Эрнест Хемингуэй

Когда я дочитывала последние страницы биографии любимого писателя Хемингуэя, я думала одновременно о многом. О том, как страшно знать заранее, что на последней странице он убьет себя выстрелом в рот из любимого ружья, о том, как прекрасно теперь знать о нем больше, лучше понять и переосмыслить прочитанные книги, о том, - в итоге - как, садясь писать рецензию на такую важную для меня книгу, написать в большей степени о книге, а не пересказать все свои восторги о нем, о писателе.

Я на протяжении всей биографии была бесконечно благодарна автору за огромное множество мелких деталей, цитаты из писем, попытку (успешную) передать на каждом этапе настроение людей. Самого Хемингуэя, окружавших его друзей, коллег, жен, детей. Настроение того времени, тех лет; дух войн, через которые он прошел. Я была буквально счастлива продираться сквозь эту чащу, вчитываться, вникать. Я будто своими глазами видела его первые шаги в журналистской работе, первые увлечения женщинами и охотой, бедную жизнь в Париже; кажется, я проходила мимо и видела его, сидящим со своим молескином который час на одной-единственной чашке cafe-creme и работающим над следующим произведением, летела вместе с ним на всех его многочисленных рейсах, стояла рядом на боях быков в Испании и сопереживала мукам писательства, когда он писал свой роман "о потерянном поколении"...будто бы я была немым созерцателем и неизвестным другом, была с ним рядом, когда рождались и не рождались его дети, когда он снова влюблялся, женился, разводился, охотился, снова писал, воевал, путешествовал. Это потрясающее ощущение - оставаясь незамеченной, приоткрыть дверь в тот мир, куда на протяжении стольких лет вламывались репортеры, фотографы и интервьюеры до самого его последнего дня, и чем выводили его из состояния, хоть сколько-нибудь близкого к равновесию. Абсолютно_бесценно - узнав больше о том, что за свою жизнь пережил писатель, приблизиться к пониманию смысла его произведений.
На мой взгляд, можно сколько угодно обсуждать/определять/судить его самого, характер, поступки, ошибки; промахи, провалы и заглушающие весь мир вокруг победы... НО его жизнь, литературу, которую он оставил после себя; литературу 20 века, какой она стала после него, мало того, его личный профессиональный вклад в формирование истории - как военного корреспондента, участника многих крупных мировых событий, в конце концов, как человека из особого космоса, знакомого с такими людьми, как Гертруда Стайн, Марлен Дитрих, Дос Пассос...многими другими... это все нельзя вычеркнуть, нельзя отменить, стереть. И огромный плюс этой биографии в том, что ее автор сумел гармонично соединить повествование о жизни писателя с изображением эпохи. Только так картина выглядит целостной.

Надо было быстрее работать. Теперь так рано темнеет...
Э. Хемингуэй. Из письма.

