолжались. В 1915 году английский король возвёл Р. Тагора в рыцарское звание, однако через четыре года, в знак протеста против расстрела мирной демонстрации британскими войсками, окончательно разочарованный поэт от него отказался. Одна из лучших пьес автора – «Колесница времён» (также входящая в этот сборник) – прямо направлена против колониального господства англичан:

Что интересно – Рабиндранат Тагор впервые ввёл в бенгальскую литературу тему «маленького человека», а именно они – люди из «средних слоёв» и являются основными героями большинства произведений Тагора.
Произведения Рабиндраната Тагора – удивительная смесь национальной мифологии и традиций с действительностями суровой индийской жизни. Именно это, как мне кажется, делает его стихотворения и рассказы неповторимыми и легко узнаваемыми. Тагор – не только поэт и писатель, но и композитор, чьи песни поют на его родине до сих пор, а две из них стали в своё время национальными гимнами Индии и Бенгалии.
В заключении хочу поблагодарить Kalendulla1 за совет этого замечательного автора. Прошу прощения, что несколько расширил кругозор и кроме лирики обратился также к рассказам известного бенгальца.

Стихотворения Рабиндраната Тагора мне напомнили индийские специи... Нет-нет, не потому что они острые, а потому, что каждое из них на вес золота.

Пройдя за много дней по множеству дорог,
по множеству округ со множеством тревог,

я разглядел и горные вершины,
и океанские пучины,

но я не разглядел близ хижины моей
того, что стоит гор или морей:

росинки малой на цветке,
сверкающей невдалеке.

Конечно же, хочется особо отметить качество переводов, среди авторов которых Б.Пастернак и А.Ахматова. Но, думаю, сами по себе стихи - прекрасны.

Быть может…

Прости, если я, преисполнясь гордыни,
Поверю пригрезившейся картине:
Семнадцатилетняя – в еще не пришедшие времена –
Ты читаешь стихи мои в одиночестве у окна,
А в небе плывет луна.

Безмолвие ночи трепещет в ритмах стиха,
Былая мелодия льется нежна и тиха,
И радость, быть может, блеснула в глубине девических глаз,
И, может быть, ты шепнула: «Если б он жил сейчас,
Меня он любил бы, наверно, и тосковал обо мне…»
А может быть, говоришь ты: «Он не вернется, нет,
Но лишь для него этой ночью горит одинокий свет
В моем окне».

Меня Тагор зацепил в первую очередь тем, насколько он поэт искренний и прямой. Местами наивен, местами - прост, но какие же вкусные сравнения и метафоры:

И сразу представляется и нога эта, и полдень.

Так вот, я вижу в поэзии Тагора две разных личности: романтик-филосов и общественно-политический деятель. Творчество первого мне однозначно ближе. Интересно читать переводы Ахматовой и Пастернака, хотя возникает небольшой когнитивный диссонанс, когда слог, например, Пастернаковский, а сюжет про индийскую деревню. В этом случае, мне кажется, проза дает больше возможностей почувствовать ту самую индийскую атмосферу, в которой, и о которой пишет автор. Ещё у Тагора шикарные баллады. Особенно "Жертва". Не стих, а целое кино. Из зацепивших ещё вот, например, "Отречение":

Но основная тема, волнующая автора, это, всё-таки, судьба его страны. Так вышло, что Тагор жил в непростое для Индии время, а потому значительную часть его размышлений занимает именно политика. Что интересно, если в публицистике автор резко и категорично критикует религию, выступая сторонником атеизма, то поэзия его насквозь пронизана темой духовного поиска. Сторонник ли Тагор идеи бога без религии? Возможно. А может быть советские переводчики и цензура постарались, как знать. Конечно же в сборник 87-го года издания не могли не включить его письма восхищения советской Россией и идеями социализма, что в наше время воспринимается уже немного под другим углом, но Тагор был, опять же, искренним в своих взглядах и от всего сердца хотел блага для своего народа, а потому многое ему стоит простить.