Цитаты из книги Э. Хемингуэй. Избранное

— Дай человеку спокойно умереть, неужели тебе обязательно нужно браниться? Что толку обзывать меня трусом?

— Нет, — ответила она высокомерно. Ее высокие скулы были точно созданы для высокомерия. — Кто мы такие, в конце концов?

— Понимаю. — Надеюсь, что теперь понимаете. В те дни мне надо было понять так много, что я обрадовался, когда мы заговорили о другом.

Не следует писать вещей inaccrochable. В этом нет никакого смысла. Это неправильно и глупо.

Наша радость — любить — была простой и в тоже время таинственной, сложной, как математическая формула, которая может обозначать и полное счастье, и конец света.

— Я одно понял. — Что ? — Что надо путешествовать только с теми, кого любишь.

-Отдохни хорошенько, маленькая птичка,<...> - А потом лети к берегу, и рискуй, как рискует каждый человек...

Теперь никто не поднимается в гору на лыжах, и чуть ли не все ломают ноги, но, может быть, все-таки легче сломать ногу, чем разбить сердце, хотя говорят, что теперь все ломается и разбивается, и иногда зажившее место становится потом еще крепче. Про это не знаю, но таким был Париж, когда мы были очень бедны и очень счастливы.

Если ты солгал и изменил кому-то, то сделаешь это снова. Если с тобой мог кто-то так поступить однажды, то и другой так поступит.

Когда я снова увидел жену, стоящую у путей, и поезд остановился рядом со штабелем бревен на станции, я пожалел, что не умер до того, как полюбил еще кого-то, кроме нее.

Мы считали себя людьми высокого полета, а те, на кого мы смотрели свысока и кому справедливо не доверяли, были богаты. Мне никогда — и после — не казалось странным носить для тепла спортивную фуфайку вместо нижней рубашки. Это только богатым казалось странным. Мы питались хорошо и дешево, пили хорошее и дешевое, спали вдвоем хорошо и в тепле и любили друг друга.

У женщин все наоборот. Они не делают ничего отталкивающего, ничего такого, что им отвратительно, и после они испытывают счастье и могут счастливо жить вдвоем.

Суть в том, что гомосексуальный акт, совершаемый мужчинами, безобразен и мерзок, и после они сами себе отвратительны. Они пьют, принимают наркотики, чтобы это заглушить, но акт им отвратителен, они непрерывно меняют партнеров и не могут быть по-настоящему счастливы.

У вас никогда не бывает такого чувства, что жизнь ваша проходит, а вы ею не пользуетесь?

Я - необыкновенный старик.

Наверху, в своей хижине, старик опять спал. Он снова спал лицом вниз, и его сторожил мальчик. Старику снились львы.

Если состязание тебя волнует только потому, что ты поставил деньги, то и смотреть его не стоит.