After the Quake

"Все божьи дети могут танцевать"
Харуки Мураками
***********************
Меня отговаривали начинать знакомиться с Мураками со сборника его рассказов. Все лучше начать с "Норвежского леса", говорили мне...

Теперь вот думаю, если мне ТАК понравились его рассказы, то понравится ли мне его большая проза?

Сборник состоит из шести рассказов, объединенных двумя темами - это землятресение в Киото и внутреннее одиночество героев. Также рассказы отличаются открытыми финалами, как будто это не законченное произведение с законченной мыслью, а зарисовка из чьей-то жизни. Также рассказы отличаются некоторой фривольностью. Автор не стесняется говорить о сексе и детородных органах, но это совсем не смущает.

"В Кусиро поселился НЛО" рассказывает о мужчине, жена которого после землятресения долго сидела около телевизора, а потом внезапно исчезла, оставив записку о том, что не хочет с ним больше жить. После развода он едет отдыхать и по просьбе сослуживца отвозит некую загадочную вещь его сестре. Там он знакомится с подругой сестры и девушки рассказывают кроме прочего о том, что у них в краях исчезла одна женщина после того, как сказала, что видела НЛО. И непонятно - правда ли это или девушки просто хотят вывести нашего героя из состояния опустошенности.
Причина, по которой жена ушла от героя в том, что жить с ним, как-будто жить со сгустком воздуха. Внутренняя пустота. И герой оживает только когда девушка шутит, что тот таинственный предмет, который он передал - это его натура.

На основании этого описания Вы можете понять, как с одной стороны бессмысленны эти рассказы и в то же время как от них веет печальными эмоциями героев. В то же время открытый финал дает надежду на то, что продолжение истории будут для героев счастливой.

И снова август, и снова Мураками. Почему-то он всегда приходит ко мне именно в августе вместе с Брэдбери. Интересная компания, не правда ли?

Основные темы этого сборника - поиски самого себя, какого-то выхода, смысла собственной жизни. Семья. Где-то на заднем плане пробегает секс. Ну, не любит Мураками обходиться без него, что уж.
Удивительно, но все рассказы так или иначе затрагивают землетрясение в Кобэ и идут строго после него. Это землетрясение всплывает в разговоре, вспоминается героем или влияет как-то на ход событий, но так или иначе - объединяет все шесть историй.

Все истории - этакие зарисовки из жизни. Каждый из героев попал в казалось бы простую, но затруднительную для себя ситуацию, потерял себя, смысл в жизни, запутался, давно ищет или просто ничего не понимает. Каждая история - немного обыденность, с воспоминаниями из жизни, с мыслями и надеждой на что-то в конце. Не что-то яркое и светлое, как солнце, как любовь, как доброта. Но тёплое, желанное... Надежда на выход. Просто надежда. Сам же конец у всех историй довольно открытый.

Сборники - очень коварная вещь и оценивать их сложно, ведь один рассказ может показаться тебе идеальным, каким-то открытием, откровением, а другой - скучным, сухим, не твоим... Так и произошло со "Все божьи дети могут танцевать" Мураками. "Медовый пирог" как по мне лучший в сборнике (не зря его поставили последним). "Таиланд" мне очень понравился. "Все божьи дети могут танцевать" тоже, хотя и оставил в душе какое-то противоречие. "Пейзаж с утюгом " - неплохой, простенький, чем-то цепляющий. А вот "В Кусиро поселился НЛО" и "Дружище Квак спасает Токио" вообще прошёл мимо. Итого, сборник в целом на "4".

Первая в этом августе книга Мураками прочитана. Потом, видимо, пойдёт Брэдбери. Не следующим, так через книгу. А потом снова Мураками. Ведь всё же, "и снова август, и снова Мураками"...

Перед нами немного нестандартный Харуки Мураками - на сей раз он предстаёт в форме рассказов, сюжет которых связан трагическим землетрясением в Кобэ 1995 года - и людьми, которые словно пробудились от этого бедствия.

Сами по себе рассказы небольшие, походят на притчи и читаются легко - но частично лишены харизмы, так присущей автору - а именно грустных и меланхоличных размышлений. Но это не отменяет множества отличных посылов - которые Вы увидите во время прочтения и, вполне вероятно, интерпретируете их по-своему - что, на мой взгляд, является признаком авторского мастерства.