Хотелось бы начать отзыв с бурных оваций. Господин Грибанов, как Вам удалось настолько ярко написать о Хемингуэе, что я до сих пор слышу щелканье клавиш его печатной машинки, отбивающих ритм будущего шедевра, чувствую запах морского побережья и легкую тревогу, витающую по комнате и знаменующую начало Второй мировой? Браво!
Эрнест Хемингуэй прожил удивительную жизнь. Неудивительно, что большинство его произведений носят автобиографичный оттенок, где сложнейшим образом переплетаются личный опыт и вымысел. Участие в двух мировых войнах и других военных действиях, любовь к женщинам, увлечение охотой и боем быков, корреспондентская деятельность, опасные путешествия, жизненные принципы и политические убеждения - все это он выливал на страницы своих дневников, а в последствии статей, рассказов и романов.
Страсть к сочинительству владела им с самых ранних лет, уже на школьных уроках литературы его работы вызвали восторг у педагогов и одноклассников. Первая публикация его рассказа в школьном журнале определила всю дальнейшую его жизнь. Он решил стать писателем. Отметя в сторону предложение родителей о поступлении в университет, Хем уезжает от них и начинает свой путь с работы полицейским репортёром и окунается в тёмные уголки человеческой жизни: встречается с проститутками, наемными убийцами, посещает тюрьмы, игорные дома, наблюдает, запоминает и старается понять мотивы человеческих поступков. Все это откладывается в его памяти, чтобы потом ожить сюжетами и диалогами его будущих рассказов. Будучи корреспондентом он отточил навык "рассказывать просто простые вещи". Что и стало в последствии его писательским принципом.
Когда приходит весть о начале Первой Мировой войны, Хемингуэй пытается записаться в ряды солдат, но его не принимают из-за детской травмы и тогда он вступает в отряд водителей, которые доставляют продукты на фронт, чтобы как-то туда попасть. Ему этого мало и он вызывается доставлять провизию прямиком на передовую, проявляя при этом небывалую отвагу и смекалку. Однажды он попал под начавшийся обстрел и тащил на себе одного из раненых солдат до окопов, сам получив многочисленные оскольчатые ранения в области ног. Чудом выжив, Эрнест попадает в военный госпиталь, где встречает свою первую любовь в лице медицинской сестры Агнессы.
Уже будучи зрелым человеком и крупным писателем, Хемингуэй не раз утверждал, что всякий опыт войны бесценен для писателя, где раскрываются характеры людей и идёт проверка самого себя.
После войны он возвращается к своей журналисткой деятельности, экспериментирует в разных газетных жанрах. Он стремился "искать незаметные детали, которые вызывают ощущения", находить точное выражение их, чтобы вызвать у читателя аналогичные ощущения. Вскоре он знакомится со своей первой женой Хэдли и они уплывают в Париж. Там он продолжает зарабатывать на жизнь профессией репортёра, но твёрдо решает начать писать. Знаменательным для него становится знакомство с Сильвией Бич, владелицей книжной лавки. Где собирается вся литературная интеллигенция. Так, например, он знакомится с Джойсом и даже помогает в контрабандном распространении запрещённого "Улисса". А самое главное - получает допуск к прекрасной библиотеке и начинает усиленно читать классиков. Толстой, Гоголь, Чехов, Достоевский, Тургенев - он решил начать с русских писателей и всегда высоко отзывался об их творчестве. В это время на Ближнем Востоке назревает политический конфликт и Хемингуэя отправляют в качестве военного репортёра вести хронику с места событий. Тогда он начинает разбираться в сложнейших вопросах международной политики и чётко определяет границы своих политических симпатий и антипатий.
По возвращении с театра военных действий Хемингуэи уезжают в Испанию, где Эрнеста раз и навсегда покоряет коррида, которой он посвятит не один рассказ и даже целый роман. Бой быков он называл великим искусством и сравнивал его с "великолепным танцем со смертью".
Вскоре выходит в свет его первая книга, напечатанная другом Хемингуэя в собственной типографии, содержащая три рассказа и десять стихотворений, собственно, так и названная. Это малоизвестный факт, но Эрнест на заре своего творчества писал стихи, особой литературой ценности они не имеют, но являются интересным пунктом его биографии, в них просвечивают его мысли , настроения и чувства. Денег эта книга ему не принесла, но первый серьёзный шаг был сделан. Примерно в это же время Хэдли узнает, что беременна. Эта новость заставляет пересмотреть все намеченные литературные планы Хема. Они вынуждены уехать из Парижа в Канаду, где его жена собиралась рожать. А Эрнесту приходится возвращаться к газетной рутине, чтобы кормить свою семью.
Постепенно Хемингуэй оттачивает своё мастерство над рассказами, но их упорно продолжают отклонять видные журналы. Его семья живёт практически впроголодь. Но он продолжает каторжно работать и даже искать плюсы в этом вынужденном положении, утверждая, что на сытый желудок муза не прилетает.
Однажды жизнь его свела со Скоттом Фицжеральдом, которой на тот момент уже написал "Великого Гетсби" и занял на литературном Олимпе своё место. Эрнесту никогда не нравилось подобострастие Скотта к богатому классу и он осуждал его за отношение к литературному мастерству как к способу заработка. Но, в целом, они всегда поддерживали отношения, вплоть до смерти Скотта.
После написания своего первого романа, Хемингуэй разводится со своей женой, потому что снова влюбляется и начинает новый этап своей жизни. Его вторая жена - Полина, была довольно из обеспеченной семьи и подарила ему двух сыновей.
В момент написания одного из самых удачных романов - " Прощай, оружие!" родился его первый сын от Полины, а на момент окончательной его редакции умер его отец - застрелился. Что сильно отразилось на Хемингуэе.
Вместе с Полиной, на средства её дяди они предпринимает поездку в Африку, воспоминания о которой, заняли изрядную нишу в его творчестве.
Хемингуэй приобретает известность, его признали как писателя. Его книги печатаются тысячными тиражами, а такие журналы как "Эсквайр" и "Космополитен" почитают за честь печатать его рассказы или романы с продолжением. Одно из главных кредо его творчества - это правдивость, во всем и всегда. Он не признает даже создание "искусственных персонажей". Эрнест пишет, что "люди, действующие в романе, должны возникать из накопленного и усвоенного писателем опыта, из его знания, из его ума, сердца, из всего, что в нем есть" . Писатель должен создавать не литературных персонажей, а живых людей. Хемингуэй верно следует своему принципу, почти все герои его романов имеют те или иные черты его знакомых, друзей или случайно виденных им людей. Ещё один из выведенных им литературных правил - "правило айсберга": "Если писатель хорошо знает, о чем он пишет, он может многое опустить из того, что знает, и если он пишет правдиво, читатель почувствует все опущенное так же сильно, как если бы писатель сказал об этом. Величавость движения айсберга в том, что он только на одну восьмую возвышается над поверхностью воды."
В момент начала Испанской войны Хемингуэй принимает решение присутствовать при этом событии и отправляется на фронт репортёром. Он активно принимает участие во множестве военно-политических операций и копит материал для своего творчества.
Пришла в его жизнь и третья любовь - Марта, по роду деятельности журналист. Их брак был недолог. И продолжался только на момент военных действий в Испании и Ближнем Востоке, в мирной жизни они оказались совершенно разными людьми.
Четвёртая его жена - Мария, с ней он обрёл покой и провёл остаток своих дней.
Со всеми своими бывшими жёнами и детьми от двух браков Хемингуэй всегда тепло поддерживал отношения и вообще в любой компании был её душой.
Ближе к своему шестидесятому юбилею, Эрнест решает посетить милые его сердцу места : Испанию и Африку. Но неудачи начинают преследовать его. Они дважды с Марией попадают в авиакатастрофу и чудом выживают, а Эрнест остаётся жив и после пожара, в эпицентре которого он оказался. Все это сильно подточило его здоровье, а более того - душевное равновесие.
Свои 60 лет Хемингуэй праздновал на Кубе в своём доме, куда съехались его многочисленные друзья. Мария очень постаралась сделать этот праздник грандиозным.
Здоровье Эрнеста продолжало ухудшаться, у него развилось нервное расстройство, почти пропало зрение, появилась мания преследования. Однажды Мэри застала его с заряженным ружьем и обратилась за помощью к психиатру. После курса лечения и возвращения домой на Кубу, утром 2 июля 1961 года Эрнест Хемингуэй застрелил себя из ружья. Записки он не оставил.

