Отзывы о книге On the Beach

Сильнейшая и шокирующая книга, которая с пугающей реалистичностью описывает грядущую гибель последнего оплота человечества, который остался после тотальной ядерной войны. Ядерной войны такой силы и масштаба, что от воздействия произведенной ею радиации погибло все (ВСЁ!!!) население планеты, кроме Австралии на момент событий, описываемых в книге. И Австралия ждет медленной и неотвратимой смерти от лучевой болезни, ведь радиационный фон прогрессивно повышается, радиация неотвратимо прет с северного полушария. Люди прекрасно об этом знают.

Очень вероятный вариант развития третьей мировой войны, когда Запад и Восток начнут ядерную бомбардировку друг друга, и потеряют контроль над количеством боеголовок со смертоносным боеприпасом. В какой то момент уже не спасет ничто, даже удаленность от зоны бомбардировок, достигнуто критическое количество радиации, выпущенной на волю. Гибнет все, не только люди. Животные, растения, рыба... не остается ничего живого. Да, кролики проживут дольше всех. Но разве это утешит кого - то? Только вызовет горестную улыбку.

Автор нам показывает свое вИдение последних семи месяцев обреченного человечества. И самым важным и острым моментом есть то, что люди знают примерную дату своей кончины, пару недель туда - сюда. Автор взял за основу жизнь нескольких людей, которые связаны родством, службой, близким знакомством, и подробно описал их последние месяцы.

Австралийский морской офицер Питер Холмс несмотря на все, продолжает службу на подлодке, которую отправляют в рейсы с единственной целью - выяснить, нет ли клочка земли, где радиация все таки не погубила все живое. Питер все понимает, адекватно оценивает ситуацию. Но принимает решение жить, как раньше до последнего. Но в то же время, понимая, что смерть от лучевой болезни очень болезненна, идет в аптеку, и берет для свей семьи таблетки для эвтаназии, которые там уже давно заготовлены. Его семья - жена и маленькая дочка. Они занимаются своими обычными бытовыми делами и обязанностями, не паникуя. Жена Питера, Мэри, приобретает, как защитную реакцию, патологичность в поведении в отношении к будущему. Она просто не допускает в свой разум идею о скорой смерти себя, дочки и мужа. Мэри строит далеко идущие планы развития их хозяйства, усадьбы. Даже требует у Питера, чтоб он купил газонокосилку, которая понадобится им весной. Крайне сложно Питеру донести до нее необходимость эвтаназии. Описание их последних дней зашкаливающе детально и реалистично. Автор  так же очень подробно описывает сам момент смерти семьи Питера.

Еще одним героем, иллюстрирующим защитные реакции на невозможность принятия смерти родных, есть начальник Питера - Дуайт Тауерс. Американский моряк, он не может принять смерть жены и детей. Он всегда о них говорит так, как вроде бы они живые, и их встреча совсем скоро. Она то скоро, но на том свете. Дуайт покупает подарки жене и детям и берет это все в свой последний рейс на своей подлодке, на которой он решает закончить жизнь. Даже его любовь к Мойре, дочери местного фермера, не может никак проявиться. Дуайт честен до конца. Он женат, значит никаких интрижек. Большая половина романа посвящена именно Мойре и Дуайту. И мы все это время наблюдаем глубокую привязанность на патологичном фоне защитных реакций. У Мойры свои чудачества - она прекрасно понимает, что влюблена, что скоро конец всего, и тут бы любить друг друга до смерти и на износ, но нет. Ее предмет страсти целомудрен, в его мыслях только жена, развитие отношений невозможно. И Мойра соглашается на этот больной конфетно - букетный период без перспективы на продолжение. Влюбленные ездят на свидания, Дуайт знакомится с родителями Мойры, с удовольствием помогает им на ферме. Но ни поцелуйчика, ни мимолетных объятий.

