Богомолье. Повести

Книга о событии, изменившим человека.
Молодой студент, приехавший на Валаам, открывает для себя новый, светлый мир. Знакомясь с монашеской жизнью, он понимает ошибки своей "учености" и светских предрассудков.
Это другой мир, освященный божественной любовью

И меняется сам герой, чудесно видеть это преображение. Я давно хотела побывать на Валааме, а после прочтения этой книги потянуло еще больше. Мир весь в суете, все куда-то спешат, а в таких местах чувствуешь, что такое вечность...

Шмелёв пишет легко и душевно, такой золотой вкусный у него язык, а главное, что привлекает в его прозе – понимание какой-то глубинной сущности России, сути характера русского человека, «нетленной красоты его души». Рассказ «Куликово поле» отличается от остальных его произведений. Здесь мало Шмелёва-писателя, больше Шмелёва-православного философа. Шмелёв воспринимает Россию после 1917 года, как некую темную разрушительную силу, оружие которой ложь и страх.

Свет и тьма...

Русское воинство на поле Куликовом и войско Мамая...

Сергиев Посад и Загорск...

Великая Димитриевская суббота, день поминовения убиенных на Куликовом поле (7 ноября/26 октября по старому стилю) и Праздник Октябрьской революции...

Ангелы и демоны. Мир святости и мир абсурда...

Но как Куликово поле есть великая победа русских, так и окаянным дням противостоит в «Куликовом поле» духовная культура России... И древний крест с Куликова поля является Святым Благовестием и символом надежды спасения нашей многострадальной страны...

Бывший следователь-психолог, Сергей Николаевич, рассказывает об одной «странной истории», случившейся с ним, и изменившей его полностью.

История эта произошла в 1926-ом.

Волею судеб, Сергей Николаевич, встретился с крестьянином, Василием Суховым, которому в своё время помог, и который служил лесным объездчиком в Тульской губернии, вблизи Куликова поля. И поведал ему старый знакомый один странный случай, приключившийся с ним в октябре, в Димитриевскую субботу, которая установлена в поминовение убиенных на Куликовом поле, на дороге рядом с этим самым полем.

Р-раз, и вдруг конь внезапно остановился, ужи насторожил, храпит. Василий слез с коня и вдруг увидел прямо под копытами старинный крест. «Помене четверти, с ушком, – наперсный; накось – ясный рубец, и погнуто в этом месте: секануло, может, татарской саблей».

Василий обрадовался и огорчился одновременно. Где же крест святой хранить, времена нынче страшные и мутные, ещё кто прознает, донесёт, а ему двух внучат кормить...

И вдруг он видит на дороге странника.

Странного странника.

«По виду, из духовных, седая бородка, окладиком, ликом суховат, росту хорошего, не согбен, походка легкая, посошком меряет привычно, смотрит с приятностью. Возликовало сердце, «будто самого родного встретил».

Странник, как будто мысли его читал. «Не волнуйся, - сказал, - чадо, Крест Господень – знамение Спасения, доставлю бывшему твоему барину в Сергиев Посад, где он сейчас проживает, поскольку сам туда направляюсь».

Сам Сергей Николаевич, опасаясь ареста, скрывался в Туле вместе с дочерью. «Учил грамоте оружейников, помогал чертежникам завода, торговал на базаре картузами, клеил гармоньи».

Дочь Надежда  давала уроки музыки новой знати. Жены новых представителей власти «желали выигрывать на верти-пьяных разные польки и романцы», благо конфискованного у «врагов народа» инструмента было завались.

Имя одной ученицы Нади было – Клеопатра! Была она злобной, чванливой и недалёкой супругой некоего чина ВЧК. Однажды она проболталась, что чекисты знают всё про её папеньку, но не арестуют, а предложат работать на них.

Сергей Николаевич в панике, принимает решение ехать в Москву, там «большая вода укроет». Но как уехать без документов? Вдруг на вокзале он случайно встречает своего бывшего коллегу, и который, будучи обласканным новой властью, выписывает ему заветный проездной документ. Счастливый случай...

В Москве Сергей Николаевич устроился достаточно удачно. Работа в архиве позволяла ему побывать в подмосковных городах. И опять «волею судеб» он приезжает в Загорск, или переименованный так Сергиев Посад.

Видит «солнечно-розовую Лавру», «поруганная, плененная, светилась она – нетленная».