Перечитав свой отзыв, я поняла, что ближе к концу стала приводить сухие факты из жизни Хемингуэя. Я пыталась показать насколько многогранна и насыщена была жизнь Эрнеста. И столько всего я не рассказала: об его отношениях с кинематографом, его роль в политических войнах, последняя любовь Эрнеста, увы, не его жена, его удивительные приключения в Африке, страсть к охоте, привитая отцом, его отношения с родителями и родными, его участие в бое быков, охоте на львов и многое и многое другое. Я сознательно не писала про его творчество, хотя, как можно говорить о писателе без его детищ. Но мне захотелось рассказать про самого Эрнеста, ведь человек он был удивительный. Признаюсь, что не один мой отзыв мне практически никогда не нравится, особенно на следующий день после его написания. Вот этот получился практически тезисным пересказом замечательной биографии Грибанова. То есть рецензия из него никакая. Так что прочитайте лучше эту книгу:)

Книга Б. Грибанова «Хемингуэй» досталась мне в наследство от бабушки и долгое время стояла на книжной полке. Об этом писателе я не знала особо ничего. Если бы попросили выстроить ассоциативный ряд, то он был бы очень коротким: американский писатель, «потерянное поколение», «Старик и море», «Прощай, оружие». Пожалуй, всё. Наступил период, и захотелось узнать больше.
Поэтому книгу из серии «Жизнь замечательных людей» открыла с неподдельным интересом и в целом не пожалела. Исследователю удалось создать (по крайней мере, для меня) образ харизматичного, любознательного, разностороннего человека и прекрасного, талантливого писателя. Э.Хемингуэй прожил яркую, насыщенную, активную жизнь, порою даже безрассудную и бесшабашную, при этом он всегда оставался верен писательскому мастерству, не размениваясь на другие профессии. Любопытно наблюдать в книге путь становления Хемингуэя как литератора. Радует тот факт, что большую роль в этом процессе сыграла русская литература: творчество Тургенева, Толстого, Чехова. Об этом неоднократно писатель говорит.
Конечно, в личностном плане некоторые качества Эрнеста могут отталкивать и возмущать. Он не был примерным сыном, мужем и отцом, часто поступал так, как хочется, не считаясь с другими. Но никогда не оставался в стороне от происходящих событий, участвовал в двух войнах, рвался в гущу сражений, хотя вполне мог избежать этого. Всегда дом Хемингуэя был открыт для друзей, для тех, кто нуждался в помощи, писатель никому никогда не отказывал в поддержке (как моральной, так и материальной), смело и решительно высказывал свое мнение. Многое переплелось в этом человеке. Писатель, корреспондент, боксер, рыболов, охотник, путешественник, поклонник корриды. Б. Грибанов показал Хемингуэя таким, какой он есть, без прикрас. Много внимания уделено деталям, подробно рассказывается о детстве, о той среде, в которой формировался характер будущего писателя.
Единственное, что мне в книге не понравилось, так это советская пропаганда. Постоянно подчеркивалось, что политические взгляды писателя близки каждому советскому читателю, нудно и скучно давались мне эти описания с подробным сравнительным анализом мировоззрения Хемингуэя и социалистических доктрин. Но тут остается только смириться, если учесть время, когда была создана эта художественная биография.
Привожу цитаты, которые нашли отклик в душе.

Говорят, что биографии помогают прожить чужую жизнь еще раз. Наверное эта книга именно из таких. Еще со времен семинарии когда мы как-то читали по одному предмету "Старик и море", заинтересовался личностей Хемингуэя но все никак не случалось более подробно узнать об этой незаурядной личности. И вот попал на старую советскую книгу 1970 года из серии "Жизнь замечательных людей", которую написал Борис Грибанов, писатель, историк, литературовед, член Союза писателей с 1973 года, большой исследователь жизни и творчества Эрнеста Хемингуэя

Книга оказалась довольно сильной, написанной с немалым эмоциональным накалом. Никогда не подумал бы, что может быть такая невероятная судьба, словно читаешь сценарий голливудского фильма. Грибанов профессионал в своем деле и поэтому многие детали которые он передал в книге делают ее "живой" в каком-то смысле. Она полна личных переживаний, советов для писателей, психологических сражений и серых будней которые отнюдь не были серыми в жизни писателя Хемингуэя