Весьма рекомендую прочесть этот сборник. Но не советовал бы читать его в качестве первого произведения у данного автора - всё же, это эдакая "демо-версия" классического стиля Харуки Мураками.

Удивительно, насколько природные катастрофы действуют на людей, даже тех, кто узнал о них из телевизионных новостей.
Перед нами шесть рассказов об одиноких по разным причинам, недопонятых окружающими людях, в душах которых землетрясение в Кобэ стало отзвуком собственной жизненной катастрофы. Не только Сацуки из рассказа "Таиланд" носит в душе камень, втайне надеясь, что виновник ее беды погиб в Кобэ во время землетрясения. В каждом рассказе герой скрывает в своей душе горестную историю, переосмыслить которую его заставляет известие о жертвах полуразрушенного в феврале 1995 года Кобэ. Так , в рассказе ""В Кусиро поселился НЛО" от главного героя жена ушла через пять дней после землетрясения, чувствуя, что ее семейная жизнь пуста. До ухода она "пять дней подряд не отходила от телевизора. Молча всматривалась в руины больниц и банков, выгоревшие торговые кварталы, перерезанные автострады и железные дороги..." Она всегда тяготилась столичной жизнью, скучала по родителям и сестрам, живущим провинции и частенько навещала их, но всегда возвращалась обратно. Но после катастрофы, унесшей много жизней, решила покончить с браком и городской жизнью навсегда. То ли, поняв, как хрупка человеческая жизнь, решила разделить судьбу с теми, кому по-настоящему была дорога, то ли мечтала о том, чего не мог дать вполне положительный и внешне привлекательный, но поверхностный супруг, которому только и осталось, что рефлексировать на обломках разрушенной семейной жизни...
Фобиям, возникшим после землетрясения посвящены три рассказа - "Медовый пирог" , "Дружище Квак спасает Токио" и "Пейзаж с утюгом". Но если девочку Сару, которой в кошарах снится дядька-землетряс,есть , кому спасти и успокоить., то одинокому трудоголику Катагири приходится труднее: его фобии, видимо, тщательно "задавленные и скрываемые даже от самого себя, "выстреливают" настоящим помешательством. Он видит двухметровую лягушку - Дружище Квака, решившего вступить в смертельную схватку с Дружищем Червяком, который, в свою очередь, хочет уничтожить Токио, устроив под ним еще более страшное землетрясение, чем в Кобэ. Миякэ, то ли ушедший из семьи (жены и двоих детей, живших в районе Кобэ, наиболее пострадавшем от землетрясения), то ли спасшийся один из всей семьи, утратил тягу к жизни, и все, что его держит на свете- странное хобби - разжигать на побережье костер из плавника. Пока горит огонь, он может чувствовать себя в относительной безопасности, но в снах его преследует один и то же кошмар: он "умирает во сне - в кромешной тьме, жуткой и медленной смертью", задыхаясь в несуществующем холодильнике. Дзюнко, тянущаяся к этому странному человеку, понимает: "Пожалуй, я вряд ли смогу жить с этим человеком..., вряд ли смогу проникнуть в его сердце. Но умереть с ним вместе у меня получится..."
Пожалуй, самый недосказанный, открытый финал у рассказа, давшего название сборнику " Все божьи дети могут танцевать". Выросший в неполной семье одинокой матери, ушедшей в религиозную деятельность, Ёсия часто испытывал к матери странные противоречивые чувства, перерастающие в неприязнь к ней, думал о своем биологическом отце, не поверившим, что ребенок родится именно от него. Не имея перед глазами положительного примера, не мог (или не хотел) строить серьезных отношений с девушками. И вот мать, отправилась в очередное паломничество в Кобэ. И в это время Ёсия вдруг решил, что случайно встретил наконец -то, своего биологического отца, "опознав" его по отсутствию мочки правого уха. Преследуя мужчину, он оказывается на пустыре, где вдруг начал танцевать, пока "не ощутил себя на самом дне земли, по которой ступал уверенным шагом. Там раздавался зловещий рокот глубокого мрака, струился неведомы поток человеческих желаний, копошились скользкие насекомые. Логово землетрясения, превратившего город в руины. И это всего лишь одно движение Земли... Он думал о матери в разрушенном городе", считая, что, если землетрясение - возмездие за грехи, то "город должен был рухнуть вокруг него". "Боже,-" вырывается у Ёсии призыв к Богу как к единственному Отцу, который может его понять и принять со всеми его недостатками...
Итак, рассказы о добре и зле, которые люди могут "до бесконечности передавать друг другу как некую "неощутимую субстанцию", о хрупкости человеческого бытия и нерушимой памяти сердца, действительно, в какой-то момент заставляются задуматься о смысле жизни.