Его вдруг потянуло в тихие улочки Посада. Он бродил по безлюдным улочками и «в грусти бесцельного блужданья нашел отраду – не поискать ли Среднева?». Того самого барина, которому Василий передал крест, найденный на Куликовом поле, чтобы узнать донес ли ему старец крест...

Спросил адрес у почтенного человека в золотых очках, в чесуче, что сидел у ворот на лавочке. Познакомился: «бывший следователь...», «бывший профессор Академии...», Среднев проживает через два квартала, голубой домик...»

Со Средневым они узнали друг друга сразу. Среднев «в парусинной толстовке, размашистый, смахивал на матерого партийца», Олечка  его мало изменилась – «такая же нежная, вспыхивающая румянцем, чистенькая, светловолосая».

Крест им странник передал, правда, обстоятельства его посещения были столь странными, что Ольга, дочь Среднева, до сих пор считает, что этот визит был особенным...

Сергей Николаевич передал им рассказ Василия и в свою очередь попросил рассказать ему подробно о том вечере...

...когда к ним пришёл странник...

Средневы оба помнили, что весь день лил холодный дождь, «с крупой», – как и на Куликовом поле! – но к вечеру прояснело и захолодало. Тот день оба хорошо помнили: как раз праздновалась 8-я годовщина «Октября». Загодя объявлялось плакатами и громкоговорителем наступление великой даты: «Всем, всем, всем!!!» Совсюду било в глаза настоятельное предложение «показать высший уровень революционного сознания, достойный Великого Октября»...

Среднев читал газету. Оля прилегла на диване, жевала корочку. Вдруг кто-то постучал в ставню, палочкой, – «три раза, раздельно, точно свой». Они тревожно переглянулись, как бы спрашивая себя: «Кто это?» К ним заходили редко, больше по праздникам и всегда днем; Оля приоткрыла форточку и негромко спросила: «Кто там?..» На оклик Оли кто-то ответил

– С Куликова поля.

Оля распахнула двери, различила высокую фигуру в монашеской наметке, и – «очевидно, от блеска звезд», – вносил свое объяснение Среднев, – лик пришельца показался ей «как бы в сиянии»...

Старец вошел в комнату и сказал:

– Милость Господня вам, чада.

А далее следует кульминация и развязка. И послесловие...

«...Я тогда испытал впервые, что такое, когда ликует сердце. Несказанное чувство переполнения, небывалой и вдохновенной радостности, до сладостной боли в сердце, почти физической. Знаю определенно одно только: чувство освобождения. Все томившее вдруг пропало, во мне засияла радостность, я чувствовал радостную силу и светлую-светлую свободу – именно, ликованье, упованье: ну, ничего не страшно, все ясно, все чудесно, все предусмотрено, все – ведется... и все – так надо...».

Произведение Ивана Шмелева "Старый Валаам" - небольшое, емкое, по-сути своей является книгой-дневником, книгой-воспоминанием о далеком путешествии на Валаам.
В пору времени действия произведения Иван Шмелев был только что оженившимся студентом, и "чтобы развлечь себя" решили они с молодой супругой съездить на Валаам. Не в паломничество, не в молитвенную религиозную поездку, а просто "посмотреть".

Но пути Господни неисповедимы.
Что из этого вышло, какое это было незабываемое путешествие, как оно изменило сознание автора, как оно "откликнулось" в его жизни неожиданным ответом в трудной жизненной ситуации через много-много лет - всё это, а также свои мысли описывает автор на страницах своего произведения.

Это произведение интересно, помимо много прочего, тем, что в нем описывается (автор сам описывает) свое духовное становление. На страницах происходит духовная трансформация уверенного, не глупого, столичного студента-атеиста в глубоко религиозного человека. Происходит не по воле "всяких там глупостей, как бабульки в церкви рассказывают", а путем глубокого самоанализа своих мыслей, своих чувств, реакций, путем внимательного наблюдения за жизнью монастыря.

Можно много читать, много слушать, ездить по святым местам, смотреть, отвергать существование любой высшей силы, считать себя атеистом, считать себя верующим, но, говорят, нет ничего важнее глубоко личного религиозного опыта, после которого человек верит, он перестает "считать себя", он "становится". О такого рода трансформации я говорю тут:

Молодой студент Шмелев приехал из Москвы, а Валаам совсем не такой как "говорят":

О самом монастыре пишет:

О братии:

И напоследок...