Почему то аннотация описывает книгу, как историю любви. Но по моему мнению, это совсем не так. Роман о людях, которые точно знают, когда умрут. И Мойра с Дуайтом всего лиши одни из них, и их история всего лишь часть всеобщего сценария, а не основная в романе.

В целом, автор несколько идеализирует человечество в сложившейся в его романе ситуации. Уверена, что большинство занималось бы тем, что спивались, употребляли наркотики, убивали друг друга в жестоких, кровавых разборках, погрязли в мародерстве, насилии, и бесконечно самоубивались. Но у Шюта только один дед и его друг культурно поглощают портвейн, коим завален подвал. Да, они пьют много, но это настолько интеллигентно и красиво, что просто удивительно. Никаких тебе стенаний : "Мы все умрем!".

Отдельно хочу сказать о юморе в романе. Он тут есть. И особую остроту ему придает то, что шутят те люди о смерти, которые знают, что скоро умрут. Этот неповторимый сарказм возможен только на фоне событий, описываемых в данной книге.

Автор — авиаинженер, лётчик, военный и, в свободное от прочих обязанностей время, писатель фантастических романов. «На берегу», где описываются последние 7 месяцев существования человечества, перед тем как все умрут от лучевой болезни, он учёл всё, что может учесть человек с таким образованием и профессией. Подумал об энергии, топливе, работе механизмов. Подумал про источники информации и про бумагу. Даже сохранил в Австралии некую защитную структуру, войска, флот. Даже про ядерное горючее для подлодки не забыл. Учёл особенности социального устройства жизни перед гибелью человечества — как они будут жить, питаться, расплачиваться за продукты, каким транспортом смогут пользоваться, какую работу должны выполнять… Подумал про деньги — ведь за полгода до конца света отменять деньги неразумно, потому что они не сразу утрачивают смысл. И, если опустить тонкости радиоактивности и лучевой болезни, которые были ещё неизвестны на момент написания романа, то есть в 1957 году, технически и политически представленная им картина «Последний день ПомпеиЧеловечества» очень и очень точна. Ну подумаешь, он не знал, что в воде* радиация чувствует себя ничуть не хуже, чем на суше и в воздухе, поэтому милые и наивные австралийские поселяне постоянно купаются летом на пляже, а за полмесяца до конца — рыбачат. Главное, всё остальное (устройство подлодки, социальная структура, армейский порядок, семейные ценности) — правильно.

Проблема в том, что у книги не было цели описать правильно психологическое состояние людей. Да, герои ведут себя в меру правдоподобно. Немного излишне наивно (Мэри) и благородно (Питер, Дуайт), а иногда откровенно глупо (Мэри, Питер, Дуайт, Мойра, Джон и все остальные психи, которые строят планы на пару лет вперёд, покупают подарки мёртвым детям и высаживают сад), но если бы где-то в Мельбурне собрались именно такие люди, то именно так они бы себя и вели. И знаете, я могу легко представить себя на месте многих из них. Если держаться привычных вещей, то кажется, что всё будет хорошо. Плохое может случиться с кем угодно, но только не со мной. Проблема в том, что всё слишком идеально. Почти никаких истерик, никаких мародёров, никакой волны самоубийств (если не считать прекрасную по накалу страстей гонку на машинах — оооо, вот где было железно-кровавое месиво). Слишком чинно люди готовятся к смерти. И этому наверняка была причина, ведь даже особой надежды автор никому не оставляет (хотя есть намёки, есть, но совершенно не убедительные).

А всё потому, что автор слишком хорошо знал про войну и про общие возможные последствия. В книге он создал что-то вроде благостной утопии перед концом света на свой вкус. И хотя вкусы у нас с ним разные, я понимаю его мотивы: предупредить катастрофу; убедить людей держаться вместе; напомнить о красоте жизни.

— А вот как насчет пыли, про которую все говорят? Её что же, приносит ветер? — Да. Но никакой ветер не дует прямиком из северного полушария в южное. Иначе все мы уже умерли бы. — И жаль, что не умерли, — с горечью сказала девушка. — А то ведь пытка — сидишь и ждёшь казни. — Может быть, и так. А может быть, это — время спасения души.

