Роман без вранья. Мой век, мои друзья и подруги

Настроение у нас стало «серое с желтыми пятнышками»…

В наши розовые годы мы всерьез надеялись, что только и будем получать от жизни сахарные поцелуи.

Есенин был очень подозрителен и недоверчив.

- Смекай, она же, чертова дочь, иностранка. Ей мои стихи - тарабарщина. Слов-то русских плясунья не понимает!

А самое страшное, что в супружескую кровать он мог  лечь только во хмелю - мутном и тяжелом.

Его обычная фраза: «Пей со мною, паршивея сука!»-так и вошла неизменной в знаменитое стихотворение.

…вечно ты со своим прекраснодушием! Юродивеньким прямо стал. Блаженненьким! Только железных вериг на твоей старой шее не хватает.

Раки похожи на причудливые цветы абхазских полутропиков.

В 1869 Тургенев отвечал на вопросы. Среди них был такой:

- Ваше любимое кушанье и напитки?

-Беф и шампанское,-бодро ответил наш соотечественник.

Через 11 лет журнал повторил вопросы:

- Ваше любимое кушанье?

- Все, что хорошо переваривается,- с ворчливой стариковской мудростью написал Тургенев.

- К какому пороку вы наиболее снисходительны?

- Ко всем.

…уют мыслящего человека.

Годы шли. Нет, годы бежали. А почему, в самом деле, не ходят они солидно, неторопливо, как, например, главные бухгалтеры? Нет тебе этого! Бегут проклятые годы. Бегут, как черт знает кто.

…никогда не ношу галош, которые старят больше, чем седые волосы и морщины.

Толстые липы … уже звенели, как старые цыганки, жесткими листьями цвета медного самовара, очень давно не чищенного. Полная осень.