Комедия книги

Больше всего безобразий натворил дьявол опечатки в англиканских изданиях Библии. <...>
"Библия убийц" [The Murderers Bible] в тексте вместо "ропщущих" напечатано "убийцы" [Вместо murmurers - murderers]. Издание 1801 года.
"Библия разврата" [Adulterous Bible]. В седьмой заповеди выпала частичка "не", осталось: "Прелюбодействуй!" [Thou shalt commit adultery]. Издание 1632 года. Печатник заплатил 2000 фунтов стерлингов штрафа.
"Библия печатников" [The Printers Bible]. В 119 псалме [Правосл. 118. - прим. перев.] жалуется царь Давид: "Князья гонят меня безвинно" (стих 161). В издании 1702 года Давид жалуется уже не на князей: "Печатники гонят меня безвинно" [Вместо princes - printers].

Во время службы прихожане с великим разочарованием отметили, что известный своим красноречием священник говорит не по памяти, а постоянно заглядывает в бумажку. Такого в тордайской церкви еще не бывало. Когда же проповедь доплелась до бичевания шпаргалок, а оратор стал запинаться пуще прежнего, вытянутые от удивления физиономии расплылись в улыбки, послышался смех. Отец Витус, который только того и ждал, отложил бумажку.
«Так вот, любезные мои братья и сестры, из приведенных примеров вы, очевидно, поняли, ко сколь вредоносным, сколь роковым последствиям может привести поспешное суждение. И все же примеры не пошли вам впрок, ибо уже в следующую минуту вы попались: вы осудили Витуса за то, что он читает по бумажке. Так вот извольте убедиться, что вы поторопились и осудили меня неправо, ибо (тут он показал листок) на этом листке нет ни единой буквы, это просто чистый листок. Так судит мир, так судят тордайцы! Аминь».

Академия объявила конкурс на оду. В нем принял участие и молодой Вольтер. Премию получил, конечно, не он, а некто аббат Жарри, совершенно неизвестный рифмоплет. Какова была его ода, можно судить по строке, приведенной Вольтером: «От жаркого Южного полюса до снежного Северного». Секретаря Академии упрекнули в несправедливом решении и объяснили ему, что на Южном полюсе не жарко, а так же холодно, как и на Северном. Секретарь с холодным высокомерием ответил:
«Этот вопрос относится не к нам, а к Отделению естественных наук».

Австрийская цензура составила перечень запрещенной литературы. Для вящей осведомленности властей и книготорговцев цензор этот список отпечатал и разослал....Естественно же, каталог стал чрезвычайно популярен среди любителей книг, потому что именно из него можно было быстрее и точнее всего узнать, какие произведения цензурой запрещены, т. е. какие книги надо доставать контрабандой, из-под полы, о каких книгах нельзя говорить. Среди венских библиофилов стало модой составлять библиотеки исключительно из запрещенных книг. Публичный каталог сделал запрещенную литературу популярной, и цена ее на черном рынке резко подскочила. Цензура наконец сообразила, что допустила глупость. И, не сумев придумать ничего умнее, запретила и включила в черный список сам каталог.