Это не книга-история, это книга-призыв. Описанное в ней умирание Человечества призывает нас здесь и сейчас взяться за ум, отказаться от уничтожения, позаботиться о мире. Чёрт, господин Шют, да хоть сейчас! Сейчас пойду, всем надаю по шее, и мы тихо мирно будем существовать на этом прекрасном свете (а не на том). Только не заставляйте меня снова это читать.

Хотя я и имею солидный читательский стаж (почти 60 лет с книгой), однако до сих пор постапокалиптической зарубежной фантастики такого направления не читал. Ведь чаще всего мы имеем дело либо с описаниями ужасов происходящей всемирной атомно-термоядерной химио-бактериологической войны, либо сразу с последствиями всеобщей катастрофы.

Дальше...

Невил Шют пошёл по другому, я бы сказал, не по голливудскому пути (хотя Голливуд мимо себя его книгу не пропустил, но об этом ниже). В его романе нет картин совершающейся войны, нет героизирующих героев, нет смакования страхов и ужасов происходящего мирового самоубийства. Всё происходит гораздо прозаически и порой даже банально. Мы просто узнаём о гибели всего северного полушария Земли в результате масштабной атомной войны всех со всеми — на момент написания книги основными атомными державами были СССР, США и Китай (ну, и Франция-Англия, но в книге их в этом смысле нет) и потому вся стычка происходила между ними. Хотя атомные бомбы были уже у многих в силу простоты и дешевизны их производства (так в романе). Одна провокация, другая, одна бомбардировка, ответный удар всеми силами ВВС (1957 год, ракет ещё не было — хотя в книге речь о начале 60-х) по врагу, ответный «привет» оттуда — сценарий прост как два пальца об асфальт.

А дальше просто вступают в действие природные особенности атмосферы Земли — заражённые слои атмосферы северного полушария постепенно перемешиваются с экваториальными и затем с ветрами южного полушария, в результате тихая невидимая и неумолимая смерть крадётся сверху вниз по земному шарику без всяких вариантов на надежду. Тотальная лучевая болезнь — всего и вся. Никто не выживет. И опустевшие города будут стоять в готовности спустя пару десятилетий (период полураспада радиоактивного изотопа кобальта всего 5 лет) принять жителей. Но заселить их уже будет некому.

Но роман не совсем об этом. А прежде всего о том, как оставшиеся пока вне зоны заражения люди в Австралии, Новой Зеландии и других местах южного полушария, пытаются достойно дожить оставшиеся им 5-6 месяцев жизни и не менее достойно закончить свой земной путь. И в центре внимания семья молодого офицера австралийского флота Питера Холмса — с женой Мэри и дочерью младенческого возраста Дженифер, а также капитан атомной американской подводной лодки Дуайт Тауэрс и молодая австралийка Мойра Дэвидсон, и их взаимоотношения. Конечно же, в книге есть и другие персонажи и даже герои совсем не второго плана (тот же учёный Джулиан Осборн или адмирал Брайди), но всё-таки они находятся чуть за спинами главных действующих лиц. А общим фоном является казалось бы почти нормальная жизнь австралийских городов и посёлков — почти потому, что все знают о наступающем фронте всеобщей смерти и потому просто стараются жить на всю катушку и во всю ивановскую. Кто-то старается выпить всё марочное и эксклюзивное спиртное, кто-то пускается во все тяжкие в сексуальном смысле и т. д. Однако всё-таки в основном происходит нормальная или близкая к нормальному содержанию жизнь — нет мародёрства и грабежей, насилия и всего прочего, что так любимо современными авторами апокалиптического и постапокалиптического направления. Люди просто стараются достойно дожить отпущенный им недолгий век. И в этом и проявляется сила духа каждого отдельного человека и всего человечества в целом. Жить и умереть достойно. Не быть и не стать сволочью и пылью. Заниматься любимым — по настоящему любимым — делом: гонять на спортивных авто, рыбачить в горных ручьях, танцевать до упаду, разговаривать умные (и неумные тоже годятся) разговоры, дружить и любить — делать всё то, что почему-то раньше не делал, либо откладывая на потом, либо не позволяя себе чего-то в силу самоограничений.

