Цитаты из книги Дозор

Свет не отнять. То, что взято, возвращается сторицей. Ты отнимаешь Тьму — и Тьма растет. Я беру Свет — и он приходит вновь.

Мим, ощупывающий несуществующие стены, — это грустный человек в невидимом лабиринте.

Человечек был маленький, смуглый, узкоглазый. Желанная добыча для любого столичного милиционера.

Вот только самый честный и простодушный полицейский, воспитанный на громких звездно-полосатых идеалах, рано или поздно поймет: на улицах есть не только Тьма и Свет. Есть еще договоренности, уступки, соглашения. Информаторы, ловушки, провокации. Рано или поздно приходится сдавать своих, подбрасывать в чужие карманы пакетики с героином, бить по почкам, аккуратно, чтобы не оставалось следов. И все — ради тех, самых простых, правил. Охранять закон. Преследовать Зло. Защищать невиновных.

Со стороны могло бы показаться, что две закадычные подруги решили провести тихий вечерок за просмотром телевизора, чаем с вареньем, бутылочкой сухого вина и разговорами на три вечные темы: мужики — сволочи, носить — нечего, а самое главное — как похудеть.

Сейчас он сидел за столом и задумчиво рассматривал какую-то старую материнскую плату. — Привет, — сказал я, садясь на диван. Диск жег пальцы. — Сдохла, — мрачно сказал Толик. — Ну и выкинь. — Сейчас, мозги только выну...

Существует сотни способов вызвать в людях доверие, симпатию и желание помочь.

Я развернулся и, обозначая свой протест, вышел из сумрака. Мир вздрогнул, наполняясь красками и звуками. Теперь я торчал, идиот идиотом, посреди скверика. Для стороннего наблюдателя это выглядело бы дико. А уж отсутствие следов... я стоял в сугробе, а вокруг — нетронутая снежная целина. Вот так и рождаются мифы.

— У меня, наверное, плохое настроение... — буркнул я. — Почему? — Все видится в мрачном свете. Люди — гады и дураки, салат промерз, ботинки отсырели.

...если кому-то для жизни... для существования нужна кровь — это еще не беда. И куда она пойдет, в вены или в желудок, тоже дело десятое.

— Тебе неприятен наш способ питания? — Да. — Значит, тебе неприятен и я сам? Все мы?

— Куда... оно? — К тебе. Вам работать в паре... — Шеф потер переносицу. — Да! Учти, зовут ее Ольга. — Сову? — Сову. Будешь кормить, заботиться — все будет хорошо.

Неразумно. Я поступаю неразумно. Если нет этически правильного выхода, поступай неразумно. Мне это кто-то говорил? Или вспомнилась строка из старых конспектов, фраза из лекций? Или я подбираю себе оправдания?

Любовь – великая сила… какие же вы глупые, мальчишки, когда влюбляетесь…

Примерный семьянин – в том смысле, что жене почти не изменяет, пить не пьет и курить не курит, воспитанию ребенка, скорее всего – единственного, уделяет должное время.

Люди всегда преодолевают панику. Даже если не знают, с чем столкнулись.

Кровь хранит память дольше всего на свете.

На каждого президента находится свой киллер. На каждого пророка – тысяча толкователей, что извратят суть религии, заменят светлый огонь жаром инквизиторских костров. Каждая книга когда-нибудь полетит в огонь, из симфонии сделают шлягер и станут играть по кабакам. Под любую гадость подведут прочный философский базис.