Приведу некоторые факты, которые можно узнать из этой биографии Хемингуэя:

• Он был профессиональным журналистом во многих изданиях
• Всю свою жизнь он страстно обожал рыбалку и охоту где бы ни был
• Занимался боксом, имел тренера, выступал на рингах
• В его жизни было пять женщин которых он любил
• Никогда не находил ничего общего со своими родителями, особенно с мамой
• Очень любил Париж и прожил там немало времени
• Бывал и охотился почти по всему миру (Индия, Африка, США, Европа)
• Увлекался боем быков, и часто ездил на корриды в Испанию
• Его мать была деспотом хотя и христианской
• Его отце застрелился в большей части из-за нее
• Очень любил читать русских писателей (Толстого и Тургенева особенно)
• Пережил две войны где лично принимал участие и был сильно ранен
• Ненавидел фашизм. Свою рыбацкую лодку переоборудовал под боевую с целью выслеживать немецкие подлодки. За это был награжден ордером
• Переживал две авиакатастрофы и чудом остался жив
• Получил Нобелевскую премию по литературе
• Застрелился в возрасте 61 года...

  Раньше я любил читать разные биографии, но после этой - наверное полюблю еще больше. Да, история трагична, история борьбы, которую всю жизнь сам с собой вел Эрнест. Мне как христианину, она показалась отчасти безысходной но в то же время предостерегающей от беспечности и попытки самому придать смысл бытия, смысл борьбы, уходя в этой время от Бога, как делал Эрнест...

  Можно стать великим, можно написать много хороших слов но к сожалению, можно так и не победить себя...

«Если ты добился успеха, ты добился его по неправильным причинам. Если ты становишься популярным, это всегда из-за худших сторон своей работы. Они всегда восхваляют тебя за худшие стороны. Это всегда так.» (Э. Хемингуэй)