При этом никто не старается позёрствовать, что-то этакое особенно красивое говорить или творить, никто не юродствует и не кликушествует, и почти никто не впадает в панику и не превращается в животное. Хотя, казалось бы, число таких людей должно бы в такой ситуации зашкаливать. Ну, или они должны были быть заметны. Однако же здесь таких практически нет.

Конечно, в романе есть и какие-то активные действия, направленные на разведку текущей ситуации — пара рейсов атомохода в северные широты и к берегам США, однако рассказывать об этом мы здесь не будем, дабы не превратить текст отзыва в один жирный спойлер. Хотя и там, в этом большом рейсе, нашлось место и слабости человеческой, и подвигу, и разочарованию, и случаю, и надежде, и самообману…

Роман не заканчивается хэппи эндом — автор вовсе не хотел, чтобы читатель (ещё раз напомню, что на дворе 1957 год и даже Карибского кризиса ещё не было) облегчённо вздохнул при вести, что прилетели зелёные человечки и всех спасли. Автору как раз и надо было, чтобы читатели осознали, что спасти самих себя и нашу маленькую планету от гибели можем только мы сами, вместе и совокупно.

Приятным бонусом к книге стал просмотр одноимённого фильма (1959 г.) с Грегори Пеком, Фредом Астером и Авой Гарднер (других актёров я не знал, но поставлен и сыгран фильм для тех лет великолепно, с полной передачей всех смыслов). И хотя фильм ч/б, однако для этой темы наверное так было даже правильней, нежели делать его цветным.

Перед тем как читать этот роман, стоит обратить внимание на то, что он был написан в 1957 году. И это важный фактор. Потому что стоит понимать, что от антиутопии, написанной в то время, не стоит ждать современных сюжетных поворотов. Более того, это будет очень специфическое чтение.

Как я уже говорила, то что 1957 год это важная дата. Это начало периода «холодной войны». В 1945-м году на Японию были сброшены ядерные бомбы, затем СССР заявил о том, что у него есть ядерное оружие, что привело к очень натянутым отношениям между СССР, США и Великобританией. Стоит помнить, что Китай всегда был по умолчанию врагом для США, поэтому я даже не удивлена, что тут всех собак повесили на Китай и СССР, выставив их виноватыми в ядерной катастрофе. Ну как бы такая литература в 57-м году была явно популярной и с лёгкостью проходила цензуру.

Второй такой момент, к 1957-му году было непонятно, как влияет радиация на человека и тем более, что она есть в воде. Об этом, к слову Херси говорил в «Хиросима», что наблюдения длились до 1983 года и только тогда был сделан вывод о том, какой именно вред она приносит и о том, что она оседает в почве, она есть в воде. Но в 1957-м году знали лишь об одном – то что есть лучевая болезнь с видимыми проявлениями. Тогда не было Чернобыля и понимания происходящего. Поэтому тут много таких наивных моментов по типу того что радиация есть в воздухе – это опасно, но дождь и вода это безопасно. Ну-ну. Поэтому герои, сами того не подозревая, плавая и веселясь уже получали повышенные дозы радиации.

Третий момент утопичность всего происходящего. Вроде есть службы безопасности, есть какие-то меры, но по факту не делается ничего для защиты людей, им и остаётся просто жить, работать, получать дозу радиации и умирать. И это как раз вызвало у меня бурю вопросов. Вот допустим, часть населения реально погибла от радиации, но есть много не единичных случаев того, что люди всё-таки поправлялись и выздоравливали, проживали относительно долгую для облучённых людей жизнь (50-60 лет), но куда остальные делись? Есть средства радиационной защиты, есть способы дезактивации, но люди ничего не делают, вот вообще ничего для собственного спасения.