Так писал Иван Сергеевич Шмелёв уже будучи известным писателем, которым он стал также благодаря этой давней поездке, чудесным образом откликнувшейся в его судьбе, много лет спустя .

Удивительная книга. Я читал ее с упоением, с великой радостью и счастьем. Но в какой-то момент мне показалось, что это такой сон. Так не бывает. Как хорошо и славно было! Но почему же все разрушилось. вся эта жизнь дореволюционная, от которой ничего не осталось? Да и была ли она такой счастливой?
Довольное все такое, богатое, купеческое.
Как будто и не было голода, пьянства, кошмаров всяких.
Идеальная жизнь!
Ну да и что в этом плохого.
Я вот тут подумал, главное - найти себе успокоение. Общину. Затаиться и жить. Наслаждаться, а не тратиться попусту на всякие глупости.
Но, чует мое сердце, так не бывает.
Остается поверить Шмелеву на слово.
Спасибо ему за эту замечательную книгу.

Это произведение вызвало во мне теплые чувства. Не зря нам в университете сказали выписать цитаты со словом свет. Их много и выписывать, замечать какой разный свет и какой смысл каждый раз он несет, безумно интересно. Ведь это произведение очень светлое.
Чего стоит одно описание взгляда Ильи на госпожу:

Когда я закрывала книгу для того, чтобы, например, поесть между чтение, то возвращаясь к моей синенькой книжечке, мне казалось, что я беру в руки шкатулку, которую открываешь, а там сияние изумрудов. Но только я видела в этом не материальную ценность. Нет, это духовная благодать. В "Неупиваемой чаши" много веры, которая дает силы. Силы для завтрашнего дня. Веру, что все будет хорошо.
Если делать пометку о том, когда я советую читать это произведение, то это точно не в школьном возрасте. Это повесть, к которой нужно прийти самому, она должна случайно попасть в руки с книжной полки.

Валаам, государство в государстве, со своими законами и уставами. Туда стремятся и заблудшие души,и души любящие Господа, и каждого там ждет приют, и помощь.
Я никогда не была на Валааме , но читая эту книгу я совершила прекрасное путешествие, которое укрепило меня в моих мечтаниях побывать на этом острове.
Не перестаю удивляться какой у Шмелева "вкусный" язык, описания природы рисуют в воображении яркие картины. А какие у него образы монахов, схимников, аж дух захватывает.

Очень многие произведения Шмелёва автобиографичны, он пишет о своей жизни. Вот и в очерке «Старый Валаам» Шмелёв – уже признанный писатель, живущий на чужбине, - вспоминает свою юность и начало семейной жизни, когда они с молодой женой в свадебное путешествие отправились в Валаамский монастырь.

Красота этого сурового края, неустанный труд монахов во имя Божие, их доброта и чистые помыслы глубоко поразили молодых людей.

Сколько горя, страха, гонений было в жизни Ивана Сергеевича, а вот та поездка навсегда осталась в памяти. Валаам осветил первые шаги молодой семьи и дал силы на всю жизнь.

Ребята, это - настоящая христианская книга!!!

Я впервые сталкиваюсь с творчеством Ивана Шмелева. Никак не доводилось ранее прочитать что-либо из его творчества, и, вот, случай такой подвернулся!

Думаю, всем известно, что он прожил более 25 лет в эмиграции и похоронен в Париже. Венцом его творчества является "Лето господне". Но интересны и его ранние произведения, как, например, "Неупиваемая чаша", написанная Иваном Шмелевым в 1918 году в Алуште.

С одной стороны, это - книга об одном человеке, его отрочестве, юносте, становлении, расцвете и смерти.
С другой стороны, мы говорим о том, что этот талантливый живописец смог оставить после себя нечто важное, почитаемое и помогаемое православным людям. И неважно, что могила бывшего крепостного Ильи, сына маляра, заросла мохом и травой. Люди его икону почитают и его таким образом вспоминают добрым словом, а избавляет эта икона от пьяного недуга!...

Удивительно написана книга! Очень простой понятный, но с другой стороны, богатый, проникнутый реалистичною слог.
В книге вы найдете чистую и непорочную любовь, и духовные подвиги, почувствуете сокровенности настоящей русской души.

Здесь есть над чем подумать, и сказать себе, а прошел ли я также через все посланные мне искушения как это сделал крепостной Илья...