Никогда прежде я не читала ничего у Мураками, да и не собиралась. Книгу мне подарили.

Мураками говорит о самых первых и самых фундаментальных темах: сексуальности, боязни смерти и жизни (!). И эта сексуальность трагична, рыхла и не является чем-то оформленным. Все эти рассказы – человеческие маленькие трагедии, причем трагедии очень простые, иногда их можно назвать примитивными.

Мне понравилось, что последний рассказ закончился хорошо. Иначе эти рассказы нельзя было бы читать девочкам до тридцати, слишком уж все конфликты, которые происходят в этом сборнике, слабые и безвыходные.

Наверное, многим, как и мне, нравится неспешный стиль повествования Мураками. Привыкаешь к героям, переживаешь с ними успехи и неудачи. Все это характерно для романов Харуки, но никак не к его коротким рассказам. Он не Акутагава, который полностью выжимал сок из своих новелл, делал их законченными и в, тоже время, открытыми для размышления. Рассказы, самый популярный японский писатель, пытается строить так же, как и романы. Но, почему-то, сам не осознает, что читатель не успев привыкнуть к происходящему уже переворачивает последнюю страницу новеллы.
Читая первый рассказ этого сборника, подумал, что "все как обычно". Но приятно удивило, что от рассказу к рассказу мой интерес возрастал. "Безликие" первые две части продолжаются неплохим рассказом "Тайланд". Видимо, именно Нимит был прообразом помощника госпожи из романа 1Q84.
Заканчивается сборник неплохим "Кваком" и, скорей всего, лучшим коротким рассказом Мураками. Последняя история имеет логическое начало и конец. Читая никак не мог понять, как Харуки пересилил себя и написал "роман в новелле". Ведь своими рассказами подогревает интерес к новому роману, а тут завершенный и интересный рассказ.
Вообщем, сборник неоднозначный. Но, все же, Мураками, в отличии героя последнего рассказа - Дзюнпея, автор романов, но никак не новелл.

Пожалуй самый любимый мой сборник у этого автора.Все рассказы объединены общей тематикой - землетрясением в Кобэ,пожалуй это все что их объединяет.Во всем остальном сборник как сборник.Кто знает как пишет Мураками поймет.Не знаю почему именно этот любимый,наверное из за рассказов Пейзаж с утюгом и Медовый пирог.Эти рассказы почему то зацепили,сцена с горящим костром в Пейзаже с утюгом очень завораживает,складывается ощущение что ты сам стоишь напротив костра и вглядываешься в языки пламени...Наверное есть что то из моего прошлого что заставляет любить этот рассказ.Что касается второго то он не очень оригинален.Много в сюжете рассказа из других романов и рассказов,но все равно чем то зацепило.В целом сборник на любителя,читается просто и легко,а из за объема еще и быстро.В любом случае даже если останетесь недовольны много не потеряете.

Книга, рассказывающая о том, как катастрофа, случившаяся в стране, оказывает болезненное воздействие, эмоционально затрагивает ее жителей. Серьезная встряска, которую получили герои рассказов после землетрясения в Киото, подобно любой шоковой ситуации вскрывает нарывы, позволяет переосмыслить свой жизненный путь, задуматься о смерти и даже приводит к сумасшествию. Много читала отзывов об этой книге, что она слабая. Совершенно не согласна. Каждый рассказ о собственной боли, но вместе их объединяет оплакивание страданий страны и населения. Да, здесь нет явных заламываний рук, и все это скрыто под покровом серой рутины, однако именно эту способность писать жизненно о важном я особенно ценю в творчестве этого автора. Предпочитаю, конечно, романы рассказам, но в данном случае получила большое удовольствие от прочтения, так как все произведения логично завершены и не оставляют после себя ощущения "огрызков" без начала и конца. А общая канва позволяет воспринимать их как главы одного романа.