Рипли, направляясь из дома в пивную, замечает незнакомого юношу, наблюдающего за ним. Когда-то "Талантливый мистер Р." заканчивался тревогой протагониста о том, что в каждом порту его будет ждать полицейский, и собственно к этому и сводится весь смысл этого цикла: циничный уход от наказания, но не до конца. К четвертой части Патриция Хайсмит смогла это полностью доломать, всё больше проецируя на героя свой возраст. Вот уже третью книгу подряд Рипли - абсолютно реакционный персонаж. Он ничего не хочет, ни к чему не стремится, у него нет никакой цели, кроме как сидеть в своём поместье будто на пенсии, хоть он и совсем не старый. В "Мальчике, который следовал за..." нет даже подобия вменяемой завязки или стройной фабулы. Рипли помогает пацану, сбежавшему в другую страну от богатых родителей, потому что тот напоминает ему то ли убитого Дики Гринлифа, то ли самого себя, и по идее именно вокруг фигуры подростка строится читательский интерес, но это не работает, потому что Хайсмит пишет его образ консервативнее, чем делала это в 50-х, а на дворе, на минуточку, 1980-ый, поэтому в качестве рефлексии о разрыве поколений это на уровне старческого брюзжания или диктофонных детективов престарелой Агаты Кристи. Единственный относительно терпимый кусок - путешествие в разделенный Берлин, но этот туризм с походами в зоопарк, гей-клубы и в гости к коммунистам не имеет никакого значения, не двигает сюжет, просто занимает объём. Когда же наконец случается преступление, до такой степени идиотически написанное, начиная с того, что криминальное сообщество по мнению автора выглядит как сборище бабок с завалинки до очередного переодевания Рипли - темы, изжившей себя в районе второго романа, приходят мысли о том, что лучше бы они продолжали свой отдых. Вообще элементы истории сшиты тут настолько глупо и неловко, что вероятно и сама писательница замучилась пытаться придумать мотивации, позволяя себя фразы вроде: "Это был бредовый план, но Том очень устал и не хотел думать". Если части два и три вызывали чувство неловкости своей моральной устарелостью, то эту читать мучительно физически, поскольку написать хуже, кажется, было невозможно.

Каждая последующая книга эпопеи про мистера Рипли уступает в качестве предыдущей. Теряется самое важное – симпатия к главному герою. Сочувствие, тревога за судьбу Тома в первой части сменяются изумлением от его повадок мясника во второй. Невразумительная третья оставляет чувство, что автору все это так же не интересно, как и читателю. И вот четвертая – с легким уклоном в благородное дело помощи сирым и убогим.

Сколько несуразностей и глупостей в одной истории. Безумная откровенность вплоть до саморазоблачения перед абсолютно незнакомым человеком. Идиоты-похитители, пляшущие под дудку того, кто платит выкуп. Жуткий карнавал ночной жизни большого города вперемешку с текстом, списанным со страниц буклетов туристических агентств. Зачем это все, приправленное классической музыкой и цветочками???

Милый и очаровательный рантье Том на сей раз решил подобрать зверушку. Вернее, бездомного ребенка. Еще точнее – проблемного подростка. Какой благородный поступок, скажем мы все! А ничего подобного. Не зря ему жена говорила – не связывайся ты с ним, Том, пусть идет, откуда пришел. Правильно говорила. И нечего считать, что блондинки дуры. Том решил, что он умнее всех и просчитался. Несчастное дитя оказалось, мягко говоря, с секретом. Но трудности никогда не пугали Тома. Испытывая сочувствие к пареньку, слегка похожему на него самого, Том решил поиграть в героя, легко решающего страшные подростковые проблемы.

Смелый Том ошибся в самом главном. Он, пусть и не дитя улицы в полном смысле этого слова, всегда знал – он один в этом мире и рассчитывать может только на себя. Никто никогда ему не поможет. Том справлялся, жизнь заставила. А вот его протеже – вовсе не одинокий беззащитный мальчик, который попал в беду. Все его беды были созданы или выдуманы им самим. Этому беспечному, безответственному, безнаказанному, зацелованному в попу мальчику стоит только дать знать о себе, как мигом решатся все трудности, откроются золотые двери и расстелятся ковровые дорожки. И он всегда об этом помнил.

Собственно, жизнь наглядно доказала, как Том ошибался. Эксперимент не удался. Все разошлись по своим делам, не извлекая уроков из случившегося, просто постаравшись забыть. Как-то все это некрасиво у автора получилось, неприятно, неудобно, недостоверно, неловко и скучновато.