Эми и Исабель

Книга стояла в шкафу и терпеливо поджидала, а у меня тут был как раз тяжкий день, когда хочется что-то почитать, но то не то и это не так, а вот стихи я читать не могу, потому что хочется плакать, а проза вся какая-то как ватная, попробуй разжевать и проглотить, а "Эми и Исабель" хорошенько пошла в первый день, а потом и во второй совсем закончилась. Очень нежная, очень прозрачная и очень грустная история; такое бывает, когда со стороны смотришь на людей и испытываешь ужасное пронзительное чувство всеобщего одиночества - и что никому не помочь, и что помочь себе человек может только сам, и даже любовь, которая вроде бы могла как-то скрасить мир, на самом деле не мешает человеку оставаться наедине со своими страхами, ранами и шрамами. И что отказ от этого одиночества - это страшно, больно, но, кажется, необходимо, потому что мир не может умереть, пока ты горюешь; и ты слезы вытерла, вышла на улицу и поняла, что время шло, пока ты зашивала, заращивала, прижигала - и можно бы идти дальше, но ноги трясутся, голова кружится, и тут-то осознаешь размер потери. Только в этот дурацкий момент обычно кто-то вламывается и бесцеремонно трясет, и трясет, а тебе бы отойти в сторону, но иногда другие - это необходимость, нужно только признаться в этом. История Эми - это в принципе не то чтобы лолитовская трагедия, и не готовая статья о педофилии (ну какая тут педофилия, товарищи), и вообще. Это просто несовпадение: ты любишь, а тебя нет, ну или любят, но как-то не так, и не настолько, да и вообще. Мысль о том, что это уже бывало миллион раз или больше - не утешает, эти первые рубцы заживают особенно долго и плохо, но заживают обычно у всех. История Исабель - история страха и предательства себя. Ради каких-то хороших целей, идей и прочего, но на самом деле - предательства себя, а это простить другим особенно трудно, как и помириться с собой. С собой это сделать практически невозможно, но попытаться стоит. Элизабет Страут пишет о том, что жизнь - это, в общем, ужасно болезненная и временами непростая штука, но суть ее в том, что она не останавливается и иногда даже по-своему милосердна. Во всяком случае, доброты и милосердия многим хватит, и это как теплое сентябрьское солнце: лету конец, но согреться еще можно успеть.

Они с матерью были близки в их до тошноты исчерпанной жизни.

Вот такая фраза врезалась в мой мозг, зацепилась за какой-то винт и вросла в ткань намертво.

Хочу подчеркнуть в первую очередь то, что Элизабет Страут принадлежит к списку тех писателей (-ниц), чьи книги я очень хочу иметь у себя в домашней библиотеке. Она потрясающе пишет! Ее мысль насквозь пронизана тонким психологизмом, причем абсолютно не пафосным и не напыщенным. Отсутствует также излишний надрыв и выступления на публику с морализаторскими речами в ключе: что такое хорошо и что такое плохо... И что самое важное, ей определенно удается показать проблему и ее исток всего лишь в нескольких умелых и впечатляюще точных мазках, нанесенных именно в нужных пропорциях и оттенках. Страут не часто использует тени, то есть у нее все на виду, но не безвкусным криком. Да, может иногда и прозвучать громко, но точно не криком. У нее штрихи не размыты, они четкие, ясные, нередко впивающиеся в полотно до скрипа, но опять же, не до такой степени, чтобы разорвать его. И если подытожить ее манеру в одном предложении, то это приблизительно так: грамотно прописанная, сильная, рассудительная, не сглаживающая острые углы в покатую неприглядность, местами терпкая, правдивая и довольно таки непростая по содержанию, проза.

В центре сюжета данного произведения стоит проблема отношений матери и дочери. Мать-одиночка и ее дочь-подросток, живущие в удушающей глуши, взаперти от соседей и мира в целом. Не то, чтобы совсем как узницы, просто Исабель предпочитает уединение, не особо общается с соседями, ее жизнь - это вереница серых будней, ничем не примечательных и совершенно похожих один на другой: работа-дом-необходимые покупки и так по кругу. Эми привыкла к выбранному матерью ритму жизни, она естественно злится и недоумевает, почему мать предпочитает существовать, а не жить, но не осмеливается подойти и спросить ее об этом. Девочку раздражает унылая и бесцветная мать, с вечно понурой головой на тонкой шее, с испуганным затравленным взглядом и как-то ускользающе-бесплотная, словно пятно или тень. Эми пытается искать ответы самостоятельно, задаваясь вопросами, но так их и не находит, что немудрено. Мать отрезала все пути к себе, забилась в панцирь и ясно дала понять, что стучаться к ней бесполезно. Нет, нельзя сказать, что она жестокая и равнодушная к своей дочери. Она участвует в ее жизни дежурными улыбками, правильными словами, необходимыми вопросами, но не сердцем и душой. Ее рука никогда не тянется к волосам или к личику дочери просто так по рефлексу, как естественный материнский порыв, она не балует ее беспричинными поцелуями, нежными словами или объятиями. Исабель отчужденно-корректна, но никак не уютно-тепла. Именно поэтому она и упустила тот важный момент, когда ее дочь впервые ступила на тончайший лед под названием Жизнь и очень скоро оказалась под обломками.

