Сиреневое платье Валентины

ПРАВДА!!! какой ужасный запах от этого слова

С е р ж (потерянно). Что он… что он сказал?
М а р и. Ты прекрасно слышал, мой родной. Она тебя нежно целует.
К о н е ц

С е р ж. Я — молодой эгоист. А ты не знала?
Л о р а н с. Неправда. Ты во что-то веришь. Я видела, как ты час стоял перед Боттичелли, видела, как ты ударил одного типа, обозвавшего негра черномазым, и знаю, как ты бываешь нежен со мной.
С е р ж. Ты видела, как я мечтаю, дерусь и ласкаю… И на этом основании ты мне доверяешь?

Он говорит, что я не умею поддержать разговор. Но, в конце концов, поддерживать нужно того, кто сам не держится на ногах. Но! Но… Если разговор… или кто-нибудь другой… падает к вашим ногам — и бог свидетель, к моим падали часто, не будете же вы сразу ставить его на место, не так ли?

Человек всегда одинок.

Если в жизни что и прекрасно,так это то,что не снаружи,а внутри.

Ум без доброты-оружие опасное.

Когда люди делают глупости,надо позволить им их делать.

Нужно всегда и во всем сомневаться.

-Вы - единственная достойная женщина которую я знаю.
-Что вы называете достойной женщиной?
-Женщину,которая не вешается на шею.

Нет ничего лучше,как быть любимым той,которую любишь.

Нельзя же всякий раз любить.

-...Что за удовольствие смеяться над другими
-Это самое низкое удовольствие,а значит,и самое глубокое.

Нет ничего хуже инфантильной женщины.

Шарлотта: Вы здесь у себя дома.
Леопольд: Видите ли, любопытно, что мне и самому так кажется.
Антуан: Ха-ха, это уже другое дело.

Шарлотта: И перестаньте извиняться. Сколько вам лет? Двенадцать?
Леопольд: Уже нет, и я очень сожалею об этом.
Шарлотта: Почему?
Леопольд: У меня тогда ничего не просили.
Шарлотта(иронично): А что у вас просят теперь?
Леопольд: Просят делать разные вещи: заниматься ремеслом, быть влюблённым, иметь мысли, читать газеты...

Валентина: Мари, я несчастна.
Мари: Да нет, нет. Чувствовать это - уже само по себе счастье.

- Что за удовольствие смеяться над другими?

• Это самое низкое удовольствие, Гуго, а значит, и самое глубокое.

Я росла с Валентиной, нежной и хрупкой. Но если среди ночи ей хотелось вишен, она шла их собирать. А одному богу известно, как она боялась темноты!