По сути, Хемингуэй начался с того, что его берут начинающим репортером в газету «СТАР» на испытательный срок. Газета эта отличалась тем, что принципиально не брала в штат опытных репортеров из других газет и предпочитала лепить журналистов с нуля под себя. Вскоре он становится полноценным полицейским репортером, выдавая репортажи из мест чрезвычайных происшествий. Однажды на пожаре он пропалил свой костюм и выставил счет редакции. Однако просьба его была отвергнута, и Хемингуэй получает первый жизненный урок: «Никогда не следует ничем рисковать, если ты не готов потерять это вообще». Когда в Европе началась первая мировая, то он начинает мечтать о войне. В армию его не взяли из-за зрения, но это нисколько не умаляло его решимости. Как подавляющее число примитивных людей, падких на идеалы искусственных разноцветных революций, Хемингуэй пишет, что свято верил словам Вильсона о том, что пора спасти Европу и «выиграть эту войну за демократию, которая станет последней войной в истории человечества». В мае 1918 года он направляется на пароходе в Бордо. Далее, попав в один городок неподалеку от Милана, он оказывается среди «военных действий», когда по молчаливой договоренности австрийцы и итальянцы не обстреливали города по обе стороны фронта. Хемингуэй был разочарован – никакой войны и, следовательно, работы для отряда санитаров Красного Креста. По счастливой случайности или по недоразумению Хемингуэй, как и остальные шоферы санитарных машин, начинают считаться почетными младшими лейтенантами итальянской армии. Его везде пропускают аки офицера. Но вскоре он устает от театральной войны и хочет искать войну настоящую. Ему никак не хватало соображения понять, что война эта и была для большей части Европы постановочной. Он совершает безрассудную глупость, которую трактуют как подвиг, и героем возвращается с этой войны. Подвиг заключался в том, что он, взвалив раненого себе на спину, ползал под вражеским огнем, используя раненого в качестве прикрытия от пуль, от которых тот моментально и умер… По возвращении он дает интервью, в котором говорит, что «война – это большой спорт и он готов опять к этой работе, если она еще раз случится». Войдя в роль ветерана войны, Хемингуэй не ограничивается одними интервью. Он надевает старую итальянскую форму и окровавленные штаны и выступает с воспоминаниями в публичной библиотеке. Его заметили на одном из таких вечеров и пригласили в Торонто, пообещав устроить Хемингуэя в местную газету. Журналистика не отпускает его и после Торонто, он оказывается в Чикаго, где пишет криминальные репортажи о чикагском дне. И наконец, он «встречается» с Шервудом Андерсоном, автором скандальной книжки, которую изымали из библиотек, а в некоторых городах ее даже сжигали. После этого Хемингуэй «вдруг» получает предложение от Торонто следовать в Европу, в Париж, и вести репортажи оттуда. Перед отъездом Хемингуэй навещает Шервуда и оставляет ему рюкзак консервов, которым тот был очень рад и взамен дал несколько рекомендательных писем к нужным людям в Париже. В Париже Хемингуэй встречает людей, которым политика давалась очень легко. «Они знали, кто расстрелял их отцов, их близких, их друзей» после Коммуны. Никуда не деться от «святой» французской революции. Проникшись симпатией к потомкам коммунаров, Хемингуэй начинает клепать репортажи о парижской богеме, болтающей о литературе и искусстве. Уже вот-вот наступит решающий поворот в сознании Хемингуэя и способствует этому («скажите, как его зовут?») товарищ Тургенев, собственной персоной, с его «Записками охотника». Вдобавок библиотекарь советует взять для чтения «Войну и мир» и Достоевского. Вот вам и Европа. А если добавить сюда некоторых персонажей женского пола, типа Гертруды Стайн, которая скромно называла себя гением еврейской нации после Христа и Спинозы, то можно понять, откуда появляется у Хемингуэя страсть также зажечь звезду своей славы. Госпожа Стайн хвалит рассказы Хемингуэя, но сравнивает их с картиной, «которую художник написал, но не может ее выставить, и никто ее не купит, так как дома ее тоже нельзя повесить». Казалось бы, какое дело настоящему писателю должно быть до мнения постороннего человека, но Хемингуэю было дело. Яд журнализма, чей успех зиждется на мнении людей, глубоко проник в его подсознание. Шервуд Андерсон, тем временем, способствовал опубликованию первых литературных опытов. Не потому ли, что первые рассказы Хемингуэя – «У нас в Мичигане» и «Мой старик», носили следы подражания Шервуду Андерсону? Хитрый фокус с «запрещением» раскручиваемой книги был известен не только Шервуду. Роман Джойса «Улисс» запретили в Англии и в США, но «забыли» запретить в Канаде. Храбрый Хемингуэй берется перевозить книги через Канаду в Чикаго. Долго ли, коротко ли блуждал Хемингуэй по странам, как вдруг прослышал он, находясь в Лозанне, о революции в России. Проникнувшись симпатией к советской делегации, Хемингуэй шлет очерки в Торонто, в которых описывает представителей нового государства. В то же время, он критикует Муссолини. Критикует вполне аргументированно. «И наконец, взгляните на его черную рубашку и белые гетры. В человеке, носящем белые гетры при черной рубашке, что-то неладно даже с актерской точки зрения». Так Хемингуэй становится антифашистом. Это Хемингуэй пишет о том, что Муссолини сидел и увлеченно читал французско-английский словарь, держа его вверх ногами. Вот только верится в это с большим трудом. Особенно в то, что Хемингуэй, чтобы увидеть это, сумел незаметно прокрасться за спину Муссолини… При всей своей поверхности Хемингуэй, тем не менее, ухитряется встречаться с действительно мыслящими людьми. Например, с Уильямом Райаллом. Это Райалл сказал, что красная революция в Германии невозможна потому, что немцы слишком уважают частную собственность. Хемингуэй много пишет. Но все пропадает благодаря его жене Хэдли, которая однажды собрала все рукописи мужа и его черновики с 1919 года, положила в чемодан и потеряла его на перроне. Точнее, отлучилась купить минералки, а за это время чемодан украли. С горя Хемингуэй снова обращается к Тургеневу, читает всего Гоголя, Толстого и Чехова. Едва он успел переработать эту литературу, как получает новое задание: следовать в Германию, в Рурскую область и написать серию статей о результатах французской оккупации Рура. Наслушавшись Райалла, Хемингуэй с серьезностью отнесся к данному заданию. В данной книге главы, относящиеся к пребыванию писателя в Руре, пожалуй, являются самыми интересными. Хемингуэй просто выкладывает факты, которые говорят сами за себя, и не увлекается попытками отвлечь читателя от них.