Говорят, что дочери повторяют судьбы своих матерей. Кто-то согласится, кто-то усмехнется, кто-то задумается. Случилось бы с Эми то, что случилось, если вместо Исабель рядом с ней была бы НАСТОЯЩАЯ мама? Смогла бы Эми различить увлечение от серьезного чувства? И вообще, увлеклась бы она неподходящим ни по каким критериям, человеком, который в тот момент показался ей чуть ли не богом? Трудно ответить. Но одно неоспоримо: все плохое и неприятное происходит, в большинстве случаев, только тогда, когда подросток оказывается один на один с жизнью.

Случилась беда, и даже тут Исабель не смогла оправдать свое святое предназначение - быть матерью. Она изуродовала дочь, дав волю своим неуемным рефлексиям и истерике. Если быть предельно гуманной, то возможно в некотором роде оправдать Исабель. Она всегда хотела только лучшего для Эми, но хотеть и сделать - это разные вещи. Она не смогла уберечь или, хотя бы, как-то смягчить удар, направленный на ее дочь. И не потому что ей было не до нее... Исабель слишком сильно сконцентрировалась на собственной боли, она ушла в себя, ушла глубоко в недра своего прошлого. И история почти повторилась...

Имеет ли смысл говорить о том, что нужно быть Другом своему ребенку? Эта истина так избита, что от многократного повторения теряет свою значимость. Наверно, нужно просто быть Мамой, чтобы ребенок не боялся, не стеснялся, не остерегался, не обходил бы стороной, словно минное поле. Чтобы подойти и рассказать о том, что покоя не дает, для него было бы в порядке вещей. Как-то так...

Они с матерью были близки в их до тошноты исчерпанной жизни.

Очень трогательная и грустная история… Порой удушающая и изнуряющая как жара, порой дождливая и осенняя… Нежная, красивая и приглушенная. Строчки за строчками только и успевают мелькать, а вместе с тем стоит остановиться и задуматься и становится тяжело. Буквально ощущаешь все те эмоции, проживаешь все те события, участвуешь во всех тех диалогах, переворачивающих все нутро и разбивающих жизни героев на мелкие кусочки. Я не знаю, как у Э. Страут получается это настолько мастерски, но уже второй ее роман цепляет и режет по-живому.

Это история о сложных отношениях матери и дочери. Вечная тема «отцов и детей». Мать – одиночка, живущая только своим ребенком. Выросшая дочь, готовая вот-вот выпорхнуть из гнезда и взлететь высоко. Замкнутая Исабель, окутанная ореолом тайны, появляется из ниоткуда в маленьком городе с ребенком на руках в поисках простого женского счастья, которое не торопится что-то к ней. Спокойная и тихая жизнь за стенами маленького домика. Все размеренно и убого. И вот буквально в одночасье все переворачивается. Ведь достаточно одной секунды, чтобы жизнь изменилась до неузнаваемости. И вот уже та жизнь «до» кажется такой идеальной, и привычный мир летит кувырком. А впереди только боль, слезы, подступающая тошнота, ненависть, презрение и женская зависть… А с этим надо как-то справиться, простить и понять, прижать к себе и суметь стать ближе. А еще нужно осознать, что у дочери своя дорога и своя жизнь. Нужно впитать то, что Эми не такая как представлялось в грезах и мечтах, что она разительно отличается от нее. Наверно это неимоверно тяжело и к этому со временем приходит каждая мать, но далеко не сразу.

Это роман об одиночестве, об утрате, о горестях и банальных радостях, о настоящей дружбе, о мужчинах – козлах, о предательстве и страхе, об изменах и мимолетных связях, о том как мы, не задумываясь, своим проступком можем изменить жизнь других. Да в конце концов обо всем, что мы встречаем в этой такой замечательной и порой постылой жизни. Настоящая женская история. Искренняя и глубокая.

P.S. И все же роман не шандарахнул обухом по голове как та же самая «Оливия Киттеридж». Видимо планка уже высокая и ждала большего. Но тем не менее прекрасный роман, особенно как дебютный. 8/10