Поэтому это однозначно не книга для тех, кто хочет увидеть, как люди борются за жизнь, борются с ужасами и последствиями уничтожения мира. Скорее, наоборот, здесь реакция принятия и «если помирать, так с музыкой». И для меня сильным было, наверное, принятие решений по части жить или умирать.

Не скажу, что книга меня разочаровала, просто я ожидала чего-то другого, но что поделать, истерические настроения тогда задавала ситуация в мире, отсюда и сюжет, наполненный паникой.

История о конце света. Человечество доигралось в войнушку и самоуничтожилось. Сначала ядерная война «по недоразумению», уничтожившая все северные государство, а теперь радиоактивное облако медленно, но верно сползает на юг земного шарика, покрывая все новые и новые территории. Осталась Австралия и Антарктида. Ну еще немного Южной Америки и Африки, но у нас речь об Австралии. По прогнозам ученых речь идет о нескольких месяцах. Такова предыстория. Книга написана в 1957 году, действие происходит в 1963 году, по тем меркам не такое уж и далекое будущее. Кто виноват – а не поймешь. Вроде как советские ракеты бомбили Вашингтон, но как выяснилось, то были египтяне, воспользовавшиеся купленными советскими ракетами, а русские ни при чем, но когда это выяснилось, уже нанесены удары по Одессе и Ленинграду, а еще подсуетилась Албания, и Китай не остался в стороне… в общем спрашивать уже не с кого, потому что все руководство всех стран погибло в первые же дни. И те, кто не попал под бомбежки – умерли от радиации. Но все это уже не важно.

Так что с самого начала конец Земли очевиден, не надо ждать инопланетян и огромную ракету, чтобы улететь с Земли, уже не построить. Немаловажная часть сюжета посвящена последней любви бравого американского моряка, командира подводной лодки и разбитной австралийской барышни, которая вечерами напивается в преддверии конца. А на самом деле она трепетная и жаждет любви. Но их судьба затронула меня в наималейшей степени. А вот жизнь мира, доживающего свои последние дни, это другое дело. Уже готовы таблетки, обеспечивающие быструю безболезненную смерть, и как только облако подплывет поближе, аптекари будут бесплатно и неограниченно раздавать их народу. Многие принципиально не хотят верить в неотвратимый конец и планируют садовые посадки, удобряют землю, возятся с саженцами, покупают садовые скамейки. На которых никто не будет сидеть. Наш американец покупает дорогущее колье своей жене и ищет подарки детям, хотя вся его семья осталась там, где когда-то были США. И не надо его отговаривать, ему так легче жить. В целом все спокойны и невозмутимы. Ну вот разве что отвязные автолюбители устраивают гонки без правил, видимо предпочитая разбиться в гонке, чем ждать смерти. Зато победитель, оставшийся в живых, счастлив и радуется, он будет участвовать в Большом Призе всей Австралии. Но все это очень упорядоченно, очень прилично, нет истерики, нет нервных срывов. И небо голубое, и зелень свежая, и ласковые волны набегают на золотой песок. И все это так красиво, пафосно и … неправдоподобно. Неправдоподобно видеть , как люди спокойное понимают и принимают мысль, что придет облако и человек умрет буквально через две недели, и все это время его здоровье будет резко ухудшаться и он умрет от истощения. Неправдоподобна безропотность, с какой люди принимают конец. Неправдоподобно то, что нет срывов, нет истерик, что люди не бросаются во все тяжкие с мыслью «Один раз живем», ну разве что группка старичков так же культурно и степенно выпивает все запасы элитного портвейна.. Неправдоподобен, хотя и красив поступок моряков, уплывающих в подлодке в морские глубины, чтобы там остаться навсегда. Я скорее склонна поверить парням в фильме «Достучаться до небес» или даже обреченным на Далекой Радуге, но не этим правильным невозмутимым людям. Но это мое личное неверие, потому что я не видела таких людей, которые четко знают дату своего конца, и никто не видел. Так могло бы быть, наверное.

