Цитаты из книги Талисман

- Что это такое - сны?
- Небывалые комбинации бывалых впечатлений.

Все в нем было странным: и поза – по-человечески совершенно неестественная и вместе с тем непринужденная, и блестящая, словно лаком покрытая зеленовато-голубая кожа, и неприятная диспропорция в расположении мышц и сухожилий, и необычайно мощные коленные узлы, и удивительно узкие и длинные ступни ног. И то, что он оказался не таким уж маленьким – ростом с Майку. И то, что на пальцах левой руки у него не было ногтей. И то, что в правом кулаке он сжимал горсть свежих листьев.

все человеческое в нем случайно, это просто свойство исходного материала

В конце конов, что такое контакт? Столкновение двух стратегий.

- Ты там спишь? - спросил Комов.

• Я там всё.

Никто не знает, на что способен человек в критических условиях.

У меня было много одиночества и много, очень много мертвой тишины.

Когда я хочу, я все могу. Только не про людей.

А знаете, Яков, к вашим бакенбардам очень пошли бы кисточки на ушах.

-Что ты понимаешь,салажка!...Что ты понимаешь в галлюцинациях! И не надо тебе ничего понимать...

- Хлев на палубе! - обьявил Комов. - хватит философствовать, принимайтесь за дело.

Он снова остановился перед люком, поднял руку и приложил черную ладонь с растопыренными пальцами к изъеденному эрозией борту. Он стоял так с минуту, и мы снова услышали его жужжание и гудение, и мне показалось, что из-под растопыренных пальцев поднимаются струйки синеватого дыма. Наконец он отнял руку и отступил на шаг. На мертвой почернелой обшивке явственно виднелся отчетливый рельефный отпечаток - ладонь с растопыренными пальцами.

Я сначала тоже подумал, что это смерч. Над бледной иззубренной линией хребта, на фоне радужных полотнищ поднималось что-то вроде длинного тонкого хлыста - черная кривая, словно царапина на экране.

Ладно, скоро узнаем. Мальчуган нам все расскажет. А если не расскажет? Много ли человеческие волчата рассказали людям о волках?

И неважно, собственно, почему он так поступил: потому ли, что пожалел Майку (сомнительно), или устыдился своей резкости (более похоже на правду), или потому, что принадлежит к руководителям того типа, которые совершенно искренне считают проступки подчиненных своими проступками.