Дождь. Рассказы

Она всегда умела привести цитату, — а это хорошая замена собственному остроумию, — и за те тридцать лет, что была знакома, более или менее близко, с множеством выдающихся людей, накопила множество забавных анекдотов, которые рассказывала, тактично скрывая истинных героев, и повторяла не чаще, чем могли выдержать слушатели.

Она покорилась ему, потому что устала сопротивляться, но отдала только то, чему не придавала цены. Душа ее, которую он смутно угадывал, ускользала от него.

Может быть, на самом деле вовсе и нет такой уж разницы между людьми. Может быть, даже лучшие из нас — грешники и худшие из нас — святые.

У хорошего хозяина все слуги хороши.

— «Теперь я в путь пускаюсь, в далекий Иннисфри», — прошептала миссис Форрестер.
— Я провожу вас до парадного, — сказала миссис Булфинч. — Там дорожка рваная, недолго и споткнуться.

Собственное ее положение было так прочно, что исключало даже мысль о зависти, а слово «талант» так часто связывали с ее именем, что ее ни капельки не обижало, когда другим талант приносил коммерческий успех, не выпавший ей на долю.
Уверенная в признании потомков, миссис Форрестер могла позволить себе такую роскошь, как бескорыстие.

Perhaps even the best of us are sinner and the worst of us are saint. Who knows?

“Si les bars à Londres avaient des terrasses comme à Paris, on y boirait des verres de pluie.”

- Если бы у больного началась гангрена ступни, могли бы вы равнодушно смотреть, как кто-то раздумывает, ампутировать её или нет?

• Гангрена – вещь вполне реальная.
• А грех?

Ева любит меня таким, какой я есть, а не таким, каким я могу стать. Что бы ни случилось со мною, она никогда во мне не разочаруется.

И именно потому, что это была не обычная деревенская девушка, а учительница, образованная, ему было особенно приятно её помучить.

Юмор его был на том же уровне, что и мыслительные способности слушателей.

Везде какая-то сумасшедшая спешка. Много шума из ничего

Растрачивать же попусту короткие
золотые часы своей жизни -- значит выплеснуть на землю вино с растворенной в
нем жемчужиной. Жест великолепный, но, как и все великолепные жесты,
бессмысленный.

Из двух любовников всегда один любит, а другой только позволяет себя любить; это горькая истина, с которой большинство из нас вынуждено мириться. И очень редко бывает так, что оба любят одинаково.

По-настоящему женщина любит того, кто ее совратил, — после этого она начинает любить самую любовь.

"Я никогда не понимал, чего ради Луиза со мной знается. "
"- Завтра мне придется за это расплачиваться, -- сказала вечная
страдалица. -- Я окажусь на пороге смерти."

"В день свадьбы,
в десять утра, с этой чертовой куклой Луизой случился очередной сердечный
припадок и она умерла. Умерла, великодушно простив Айрис, которая ее убила."

никогда я не испытываю большего благоговения, чем в те минуты, когда передо мною раскрывают душу. Тогда становится совершенно ясно, что до какого бы ничтожества и унижения ни дошел человек, в нем всегда остается нечто, вызывающее сострадание.

Я подниму детективный роман до уровня высокого искусства. Эта идея явилась у меня внезапно в Хайд-парке. История с убийством, а разгадку я дам на самой последней странице. Я напишу ее безукоризненным языком, но поскольку мне уже приходило в голову, что я, пожалуй, исчерпала ресурсы точки с запятой, теперь я начну обыгрывать двоеточие. Никто еще не исследовал его потенциальных возможностей. Юмор и тайна — вот к чему я стремлюсь. Называться книга будет «Статуя Ахиллеса»

Он не сразу ответил. Она тоже была старая. Толстая старая туземка. Ему уже было непонятно, почему он когда-то любил ее так безумно. Он сложил к ее ногам все сокровища своей души, а ей это было совершенно не нужно.