Послевкусие от книги тяжелое. Не советую заканчивать ее вечером и оставаться наедине с мыслями, которые неминуемо придут и будут крутиться. Лучше успеть переключиться на что-то легкое.

Удручающее впечатление от сюжета. Северного полушария Земли больше не существует. Нет, не совсем так. По представлению автора, после ядерной войны "испарились" только люди. Растения и животные выжили, ничуть не изменившись. А останки людей находятся в домах. Какой-то стерильный конец света. Невил Шут бомбардирует читателей географическими названиями. Якобы Албания начала войну между Египтом, Израилем и арабскими странами. Египтяне зачем-то стали бомбить радиоактивными кобальтовыми бомбами далёкие США. Видимо, ближе целей не нашлось, и египетские штурмовики стали такими асами сразу после Второй Мировой. НАТО разбомбило СССР, подключился и Китай. Какое-то расплывчатое описание войны, уничтожившей почти всё человечество. Египет разрушен и заражён радиацией, но до Южной Африки повышенный фон почему-то не доходит. И у СССР нет незамерзающего порта в Мурманске (или автор о нём не знает). И почему-то тихоокеанскими портами русским пользоваться неудобно и невыгодно. Короче, в конфликт я не поверила. Голословно и расплывчато. И про Албанию все мигом забыли. Что ей вообще было нужно? Зато удалённая Австралия ещё держится. В порту Мельбурна пришвартовалась американская подводная лодка. Её капитан доставал меня своей принципиальностью. Стерильным получился апокалипсис и в Австралии. Разве что за несколько дней до момента икс такие-сякие уборщики перестали чистить улицы, чтобы Мэри морщила носик от вони. Почти у каждого персонажа загремели свои погремушки. Физик решил себя угробить на автомобильных гонках. Их участники во время всеобщего дефицита горючего раздобыли достаточно бензина для своих "срочных" нужд. Военные тоже себе припрятали и пользовались служебным положением. Централизованного распределения не было. Кто-то жёг бензин на гонках, а врач ездил на фермы на лошади. Мэри, которая жаловалась на городскую вонь, "помешалась" на обустройстве сада с огородом, да чтобы не хуже, чем у прочих. Питер молодец, доставал все нужные для её капризов вещи. Мэри отказывалась воспринимать происходящее. Мародёров и прочих бесчинств не было. Пьяницы разрушали себя ещё до появления лучевой болезни. Принципиального капитана Тауэрса тормошила Мойра, а он в финале "отблагодарил" её одиночеством. Девушка успевала много бухать, танцевать, помогать отцу на ферме и сдала экзамен на машинистку. Конец света не дал ей развернуться. У книги есть разные переводы. Возможно, и впечатление они производят разное. У меня получилось заторможенное, отстранённое и угнетённое.

Конец. Когда приходит конец, каждый по-своему воспринимает мир, ловит последние моменты, и не до конца верит, что рано или поздно безысходность одержит верх над всеми ощущениями и переживаниями. Книга полностью пронизана именно безысходностью, которая нависла над целым сообществом людей после атомной войны. Разбирать по кусочкам произведение, считаю не правильным, потому что автор не ставил перед собой цель раскрыть технические стороны ядерной катастрофы, нет, только человеческая жизнь в моменты последнего кризиса. Отношения. Чувства. Переживания. Вера в будущее, которого нет, вот задумка, и в результате, что бывает очень редко, книга меня не просто удивила, а заставила прочувствовать жизнь каждого героя.

Представим, что есть срок, и конец неизбежно приближается. Каким будет поведение!? Какие будут действия!? Как прожить это время достойно, как человек воспринимает полученное знание!? Есть ли возможно получить максимум, при минимальных возможностях!? Практически на каждый вопрос, есть ответ в поведении героев романа. Сюжетная линия замыкается, и только стоит наблюдать за людьми, и представлять, а чтобы мне пришлось делать в такой ситуации?