Пуанкаре сказал: «Оккупация была бы бесполезной и абсурдной. Совершенно очевидно, что Германия может платить в настоящее время товарами и трудом». Тогда он был жизнерадостным, Пуанкаре. Между тем французское правительство истратило (по официальным данным) 160 миллионов франков на оккупацию, и рурский уголь обходится Франции 200 долларов за тонну». Эх, побольше бы такого вот Хемингуэя! Его репортажи, описывающие взаимоотношения двух стран из-за спорного района и отношения к людям до боли напоминают сегодняшнюю ситуацию на границе Украины и Крыма. «Поезда вот уже два месяца останавливались за три мили южнее и севернее города» и пути ржавели и приходили в негодность. Немцев перевозили через границу на автобусах, а французам приходилось идти шесть миль пешком с багажом. «Ни один поезд с углем не прошел за эти два месяца через Оффенбург. Провал затеи с оккупацией Рура в целях выкачивания угля из Германии здесь на месте становился особенно очевидным.» За 14 часов Хемингуэй насчитал всего лишь 15 барж с углем, в то время как до оккупации баржи шли бесконечной вереницей. Он метко подмечает показушную чистоту в Германии и пишет, что на каждые десять профессиональных нищих в Италии, которые бросаются в глаза туристам, приходится 100 дилетантов-голодающих в Германии. «Дилетант-голодающий не любит умирать от голода на глазах у публики». Вот слова настоящего Хемингуэя-писателя, а не Хемингуэя-журналиста. К сожалению, как это часто бывает, журналист в нем побеждает писателя. Хемингуэй, то ли испугавшись собственной смелости, то ли из-за материальной стороны дела, вскоре меняет дела людские, реальные на виртуальные рассказы на потребу дня. Пока еще совесть в нем не окончательно умерла, он даже пытается найти оправдание самому себе. Он меняет истории реальных людей, рассказанные ему на истории переделанные. Так, повествуя о несчастном рыбаке, который в реальной жизни повесился от безысходности, Хемингуэй «исповедуется» в своих дневниках: «я опустил настоящий конец, заключавшийся в том, что старик повесился. Я опустил его согласно своей новой теории: можно опускать что угодно при условии, если ты знаешь, что опускаешь, тогда это лишь укрепляет сюжет, и читатель чувствует, что за написанным есть что-то, еще не раскрытое». Позднее, когда совесть его почила окончательно, он даже именует свой метод изображения реальности «методом айсберга». «Я всегда стараюсь писать по методу айсберга. Семь восьмых его скрыто под водой, и только восьмая часть – на виду. Все, что знаешь, можно опустить – от этого твой айсберг станет только крепче. Просто эта часть скрыта под водой. Если же писатель опускает что-нибудь по незнанию, в рассказе будет провал». Ну, в общем вы поняли! Принцип журналистики – перекручивай факты, а там будь, что будет – не поменялся и будет вечным. Для правдоподобия Хемингуэй, если верить автору книги Грибанову, опять же использует приемы русских классиков, тиражируемых за рубежом, а именно: Достоевского, Тургенева и Толстого. Не мудрено, что Гертруда Стайн сравнивает его с музеем из-за его увлечения приемами старых классиков. Кстати, именно мисс Стайн подсадила Хемингуэя на «спорт трусливых» - бой быков. Хемингуэй и здесь снасильничал над собой. До знакомства с корридой он жалел быков, которых греки, прежде чем покинуть Смирну, сталкивали в воду всех своих тягловых животных, предварительно перебив им ноги. Тогда Хемингуэй сказал: «я не люблю бой быков, потому что мне жаль несчастных лошадей». Но пришлось полюбить. Журналисту надо быть в тренде. И вот он уже смакует детали корриды в своих рассказах. Когда его обвиняют в смаковании насилия, он парирует тем, что не ломает руки мужчинам и не стреляет женщинам в живот в своих произведениях. А коррида - это трагедия, которая символизирует борьбу между человеком и зверем… К тому времени Хемингуэй полностью ожурналистился. Даже если умирает отец, вы, стоя у постели, «должны запоминать каждую мелочь, как бы это ни было больно» - пишет он о секретах своего мастерства. Дальше- больше. В рассказе «У нас в Мичигане» Хемингуэй, в «лучших» традициях Шекспира, дает главным персонажам имена настоящих соседей. Как пишет сестра Хемингуэя: «… я прочитала рассказ и поняла, что Эрнест использовал этих добрых людей для вульгарной и грязной истории, придуманной им, во мне все перевернулось. Я уверена, что родители никогда не видели эту книгу.» Так и жил этот писатель-журналист. О его интеллектуальном уровне еще красочно говорит то, что он носил на удачу в кармане (правом, это важно) кроличью лапку с когтями и конский каштан. «Когти царапали подкладку кармана, и ты знал, что твоя удача с тобой» на полном серьезе считал этот парень. Кроличью лапку он таскал в кармане постоянно, а вот жен менял часто. Потом застрелился из ружья его отец. Неизвестно, запоминал ли Хемингуэй в тот момент все детали, как советовал он всем писателям, но самоубийство отца породило в нем раздумья о моральном праве человека на самоубийство. В тот момент он как раз писал первый вариант «Прощай, оружие!». Успокоения Хемингуэй ищет в боях быков. Как и все закомплексованные трусы, бравирующие своими «успехами» в убийствах животных на сафари, Хемингуэй гордится своим участием в тренировочных боях с быками. Правда, быки эти были со сточенными рогами. Иначе, «его бы распороли, как бумажный пакет». Но ведь это не важно. Главное, что Хемингуэй – мачо, храбро сражающийся со зверюгой… Какая шизофрения была в голове у Хемингуэя может прояснить то, как он описывает страдания раненого лося в книге «Зеленые холма Африки». Попав в аварию, он пишет: «в ту ночь я испытал все за него – все, начиная с удара пули и до самого конца, и, будучи в легком бреду, я подумал, что, может, так воздается по заслугам всем охотникам.» Но это все слова. А факт в том, что за семь лет Хемингуэй посмотрел 1500 боев быков. Любитель смерти животных все-таки не был железным человеком. Когда он увидел, что на каждом листе корректуры гранок «Смерти после полудни» наборщик поставил сокращенно «Смерть Хемингуэя», храбрый писатель моментально шлет телеграмму: «Неужели это кажется таким смешным печатать на каждом листе корректуры смерть Хемингуэя или это то, чего вы хотите?» Души убиенных животных печально смотрели на эту телеграмму в тот момент…
Такое же раздвоение личности было у Хемингуэя по отношению к коммунистам. Он уважал коммунистов солдат, но не принимал их в качестве носителей идеологии. Хотя, это не мешало ему славить республиканцев Испании и их борьбу с «фашистом» Франко. Журналист, он и есть журналист. Чего с него взять? По его произведению снимают плохонький фильм – ведь хороший фильм не может получиться из перекрученных фактов. Фильм смотрят Рузвельт и компания, собирают пожертвования. Перед показом выступает «герой» войны в Испании Хемингуэй с речью. Денежных пожертвований хватает на покупку 20 санитарных машин для республиканской армии. Однозначно – это успех. Разобравшись с войной в Испанией, он собирается заниматься войной в Финляндии (советско-финской), но вместо этого уезжает на Кубу. Его творение «По ком звонит колокол» был плохо принят ветеранами испанской войны. Группа ветеранов даже выступила против романа, обвиняя Хемингуэя в том, что он исказил действительность и неправильно показал борьбу испанского народа. Его даже обвиняли в том, что в Испании он был по корыстным интересам. Хемингуэй обиделся и продал фирме «парамаунт» права на экранизацию. Он направляется в Китай, где судьба дарит ему его собственное зеркальное отражение в виде местного переводчика, способного натянуть любую сову на любой глобус.

