Октябрь в России

С удовольствие перечитал одну из самых лучших поэм Есенина. Понимаю, что такая оценка крайне субъективна, но для меня лучшими из поэм, написанных великим тёзкой, представляются "Анна Снегина" и "Пугачев"

Поэма очень лирична и по сюжету и по слогу. Приезд в деревню столичного повесы, пусть и местного уроженца, встреча его с бывшей любовью, которая, кажется, что-то чувствует к молодому поэту, но она "другому отдана и будет век ему верна". Да и само созвучие "Онегин" - "Снегина" позволяют увидеть в этом есенинском шедевре параллель с другим шедевром - пушкинским. Ведь настоящая фамилия реального прототипа Снегиной была Кашина.

Хотя, конечно же, параллель эта зыбкая и очень нечеткая, отличий намного больше, чем совпадений, и все же тональность где-то рядом.

В "Анне Снегиной" Есенин сливает акварельную грусть, типичную для его ранних стихов с "шершавым языком плаката". Последний термин больше относится к Маяковскому, но и Есенину, взявшемуся описывать реалии лет революции и гражданской войны, было не обойтись без него. Поэтому в сиреневую цветь и алый цвет зари стали вторгаться детали тех суровых буден. И все же Есенину удалось сохранить общий лиризм произведения.

Поэма написана в январе 1925 года, если учесть, что у Есенина было обостренное чувство грядущего раннего ухода, то это было его прощание с малой Родиной и с юношеской любовью, которая, может быть, оказалась живучее всех других, которых было в его жизни немало.

Есть в поэме и дань политическому моменту, так знаменитые строки:

безусловно, являются чистейшей выдумкой. Очень маловероятно, что в рязанской глуши в апреле 17 года слышали про Ленина. Он тогда только вернулся из Швейцарии, было это 16 апреля по старому стилю (3-го по новому), я думаю, сам Есенин в то время не знал кто это такой. Большевики еще не представляли сколь-нибудь серьезной силы, да и крестьянам было не до них, их интересы и чаяния пытались отстаивать эсеры.

А вот тоска Снегиной в эмиграции и даже принятие ею красного советского флага, возможно, тоже выдуманы, но выглядит вполне естественно, многие покинувшие Родину, начинали испытывать похожие чувства.

Ну и, конечно же, погружение в поэтический текст с индивидуальным стилем не могло не отозваться во мне попыткой написать еще одну гусиную пародию-стилизацию. На Есенина я уже писал, тогда за основу брал раннее его стихотворение "Выткался над озером алый цвет зари", теперь вот - "Анна Снегина". Не судите строго :)

Село, значит, наше – Бусово,
Дворов, почитай, десяток.
Там – в крайнем живет бабуся,
Растит разноцветных гусяток.

Один, как черемуха - белый
Другой – сер, почти до черна,
Бабуся для них не жалела
Ни меры муки, ни зерна.

Однажды недобрым вечером,
Погнала гусей в зеленя,
Ей горе свалилось на плечи,
Позвала на помощь меня.

Найди мне гусей, Сергуша,
Ушли в невозвратную даль,
В тоске извела я душу,
Излила свою печаль.

Ушел я в сиреневой дымке,
Пропавших гусей искать,
Был воздух теплый и зыбкий,
И чавкала липкая грязь.

В полях не нашел я пернатых,
И не было их на реке,
Бабусю послал я матом,
Пошел и напился в шинке.

Любовная лирика Сергея Есенина особенно прекрасна, а читать поэму "Анна Снегина" — одно наслаждение. Но в произведении затрагивается не только тема ушедшей любви, но и гражданская тема, ведь действие поэмы разворачивается в 1917 году, когда Россия стояла на пороге перемен. Это был нелёгкий период. Страну раздирала гражданская война, народ мечтал об изменениях к лучшему, верил, что коммунистическое правление придёт к власти и создаст чуть ли не райские условия для простых людей.

Главный герой поэмы Сергей (кстати, произведение автобиографическое) приезжает в родное село из Москвы. Несмотря на долгое отсутствие, он по-прежнему свой человек для местных жителей. Они видят, что большой город город не сделал Сергея зазнавшимся и высокомерным. Наоборот, он любит малую родину всем сердцем.

Но не только счастливые эмоции испытывает герой по возвращении домой, но и грусть, так как всё меняется и жизнь уже не будет такой, как прежде. Годы идут, и девушка, которую он любил, теперь жена солдата. И всё же печаль, которую он испытывает, не связана с отчаянием. Это светлое чувство ностальгии по юности.

Я очень любила "Анну Снегину", как и всё творчество Есенина, в школьные годы, и сейчас поэма снова затронула моё сердце. Думаю, сочетание гражданской, любовной и пейзажной лирики и делает её особенной и запоминающейся.

Очень долго я раскочегаривалась с этой книгой, за месяц главы четыре прочитала. И всё серо было и не интересно, радовали только красивые описания природы. И очень много отметила понравившихся пассажей, один, покороче, привожу для примера:

А вот сплошная политика очень мне мешала, хотя она является основой сюжета, ведь автор описывает время до, вовремя и некоторое после Октябрьской революции. С одной стороны описывается всё глазами и восприятием мальчика Тимы, с другой много звучит и разговоров, при которых он не присутствовал. И вот без них бы я обошлась. Возможно в детстве, когда я читала "Как закалялась сталь" и "Сердце Бонивура" мне всё это было бы интереснее, а вот сейчас уже не очень. Такая канитель тянулась главы до пятой-шестой, но после мне стало интереснее. Помню как раз на описании ледохода на Томи я наконец-то заинтересовалась, стала читать с увлечением. В какой-то момент уже во второй половине книги я поняла, что мне нравится как трогательно описаны отношения родителей героя.
О мыканьях Тимы по разным домам и его житье в сиротском приюте, долгожданном приходе к власти большевиков и возвращении домой, ведь теперь родители могут выйти из подполья, правда так заняты налаживанием советской жизни, что сын видит их не чаще, чем до революции, многом происходящем в жизни мальчика, его взрослении читала уже с увлечением.
В последней части Тима с отцом едут в шахтерский край - получается в мой родной Кузбасс - где общаются с большим количеством интересных персонажей.
Но всё равно книга достаточно неравномерная, немного затянутая, так что периодически приходилось делать усилие, чтобы вернуться к ней. Вот была бы она в два раза короче, но со всеми понравившимися мне моментами, оценила бы максимально, а так, устала.