Достоинство. Держаться до последнего своих принципов, соблюдать нормы приличия, быть верным своему призванию, и не падать духом. В современном мире, пожалуй, таких героев будут единицы, но будут. Всегда есть вероятность того, что совершенство жизни можно продлить, совершенством памяти!

Упадок. Взять от жизни все, успеть, и забыть, что это может привести к моральному упадку, забытью, и мнительному счастью. Таких героев может оказаться большинство. Попробовать все то, что никогда не сделал бы в обычной ситуации, но кризис, дает на это право. Можно ли винить в этом кого-либо. Думаю, нет! В такие моменты тяжело найти правду, и смысл дальнейшего существования.

Вера. Нас это обойдет, никогда не затронет. Вера в чудеса помогает, но не спасает. Знание или Иллюзия. Правильного ответа нет, и никогда не будет. В такие моменты, каждый выбирает свой путь. Путь наиболее смягчающий приближение катастрофы!

Цель. Конец всему, это выполнение цели. Если она есть, значит, есть смысл бороться до конца. Получить приз, и знать, что не зря торопился, думал, старался.

Любовь. В современном понимании, в романе любви нет. Есть чистые, добрые и искренние чувства, которые не осквернили, не тронули, только приоткрыли завесу тайны!

Если быть откровенным, книга с самого начала, и до конца, держит в напряжении. Каждый раз, перелистывая страницу, говоришь себе, нет, этого не будет, только не так, и не для этих людей. Вопрос, который напрашивается к самому себе, еще больше удручает, и внятного ответа на него нет.

Если знаешь, что через полгода, весь мир погрузиться во тьму, что надо сделать за это время, как прожить этот отрезок, какие цели достичь, где приоритеты, а может, нет надобности, продолжать, и оттягивать неизбежное…

Как быть!? Не знаю!!!

Я тот человек, который играя в Plague Inc (игра, в которой ты должен заразить и убить всех людей, развивая болезнь и адаптируясь к различным условиям), испытывал угрызения совести. Ведь люди вымирают, и ты ждешь, когда же никого не останется, боишься, что изобретут лекарство, смотришь, чтобы не осталось людей в Гренландии, потому что плотность населения маленькая и болезнь плохо распространяется. Чтение постапокалипсиса – это Plague Inc наоборот, когда ты надеешься, что у людей есть шансы, что они выживут.

Начиная читать постапокалипсис, ожидаешь определенного сюжета: что-то произошло, есть какие-то люди, что выжили, им тяжело, их жизнь полна опасности, но есть надежда. Строго говоря, эта книга не постапокалипсис, это собственно апокалипсис. Написанная во время Холодной войны, когда ядерное оружие только недавно было изобретено (и применено), в период, когда миру действительно угрожала следующая, последняя война. И в книге она разразилась, причем не из-за СССР или США, которые все-таки смогли сдержаться, а из-за меньших стран, которые положили начало концу. В институте мой преподаватель по физике всегда говорил "В ядерной войне не будет выигравших". Потому что после одной бомбы посыпется весь запас.

Северного полушария больше нет. Точнее нет, оно есть, и оно всегда будет, но там больше нет людей, нет животных. А после более 4000 ядерных ударов радиоактивное облако уже не облако, а вся атмосфера одного полушария, которая постепенно переходит на юг. В Австралии об этом знают, и герои этой книги осведомлены о том, что умрут в сентябре. Что бы я сделала, зная, что миру осталось жить не так долго? Я верю автору, что большинство просто откажется воспринимать эту информацию. Как мы часто думаем, что плохое случается с другими, что в нашей жизни такого не будет. И мы вроде все знаем, но все так же продолжаем себя вести, стоить замки, думать, что смерти нет. Или знать, что она есть... но вести себя так же.