• Мистер Ма, почему вы выжгли весь склон горы?
• Чтобы покончить с тиграми. Понимаете, тигры едят нежные корни растений и траву. Когда все сожжено, они начинают голодать и уходят из этих мест».

Давно меня так сильно не бомбило от книги. Примерно на двухсотой странице я даже закрыла книгу и решила покончить с ней. Но... это была уже половина, и мне стало бесконечно жаль уже потраченного времени.

Дочитав эту биографию до конца я подумала: "Было бы лучше, если бы я взяла какое-то из его произведений, а об этой биографии не знала бы никогда". Все потому, что теперь мне понадобится много времени, чтобы отважиться и что-то у него прочесть.

На протяжении всей книги не покидала мысль, что этот человек до самого последнего дня оставался на уровне подростка. Наверное больше всего меня отталкивала его тяга к безрассудным поступкам: отказ от работы и нищенское положение семьи в угоду его желанию писать художественные произведения и постоянное рвение на фронт (почти на протяжении всей жизни). Все эти бесконечные романы/свадьбы, новые дети (которые ему и не были нужны, как мне показалось), желания быть в гуще событий, совершенно наплевав на мнение близких людей. Наверное этот эгоизм и позволяет человеку достичь больших высот в творчестве. Но какой ценой... Увы, но описанное безрассудство писателя меня больше расстраивало и возмущало, а не очаровывало.

Только к концу книги, когда Хемингуэй пытался всеми силами спасти жизнь Мэри, он вызвал у меня сочувствие. В остальном мне с ним оказалось не по пути.

Наверное, он был писателем поколения, предшествовавшего нам. По крайней мере тех, кто был лет на 10-15 старше нас. Но имя это всегда было на слуху, портреты можно было увидеть не только в кино, как непременный настенный атрибут комнаты молодого героя конца 50-х - начала 60-х. Доброжелательная, умная улыбка человека, знающего этот мир и законы жизни в нем, лучше, чем ты, но готового поделиться с тобой этими знаниями, хотя он и понимает, что приобрести их можно только ценой своих поступков и своих ошибок.
Так получилось, что встречи с книгами Хемингуэя на протяжении моей жизни происходили с большими перерывами. Не знаю насколько уместно в рецензии на биографию писателя рассказывать о своем восприятии его произведений, но вот захотелось, если не итог подвести, то по крайней мере вспомнить.
Первая встреча. Класс девятый - десятый. Том из всемирки, взятый в библиотеке. Рассказы, Прощай, оружие, Пятая колонна, Старик и море. Открытие писателя, о котором до этого только слышал. Рассказ о первой мировой «с той стороны» - впервые. Любовь на войне, бегство от войны, дожди, несчастливый конец. Испания. Коррида. Матадоры. Гостиничный номер в Мадриде, знакомство с понятием «пятая колонна». Настороженность перед чтением Старика и моря - так много страниц о том, как ловят одну большую рыбу? И «неотрыв» до последней страницы. «Человека можно уничтожить, но его нельзя победить». Это, возможно, и прошло мимо, но читать было неожиданно интересно. Жаль было старика столько сил потратившего на поединок с рыбой, которую почти всю сожрали акулы. Было это больше сорока лет назад, а книга помнится. Много ли таких? Зацепило.
Пауза. Лет восемь. Школа. Институт. Армия. Афганистан. По ком звонит колокол. Давать какие-то оценки? Слова. «Мысль изреченная есть ложь...» Правда. Война и любовь. Рядом - «Жди меня».
Девяностые. Работа, читать некогда, но пытаюсь. За рекой, в тени деревьев. На чтение уходит около месяца, восприятие притупляется, сейчас смутно помню только, что было там что-то об отставном военном и эпизод, связанный с охотой, кажется, на уток.
Последнее. Лет пятнадцать назад. Чтение в поезде по дороге в Москву. Фиеста. Прощай оружие. Старик и море. Рассказы. Захотелось перечитать. «...никогда не возвращайтесь в прежние места». Невстреча. Наверное, не дорожное это чтение. Правда, атмосфера праздника и грусти в Фиесте запомнилась.
Итог. Хемингуэй - мой недочитанный писатель. Перечитывать - боюсь. Но есть Острова в океане, Зеленые холмы Африки, Иметь и не иметь. Надеюсь еще прочитать.
Теперь о книге. Почему выбрал именно эту биографию? Есть более «свежая» - Максима Чертанова. Его биографии других писателей в ЖЗЛ (Дюма, Диккенс, Твен, Конан Дойл) читал, написаны они интересно, информативно, читаются легко. Но книга Грибанова из моего детства, видел ее на полке в библиотеке, но то, что сейчас называют «нон-фикшн» не вызывало у меня тогда интереса. А вот недавно увидел ее в букинистическом магазине и купил. Перед выбором еще и просмотрел информацию об авторе в Интернете. Участник войны. Автор идеи и главный редактор БВЛ (все нынешние попытки ЭКСМО и других издательств повторить что-то подобное «тихо курят в сторонке»).
Книга написана хорошим литературным языком. Найден правильный баланс между Хемингуэем - писателем и Хемингуэем - человеком. Истории замыслов книг, их написания, издание и успех или неуспех (что было не часто) идут рядом с рассказом о жизни писателя. Детство. Сложные отношения с властной матерью. Охота и рыбалка с отцом. Друзья. Начало самостоятельной жизни и первые публикации (газетные репортажи). Война. Встреча с Италией. Любовь. Возвращение. «О нем нельзя сказать, что с войны он вернулся духовно сформировавшимся человеком. Для этого он слишком молодым пошел на войну и слишком недолгое время пробыл там». Послевоенная Европа. Париж. Знакомство с Фицджеральдом и Джойсом. Публикация первых рассказов. «Я решил...стать писателем и всю жизнь писать так правдиво, как смогу». Испания. «И восходит солнце». Полуголодная жизнь в Париже с женой и сыном. Рассказы и замысел первой большой сюжетной книги. Самоубийство отца. «Прощай, оружие» и «потерянное поколение». Возвращение на родину. Африка. Вновь Испания, после революции, но крестьяне по-прежнему бедствуют а «политика по-прежнему является прибыльной профессией» (вспомнилась наша история). «Я не знаю, кто выдумывает законы, но я знаю, что нет такого закона, чтобы человек голодал». Война в Испании. Писатель и солдат. И что бы сейчас не говорили о цензурных купюрах в советском издании «По ком звонит колокол» и об отношении Хемингуэя к коммунистам в Испании. «Здесь, в Испании, коммунисты показали самую лучшую дисциплину и самый здравый и разумный подход к ведению войны». «Наши мертвые стали частицей земли Испании». («Наши мертвые нас не оставят в беде, наши павшие, как часовые»). Вторая мировая. И вновь - журналист, писатель и солдат. Охота за немецкими подводными лодками в Карибском море. Высадка с передовыми десантами в Нормандии. Бои с фашистами. Из письма Симонову: «Это лето наступления из Нормандии в Германию было лучшим летом в моей жизни, несмотря на войну». Куба. Италия. Адриана Иванчич. Последняя любовь. Венеция. «За рекой, в тени деревьев». Вновь Испания. Африка. Авиакатастрофа. Нобелевская премия. Уход непобежденным.
«как ярко и потрясающе нарисовал Грибанов портрет Хемингуэя – человека и писателя – умеющего искренне и неподдельно радоваться и быть счастливым. Какими мощными мазками литературного пера Грибанов передал Хемингуэя - мужчину сильного и страстного, любящего открыто и самозабвенно, готового кулаком защитить достоинство женщины, оградить ее от обиды».
Это уже из статьи об авторе с сайта «Библиотека» города Славгорода, в котором родился Грибанов. Может быть слишком красиво и «литературно», но в целом правильно.
И последнее. Из этой книги я узнал о советском литературоведе и переводчике Иване Александровиче Кашкине, благодаря которому книги Хемингуэя пришли к нам еще в тридцатые годы.

Впервые эта книга вышла в 1971 году в серии ЖЗЛ, но у меня - переиздание 1998 года в другом оформлении. Если честно, знай я, что книжка советских времен, я бы ее, наверное, не брала бы. Потому что в ней проскакивают такие выражения, как "капиталистическая Америка", "прогрессивные писатели" и восхваляется все советское. Само по себе это не плохо и не хорошо, просто примета того, советского, времени, без всей этой мишуры книгу бы и не пропустили в свет, но в те времена не обо всем можно было писать, вот и боюсь, вдруг книга не очень полно и правдиво описывает жизнь писателя. А так, читать было очень интересно, жизнь Хемингуэя была просто как приключенческий роман. Да и сам он - эдакий образец брутального мужчины, любитель войны, корриды, охоты и рыбалки, выпивки и красивых женщин. Четыре жены у него было. Забавно так - стоило ему влюбиться, он разводился с прежней женой и женился на новой пассии... Недостаток книги - отсутствие фотографий. А в остальном - очень увлекательное чтение. Вот почему я люблю биографии читать - потому что они - тоже своего рода романы о жизни человека от рождения до смерти, причем самые правдивые романы, где ничего не придумано, а в то же время и придумано многое, потому что воспоминания - это такое дело, каждый помнит по-своему... и каждая биография известного человека - одновременно и собрание фактов о его жизни, и красивый миф...